Вся в мать

— Ты должен рассказать мне все, что знаешь. Я знаю только Детройт. Я никогда не добьюсь успеха в жизни, если не поумнею.
— Ты достаточно умная, — возразил он. — Не путай деньги с мозгами.

Он треснул меня снова. У Альдо нельзя было выиграть. — Она замолчала, о чем-то задумавшись. — Его отец тоже работал на конвейере… и регулярно бил его. «Он сделал из меня мужчину», — говорил Альдо. — Она пожала плечами. — Пожалуй, Альдо сделал мужчину и из меня.

Лайла осознавала, что была исключением. Она не призывала людей смириться с этим. Она понимала, что они не смогут. Но вот чего она не могла постичь, так это поиск катарсиса и чувства завершенности.

— Когда тебя жалеют, это почти так же ужасно, как и когда тебя пугают. — Она положила вилку. — Это оскорбительно. Я не жалею себя. И никому не позволю. — Она помолчала. — То же самое и с обидами. Меня никто не может обидеть. Я не допускаю этого. Я не собираюсь давать другим людям такую власть над собой.