Двенадцать стульев

Как вдруг попугай ударил клювом о клетку и впервый раз в жизни заговорил человеческим голосом:
– Дожились! – сказал он сардонически и выдернул из подмышки пёрышко.

«Эти акробаты пера, — восклицал он, — эти виртуозы фарса, эти шакалы ротационных машин...» Первую часть речи француз произносил в тоне ля, вторую часть — в тоне до и последнюю, патетическую, — в тоне ми. Жесты его были умеренны и красивы.

— Почём опиум для народа?