Страшные истории для рассказа в темноте

Это были самые смешные страшилки, какие мне приходилось слушать. Именно слушала, и Иван Литвинов виртуозно утрировал в стиле классического театра старательное нагнетание ужаса, про который все с самого начала знают, что это - неправда. Такие страшилки, наверное, хорошо рассказывать у вечернего лагерного костра, тем более, что автор услужливо комментирует многие из них: а теперь надо прыгнуть поближе к соседу и заорать аааААААА!!!! Ей-богу, сработает, даже если вам не 10 лет и вы точно знаете, что скелеты не ходят на танцы, не живут в домиках, которые сдают чуть ли не даром, и не приходят к вам требовать обратно свою кость, даже если вы уже сварили из неё бульон...

Хочу отметить отличную работу переводчиков, которые отыскали слова и созвучия, отлично передающие бессмысленно-детское и даже радостное (ведь дети любят пугать друг друга) ощущение страха.

Иногда даже в стихах:

Ну и моё любимое с сегодняшнего дня))):

Если что, то я из тех шибанутых фанатов, что не успев книга появиться в предзаказе, как тут же его оформила! Смотрела ли фильм —нет! Буду — да! Знала ли хоть что-нибудь о содержание — относительно. Подумайте сами, когда перед Вами фундаментальное исследование в жанре ужасы, где собраны наиболее яркие рассказы — звучит многообещающе.

Ночь. Устроившись поудобней на диване погрузилась в мир хоррора. Возникло чувство, что вновь нахожусь в летнем лагере, где перед сном начали рассказывать друг другу страшные истории. Ностальгия — хорошее чувство, но ждала другого. Менее детского что ли. Р.Л. Стайн тоже пишет детские ужастики, но даже они вызывают больше ужаса нежели книга Шварца.

Но, признаться, от некоторых рассказов смеялась от души) Хотя большинство из них можно отнести к анекдотам.

Убойщик

На верхнем этаже многоквартирного дома жила одинокая вдова. Однажды утром ей позвонили.

— Алло? — ответила она.

— Это убойщик, — сказал мужской голос. — Иду к вам.

«Кто-то дурачится», — подумала вдова и повесила трубку.

Через полчаса раздался новый звонок. Звонил тот же человек.

— Это убойщик, — сказал он. — Ждите.

Вдова не понимала, что происходит, и испугалась.

Убойщик позвонил еще раз.

— Буду с минуты на минуту, — сказал он.

Женщина позвонила в полицию. Там пообещали немедленно прислать наряд. Когда в дверь позвонили, вдова вздохнула с облегчением.

«Приехали!» — подумала она.

Она открыла дверь, но на пороге оказался пожилой коротышка с ведром и шваброй.

— Я убойщик, — сказал он. — Пйишел помыть полы и окна.

В любом случае с книгой не расстанусь. Пускай пополняет темную коллекцию.
3 из 5

Нас пугает множество вещей.

Например, мертвецы – ведь когда-нибудь мы тоже умрем.

Темнота – ведь нам неизвестно, кто в ней прячется. Ночью нам тревожно от шелеста листьев, скрипа ветвей, тихих голосов. От приближающихся шагов. От смутных силуэтов, которые видятся в полумраке – то ли людей, то ли животных, то ли необъяснимых жутких существ.

Некоторые люди зовут эти видения «буками». Говорят, что они нам только мерещатся. Однако иногда эти буки оказываются настоящими.

Пугают нас и необычные происшествия. От историй о ребенке, воспитанном дикими зверями, воющем и бегающем на четвереньках, у нас по коже бегут мурашки. Ведь если такое случилось с кем-то, то может случиться и с нами.

Несколько причин, почему стоит прочесть этот сборник:

Первая. Множество разноплановых — от юмористических до пугающих — и очень увлекательных мини-рассказов.

Вторая. Тонкая ирония и приятный стиль повествования в каждой истории.

Третья. Точно выдержанное настроение — страшные страшилки, запутанные загадки, довольно смешные каламбуры — во всем.

Четвертая. Идеальная хэллоуинская атмосфера.

Пятая. Лёгкое погружение в мир страшных историй с очень познавательным путешествием по нему — очень советую обратить внимание на примечания после каждой части.

И список историй, которые по разным причинам мне понравились особо сильно:

• Холодный как камень
• Девушка, которая встала на могилу
• Гости
• Аллигаторы
• Место еще для одного
• Дальний свет
• Призрак с окровавленными пальцами
• Однажды воскресным утром
• Кровать у окна
• Плохая новость
• Кладбищенский суп
• Автобусная остановка
• «Вдруг вспомните?»

Я все-таки считаю себя любителем ужастиков. Причём лайтовых, мистических. И была в невероятном восторге, когда летом прошлого года вышел фильм. Аналогичный эксперимент со Стайном получился совсем уж детским и сопливым. Но El director genial сделал продукт, подошедший для взрослой тетеньки, порой не гнушающейся вспомнить детство. От него я и узнала про книги. И они стали открытием года! Смесь "городских легенд", "Сверхъестественного" и немного книг Эдуарда Успенского про черную руку. Истории собраны на любой вкус-от классики про ведьм и дома с привидениями до современных (для книги) про машины и маньяка с крючком. От длинных историй до песенок и nursery rhymes (не знаю, кто будет укладывать спать своих детишек рассказами про мертвецов и катафалки). А главное-новые! Мне казалось, я уже все на свете прочитала. Это смеяться можно каждый раз, а испугаться-хорошо если один. А тут-свеженькие, атмосферные, замечательные.
Сразу оговорюсь, что я слушала по-английски. Вот это уже максимальная концентрация. Я пробовала и перевод, и аудио-не та атмосфера, что-то неуловимое ушло. А Иван Литвинов просто превратил страшные истории в текст и гонит с минимальной выразительностью. Даже если вы не знаете английский-попробуйте просто для атмосферы. Хотя бы The big toe. Я и на занятиях использовала-мои студенты бодро слушали и пересказывали. Кто любит детские страшилки и городские легенды в стиле campfire stories и ещё не знает об этом сокровище-бегите быстрее сюда!

Эх, попала бы эта книжка мне в руки лет в 10-11, точно стала бы настольной)) Каждое лето по вечерам мы кормили друг друга страшилками. Вот время было!!)) Почти всё отсюда перекочевало бы в мой репертуар с красочными подробностями, еще большим ужасом и крипотой)
Увы, но я давно выросла из этого всего. И сейчас воспринимаю как чисто детские забавы, причем, неинтересные и совсем не страшные.
Экранизацию я смотрела до прочтения книги, так что ждала от печатного слова чего-то большего - какого-то сюжета, что ли. Здесь его нет (и быть не может), потому что под обложкой собраны короткие истории, призванные напугать в соответствующей обстановке и в нужном возрасте. Автор, стоит отдать ему должное, подошел к делу ответственно: в примечаниях можно найти все источники той или иной страшилки, у кого она в ходу и даже в каких произведениях встречаются ее мотивы.

Хоть в этой страшилке и делается акцент на черный цвет, в далеком детстве мой пятилетний могз рисовал эту сцену в таких красках, что мама не горюй!
Сейчас вспоминать это смешно, а тогда ведь действительно было страшно, особенно когда тебе это рассказывал твой чертовски артистичный друг в темноте.

Этот небольшой сборник рассказов вернул меня в то время. Я с упоением читала историю за историей, подсвечивая себе настольной лампой страницы. И, увы и ах, двадцати четырехлетняя Катя оказалась чересчур храброй (читай "взрослой"), чтобы бояться этих рассказов, но! Не смотря на это, я получила массу удовольствия, хоть я не боялась, читая некоторые рассказы смеялась в голос.

Здесь собраны все-все: и призраки, и мертвецы, и монстры, и различные легенды с преданиями. И этого всего кровь будет стыть лишь в темноте. И когда вам лет до 10. А пока я понастольгировала, порассматривала иллюстрации и отложила книгу на полочку, до лучших времен.
Надо же заранее придумать, чем пугать своих детей :D

Отлично, слушайте, детишки. А лучше не слушайте, а заткнитесь уже окончательно и бесповоротно. Замрите. Потому что сейчас наступит магический, совершенно уникальный и ни на что не похожий момент, который случался ровно в каждом летнем лагере ("Дружба", "Орлёнок") с момента изобретения костра и страшилок.

Итак, представляем. Нет, не просто летний лагерь. Это идеальный летний лагерь. То есть, конечно, август, но дует так, будто ноябрь уже наступил. И Хэллоуин. Обязательно Хэллоуин (или не Хэллоуин, конечно, какая, нафиг, Америка). Потому что в другое время года собираться у запрещенного санэпидемстанцией и начальством смены (и медсестрой тётей Валей, конечно) костра как-то не комильфо, да и искры на пуховики полетят. Нужна правильная эстетика: тыквы и искусственная паутина.

Кругом пахнет сырой, подгнивающей листвой, подгоревшей картошкой, дешевым антисептиком из туалетов и едва уловимым ароматом подросткового бунта, который вот-вот закончится, потому что через час отбой. Костер, разумеется, тоже горит. Самодельный, из всего, что плохо лежало, и он дымит так, что слезятся глаза. Отведешь взгляд и его будто не было, съела тьма. Мы все в зыбкой, звенящей от натянутой тишины буферной зоне.

И в кульминационный, пронзительно-клишированный момент, когда уже кажется, что можно расходиться, кто-то неизбежно произносит шепотом, срывающимся на фальцет от волнения:

• А хотите, я расскажу одну историю?

• Страшную.

  Как будто есть другой жанр для таких моментов. «А хотите, я расскажу одну историю? Мотивирующую. Про бережное отношение к социалистической собственности». Нет, конечно. Только страшную. Такую, после которой потом, в темноте, вы будете проклинать этот момент, свою впечатлительность и того, кто предложил, но сейчас будете кивать с напускным безразличием, потому что другого выбора у вас, по сути, и нет. Время пришло. Начинается великое, вечное таинство.

  Книга-капсула. Герметично запечатанная банка с тем самым воздухом у костра, с конденсатом от дыхания, с дрожью в коленках и всеобщим сговором «сейчас будем бояться».

  Для детей эта книга чистейший хоррор. Им неважно, что история про отрубленный палец старше их прабабушки. Для них это инструкция по вызову мурашек по коже, прикладное пособие. Они читают её с тайным, сладким ужасом, потому что для них на этих страницах живут настоящие монстры.

  Но для меня, взрослой, это машина времени. Настойка ностальгии на спирту из детских кошмаров. Я читаю про мертвую невесту, сгоревшую семью, пятно на стене или про то, как «кто-то подкрался сзади», и меня накрывает не страх, а невыносимо тёплая волна узнавания. В лаконичных сюжетах Шварца я слышу эхо не американских придорожных мотелей, а своего собственного детства — вон того двора между хрущёвками, где пахло пирожками из окна первого этажа и пылью. Тех же самых историй, пересказанных на разный лад в разных подъездах, школах и летних лагерях.

  Да, Элвин Шварц американский фольклорист. Но вскрывший тот же самый пласт, что и наши сказители. В США его книгу читали с фонариком под одеялом. А у нас, в СНГ, главным легальным дилером такого «пододеяльного» ужаса был Эдуард Успенский. Да-да, тот самый, подаривший нам дядю Фёдора и Чебурашку. Он же, настоящий хоррор-мастер, в своих книжках лепил из нашего детского сознания форменные треш-скульптуры.

  Красная рука, стучащая в окно. Гроб на колёсиках. Чёрное-пречёрное пятно, растущее на стене. Мясорубка и, прости Господи, "Жёлтый пакет" (история, кажется, оставила психическую травму на всю жизнь целому поколению, научив нас панически бояться не только темноты, но и полиэтилена). Мы дрожали от своих, родных, локализованных кошмаров.

  Открывая книгу Шварца я вижу не чужие байки. Я вижу пра-формулу. Исходный код. Тот самый отрубленный палец, мёртвая невеста, только в общемировой редакции. Он ничего не придумал, но аккуратно, как архивариус, собрал и классифицировал наше общее достояние: культурный код страха. Универсальный язык, на котором говорит темнота в детской комнате, будь она в Чикаго, Москве или Киеве.

  Этот код состоит из простых, но пугающе эффективных символов: оторванная часть тела, которая живёт своей жизнью; необъяснимое пятно, которое растёт; голос из ниоткуда; существо, которое всегда оказывается ближе, чем ты думал. Шварц показал, что эти мотивы кочуют сквозь время и границы. Мы, дети в СНГ, пугались тех же архетипов, что и подростки в Америке. Просто у нас рука была не зелёная, а красная, а призрак являлся не в зеркале автомобиля, а в серванте с хрусталём.

  В этом главная магия этой книги для меня сейчас. Она стирает границы и напоминает, что детский страх интернационален. Что мы, не сговариваясь, передавали друг другу по цепочке одни и те же истории, только меняли декорации. Это причастность к чему-то огромному, древнему и по-своему прекрасному, к всемирному фольклорному мифу о том, как здорово и правильно бояться всем вместе у импровизированного костра.

  Автор - переводчик с универсального языка детских кошмаров. И, открывая его книгу, я понимаю, что мои дворовые страхи были не провинциальной самодеятельностью, а частью большого, страшного и удивительного мира.

  В этом двойном дне сама магия книги. Она работает на двух частотах одновременно. Для одного возраста она источник страха, для другого лекарство от него, разобранный на части и обезвреженный ностальгией механизм. Сборник, который с ухмылкой признаёт: да, мы все тут взрослые, умные, циничные, бла-бла. Но давайте на секунду притворимся, что до сих пор верим в призраков. Ради атмосферы. Ради искусственного, но такого сладкого момента у костра, который он умудрился законсервировать между обложек.

  Истории очень атмосферны. Ритмично смонтированы. Короткий, будничный зачин («Однажды девочка осталась дома одна…») стремительное, почти неостановимое нагнетание и — бэнг! — кульминация в одну-две строки, как удар под дых. Финал часто открытый, обрывающийся на самом страшном. Не «все умерли», а «…и тогда она поняла, что это была её мать». И ты остаёшься один на один с этой мыслью, и она начинает обрастать ужасом уже в твоей собственной голове, долго-долго после того, как книга закрыта. Потому что детские истории приобретают взрослый, страшный смысл.

  Так что давайте. Гасите фонарики. Придвигайтесь ближе. Или дальше. Неважно. История уже началась. Она началась много-много костров назад. А Шварц просто подкинул в него дров.

Самое главное и ценное в этой книге - аутентичность. Именно такие истории и именно так мы рассказывали друг другу в потемках в детстве и ранней юности. Особенно симпатичны примечания от автора: "...а здесь надо сделать паузу и подождать, пока кто-нибудь задаст вопрос...", "тут понижаем голос до шепота... а потом..." - сразу почти наяву оказываешься в тесном кружке соседей по комнате в пионерском лагере.
Отсюда еще один плюс книги: очень интересно знакомиться с аутентичными историями родом из другой страны. Благодаря такому чтению видишь, насколько мы разные. Например, стишок под названием "Катафалк" мог появиться только в Англии или США, как мне кажется. Или совершенно безумный стишок - A man who lived in leeds. "Некоторые считают, что он вообще не имеет смысла, - замечает вначале автор, - но некоторые в этом совсем не уверены". А забавная история, основанная на разнице произношения w и v (wiper/viper)?
Истории тут на самый разный вкус: мистические, загадочные, те, испуг в которых основан на неожиданности возгласа в самом конце, трогательные, смешные, молодежные, в прозе, в стихах, в картинках.
Так что сборник советую всем-всем: и любителям фольклора, и любителям нестрашных ужасов, и интересующимся культурой разных стран, и изучающим язык, конечно же, - оригинальный текст написан очень простым, но выразительным языком.