В объятиях вендиго

Это тот редкий случай, когда претензии у меня не к истории как таковой, а к тому, что этот текст вообще допустили к печати. У меня искренний вопрос: редактор у книги был? А если был — он видел текст целиком или просто поставил подпись «на глаз»?
Пунктуация здесь живёт собственной, абсолютно автономной жизнью. Двоеточия, точки с запятой и тире сыплются в каждом абзаце так, будто автор и редактор играли в игру «а давай вставим всё сразу». Предложения перегружены, ритм сломан, смысловые акценты распадаются. Диалоги читаются так, будто их писали разные люди, не договорившись между собой, в каком жанре они вообще существуют.
Это не художественный текст. Он не течёт, не дышит и не читается. И если бы я не знала, что автор — русскоязычный, я бы без колебаний решила, что передо мной крайне неудачный, топорный перевод с иностранного языка. Причём не машинный — машинный, простите, выглядел бы аккуратнее.
Я не из тех читателей, кто цепляется к каждой запятой. Обычно я спокойно пропускаю мелкие огрехи, если история держит. Но здесь количество языковых и стилистических нелепостей такое, что чтение превращается в борьбу с текстом. У меня буквально «подгорало» на каждом десятке страниц.
Особенно обидно, что книга куплена в бумаге. Создаётся ощущение, что этот текст не прошёл ни вычитку, ни редактирование, ни элементарную проверку на читабельность. И да — в какой-то момент ловишь себя на мысли, что даже искусственный интеллект сегодня способен написать более связный и художественно корректный текст.
Очень жаль. Потенциал у истории, возможно, есть. Но в текущем виде это провал именно редакторской и издательской работы.