«Вместе с ними летели в реку кони, люди, доспехи, земля, трава, кусты, кресты, мертвецы только что погибшие, и мертвецы, чьи кости давно истлели, свежесбитые из сосновых досок гробы и древние истлелые домовины-колоды, выдолбленные из цельного ствола дерева. С шорохом сползали в воду жёлтые трухлявые кости, плюхались обёрнутые в саван тела, будто мука в талкане забеливал воду человечий прах и тлен»
«Гляден» Алексей Рачунь.
Ошеломительная книга. Она забрала меня с собой с самой первой строчки: «Гаснущий день оплывал мёдом.» И до самой финальной фразы: «И все они – и река, и косогор, и лес на его вершине, и люди по обеим берегам реки, и свет, что пока не угас, и даже тень, что тонула в воде – и были этой землёй.» Я не могла оторваться от книги, выйти с Чусовой XVII века в наш 21-й век. Не могла. И поначалу, пока читала первую часть «К Глядену», думала, что это роман взросления, роман воспитания, написанный в лучших традициях мировой литературы в антураже Урала 17-го века, Поречье, великие реки, перетекающие одна в другую, мальчишка Боляк, отправляясь с отцом Русаем на таинственный Гляден, пока они плывут по рекам, познает мир, людей, явления и события через встречи с самыми разными людьми — от вогула Копчика до каторжных людей, стрелявших по Русаю и Боляку, просто так, развлечения ради. А людей отец с сыном встретят самых разных и такое количество, что диву даешься: роман очень густонаселен персонажами и они все разные, у каждого свой голос, своя судьба, даже если они встречаются буквально на пару страниц, а перед тобой в эти несколько страниц проходит целая судьба, кто-то мелькает в первой части и исчезает, ты думаешь, что больше не встретишь персонажа, однако, в следующих частях, они появляются снова и для Боляка и Русая имеют судьбоносное значение, как тот же вогул Копчик и его новорожденный сын, или хитроглазая девка с берега кузнецов, мимолетно появившаяся в первой части, а затем, в третьей части феерично появляется вновь, и для Боляка становится не просто судьбоносной эта встреча, а меняет его изнутри. В первой части Боляк познает мир вокруг не через рассказы отца или деда, не через медноглазую Ханет, свою удивительно прекрасную маму, а через личный опыт, видя и мощь великих рек, и такие разные берега, и узнавая почти сказочные истории о Ермаке, познавая мир через фольклор, через сказки и мифы, что глубоко корнями проросли в эти земли, через встречи с самыми разными людьми, разной веры и национальности. Тут и русы, и вогулы, и башкиры, и остяки, и татары, и марийцы, и вотяки — все они живут на этой земле со своими сказами, верой, обычаями, всем здесь есть место, кроме злых людей, мечтающих завладеть этими землями. И пока читаешь первую часть, очень неспешную, подробную, с мифами, легендами, сказами, с разными встречами, то кажется, что так будет и дальше, что взросление Боляка будет через это путешествие. А затем мы прибываем с Боляком и его отцом на Гляден.
И начинается вторая часть. И она отличается от первой очень сильно. Нет, это так же здорово написано, но тут мы попадаем на тот самый Гляден, на Гледен-гору, на древнее языческое капище, на Гляденовское костище, где шаманы, древние обычаи, странное питье из каких-то грибов, то ли алкогольное, то ли дурманящее, то ли одуряющее варево, превращающее разумного Русая в абсолютно никчемное человекоподобное существо. И здесь магия разворачивается во всю свою мощь, здесь сказочная ель, срубленная святым Трифоном Вятским, сподвижником Ермака, прорастет своими волшебными лапами в подземелье, чтобы спасти Боляка, тут вспоминаются и сказки Бажова, и легенды и мифы Урала, тут завораживает и одурманивает ирреальный мир, и хитрости и почти подлости шаманов, и святая вера Ярко, спасшая Боляка от страшной судьбы — тут всё дышит мифами и сказаниями, потусторонним и реальным одновременно. Тут взрослеет Боляк, тут он начинает иначе относится к отцу, предавшего сына в один миг, не потому что плохой, а потому что показал сыну слабость перед неведомыми силами. Боляк это понимание затаит в себя, думаю, что навсегда, он простит отца, конечно, но шрамик на сердце и в душе останется. И это тоже часть взросления. Вторая часть почти безумная, похожа на пляску смерти Камиля Сен-Санса, когда всё перемешивается, безумно хохочет, кричит, визжит, дурманит, обводит вокруг пальца — это ошеломляет. Но здесь же мы узнаем, что может выдержать сердце подростка, тут свершится то, что в итоге даст «пепельное имя» Боляку, то имя, с которым он словно бы переродится. Это будет и сильно, и страшно одновременно. Боляку еще многое предстоит пройти и узнать, что мир не одномерен, человек не одномерен, что мир вмещает и Гляден, и Ивашкину гору, и Чусовую, а за высокими берегами есть иной мир, в котором так же живут люди, такие же разные как те, кто встретился на пути Боляка. Что спуститься в пещеру за камнями и встретить там сказочного змея — это не самое страшное в жизни, что потеря человека, спасшего тебя от ужасной и мучительной участи, она не просто страшнее, она будто лишает тебя кусочка сердца и души.
А вот третья часть «С Глядена» — возвращает нас снова в мир Чусовой, с её многолюдьем, там Боляк получит «пепельное имя», меняющее судьбу, страшно получит, мучительно получит, но выдержит, не испугается, не сбежит. Именно эта отчаянная смелость делает Боляка таким не то, чтобы правильным, он там натворит делов таких, что из-за них и люди погибнут, и отца накажут, да много чего он натворит своей порывистостью, но именно эта способность встречать трудности лицом к лицу, делает Боляка храбрым, не отступающим перед трудностями, умеющим взять ответственность за свои поступки. И это тоже про взросление, про обретение себя. Тут и Манька-разбойница закружит его, как ведьма, тут Кочебахта, смертельный друг-враг отца покажет ему что такое и прощение, и верность, что нельзя всю жизнь судить о человеке одномерно. Тут будет путешествие в лесу, битва с медведем (да какая!!!), бегство от преследователей, встреча с разбойниками, возвращение домой, эпическая битва с врагом в финале. О! Какая это битва! Одна из лучших в литературе. Когда мёртвые и живые плечом к плечу рядом против врага. Это грандиозная сцена — с горящим человеком-колоколом в самом Посаде, бабой вышедшей на врага с поросёнком подмышкой, девочкой, потерявшей косу, но спасшейся от рабства, но не оценила она действий Боляка, отрезавшего косу, чтобы спасти девчонку, финальное погружение смываемого кладбища и врага в воду, когда смешались кони, люди, мертвецы. И ты сидишь после этой сцены оглушенная, завороженная, а в голове песня Высоцкого:
«Наши мертвые нас не оставят в беде,
Наши павшие – как часовые…»
И вот в этот самый момент ты понимаешь, что книга эта не столько про взросление, сколько про любовь к земле, как у Пушкина:
«Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.»
Когда каждая пядь земли полита кровью и потом предков, выстроена ими, когда пришли, прожили жизнь и в землю ушли, питать соки земли своей плотью, защищать землю своей плотью, когда родина это не просто слово в словаре, а оно обретает плоть и кровь твоих предков, их историю, которая в тебя самого до самого сердца и духа попадет. Эти реки, берега, люди, самых разных национальностей, города, церкви, капища, посёлки, драгоценные камни, деревья, звери, наши «пепельные имена» — это все мы, это всё наша любовь к родному пепелищу. Это всё выстроено нашими предками. Для себя. И для нас, для потомков. Именно от этой любви к земле и людям и сумел Алексей Рачунь показать и коренные народы, и русов, и всех, кто пришел на Урал, показать так сильно и так понятно — как единое целое, как единое существование. И лучше в современной литературе я не могу найти примеров. Это очень здорово. Это однозначно одна из лучших книг, прочитанных за очень долгое время. С огромными смыслами о жизни, о родине, о земле, о вере, о преданности, о взрослении, о любви к миру, о том, как важно узнавать этот мир, его разнообразие, его ширь, о любви к истории, какой бы она ни была, к культуре земли, вмещающей культуры разных народов.
В романе огромное количество мифов, сказов, легенд, которые вплетаясь в реальность, создают тот мифопоэтический образ нашего мира, который и очаровывает, и пугает одновременно, это красиво, это переплетает миры в единое целое, когда существование не ограничивается одномерным пространством, а углубляется и расширяется, привнося в роман дополнительные смыслы, красоту и ужас одновременно. Это очень здорово.
И небольшая справка. Не принимайте её как руководство к роману, это просто дань уважения к человеку, много сделавшему для развития промышленности на Урале:
«Боляк Русаев — это реальный исторический персонаж, татарский рудоискатель конца XVII — первой половины XVIII века, живший в Кунгурском уезде. В конце XVII века (по некоторым данным, в 1699 году) он вместе с крестьянином Фёдором Мальковым помогал «рудознатному мастеру» Лаврентию Нейдгарту. Вместе они обнаружили месторождения медной руды в Кунгурском уезде — на речках Бырма, Бабка, Гаревая, Гурка, Бым, а также на Ашапе. В 1736 году Боляк Русаев совершил ещё одно важное открытие: он нашёл первое на Урале месторождение каменного угля. Это случилось в верховьях реки Турка.»
22 понравилось
