Аэлита

Люди Земзе были огромной силы и большого роста. Они отличались одним необыкновенным свойством: на расстоянии они могли чувствовать природу и форму вещей, подобно тому, как магнит ощущает присутствие другого магнита. Это свойство они развили во время жизни в темных пещерах тропических лесов.

- Ну, нет, по ночам в эти паучиные места я не ходок, - сказал Гусев, отвинтил люк и полез в аппарат.

Кровяным, то синим, то алмазным светом переливался Марс, - высоко над спящим Петербургом, над простреленными крышами, над холодными трубами, над закопченными потолками комнат и комнаток, покинутых зал, пустых дворцов, над тревожными изголовьями усталых людей.

Подошли к роще. Пышные, плакучие деревья были лазурно-голубые. Смолистая, небесная листва шелестела мягко, шумели повисшие ветви. Сквозь пятнистые стволы играла вдали сияющая вода озера. Пряный, сладкий зной в этой голубой чаще кружил голову.

Никогда еще Лось с такой ясностью не чувствовал безнадежной жажды любви, никогда еще так не понимал этого обмана любви, страшной подмены самого себя - женщиной: проклятие мужского существа. Раскрыть объятия, распахнуть руки от звезды до звезды, - ждать, принять женщину. И она возьмет все и будет жить. А ты, любовник, отец, - как пустая тень, раскинувшая руки от звезды до звезды.

Страшнее страха - жалость.

«Земля, Земля, зеленая, то в облаках, то в прорывах света, пышная, многоводная, так расточительно-жестокая к своим детям, все же любимая, – родина…
Ледяным холодом сжало мозг. Этот красноватый шарик Земли – точно горячее сердце… Человек, эфемерида, пробуждающийся на мгновение к жизни, он – Лось, один, своей безумной волей оторвался от родины, и вот, как унылый бес, один сидит на пустыре. Вот оно, вот оно, одиночество. Этого ты хотел? Ушел ты от самого себя?..»

— Алексей Иванович, поймите — мы разбиты, всё кончено. Нужно спасать Аэлиту.
— Да что вы ко мне с бабой вашей лезете!..