Цитаты из книги Обычай страны

Ей не удалось доказать это аргументами, но она унаследовала веру в ценность практических демонстраций.

Период молчаливой обиды и мрачных размышлений в конце концов привел к мятежу.

– Раз ты недоволен всем, что мне дорого, нам лучше разойтись, – он лишь пожал плечами в ответ:
– А вот этого мы делать не станем, – и словно захлопнул перед ней железную дверь.

Но насмешки оказались столь же бесплодны, как и аргументы, а его неуязвимость раздражала еще сильнее, поскольку она видела, что, скажи ему нечто подобное кто-то другой, его бы это ранило: бесполезными слова становились только в ее устах.

В борьбе за власть она измеряла справедливость своих мотивов умением заставлять людей исполнять ее пожелания.

Она не столько поняла, сколько угадала это по переменам в его лице – словно смертоносный растворитель вдруг стер знакомые черты.

Ундина не верила, что муж всерьез влюблен в другую женщину – ей и в голову не могло прийти, что кто-то мог устать от нее прежде, чем она от него, – но его равнодушие унижало ее, и было куда проще отнести его на счет искусности соперницы, нежели каких-то недостатков в ней самой.

В ней пробудилась странная мнительность, и она начала внимательно изучать рекламу патентованных лекарств, отправлять конверты с марками косметологам и профессионалам в области физического развития, задумалась, не стоит ли проконсультироваться со знахарями, экстрасенсами и их последователями. Даже написала матери с просьбой прислать забытые дедовские рецепты. С каждым новым экспериментом она меняла образ жизни, часы сна, приемов пищи и упражнений.

Тоска как будто попала ей в кровь: цвет лица стал менее свежим, волосы утратили блеск.

Но он молчал, ничего не замечая; желание воздать ему по заслугам разбилось о стену его равнодушия.

Если бы годом ранее ей сказали, что развлекаться она будет в основном за счет изобретения новых способов вызвать раздражение у свекрови, она бы посмеялась над подобной тратой времени. Но теперь времени у нее было очень много, и ей страстно хотелось нарушать сохранившиеся с незапамятных времен обычаи Сан-Дезер.

Старый дом, так долго хранивший нерушимые традиции, наложил на нее какое-то безымянное заклятье: много поколений все здесь шло одинаково, и менять существующее положение вещей казалось такой же глупой затеей, как бороться со стихией.

Позже она как-то сказала себе, что ее судьба – всегда с опозданием узнавать о «чем-то большем».

Очередной приступ ярости лишил его дара речи, но вскоре утих, оставив его наедине с бесполезностью, незначительностью устаревших представлений о присвоении и непослушании. Он будто спотыкался о наследственные предрассудки, как современный человек, надевший средневековые доспехи…

Не верилось, что такой пейзаж и такое настроение скрывают грядущее зло, и все его сомнения и тревоги рассыпались в прах.

…и ждал развития событий с пассивной доверчивостью страдальца в руках умелого хирурга.

…любая попытка разглядеть его истинную сущность за резким, сильным характером приводила к тому, что какой-то дух-хранитель будто бы набрасывал на него покрывало таинственности.

Долгими июньскими днями они обсуждали самые разные темы, и если иногда она отвечала невпопад, это не имело значения, ведь ее молчание всегда приходилось к месту.

Эту страстную тираду мистер Спрэгг выслушал молча, что означало не столько презрение или равнодушие, сколько полнейшую неспособность реагировать на эмоциональный кризис словами.

Постепенно он осознал, что слабость ему свойственна. Свободным юношей он весьма красноречиво высказывался против условностей класса, но когда пришло время подтвердить свое презрение к ним, они таинственным образом поработили его, сбили с пути, словно какой-то скрытый наследственный порок.