первое, что хочется сказать с порога: единственный минус этого произведения заключается лишь в том, что в минувшем августе я оказалась к нему морально не готова. чувствую, что не смогла пропитаться масштабом этой истории в полной мере, потому что вечно отвлекалась на бытовую суету и тяжелые думы. моя внутренняя емкость оказалась слишком тесной для грандиозного потенциала этой книги. но, невзирая на это, послевкусие и оставленный шлейф оказались поистине бесподобными.
я знала лишь то, что с головой погружусь в греческую мифологию, которой горела еще в детстве, но чьи истоки давно мною позабыты. роман рассказывает о дочери титана гелиоса, самого солнца – цирцее. она родилась обделенной божественной силой и красотой, и само ее существование казалось инородным и неправильным в безупречном мире бессмертных.
вопреки всему, цирцея отчаянно старается не растерять ту частичку, которой по идее должны обладать небожители – мудрость, сознание и милосердие. наличие последнего качества наглядно демонстрируется еще в самом начале, когда юная героиня, будучи совсем ребенком, проявляет доброту к пойманному и покаранному прометею.
в мире, где даровавшему людям огонь титану грозят века изощренных страданий, она единственная мучается от искреннего непонимания его проступка. разве создатели существуют не для того, чтобы защищать и любить смертных? что такого кощунственного в решении подарить им крошечную часть божественного света?
однако в процессе чтения нас слишком наотмашь тыкают носом в суровую истину: олимпийцам нет никакого дела до людей. пока смертные поклоняются им и тешат своим ничтожным существованием раздутое эго пантеона – их можно благословить равнодушным игнорированием, дабы не карать тотальным уничтожением.
единственное различие между всемогущими и уязвимыми кроется лишь в том, что у первых в запасе есть целая вечность на оттачивание собственных пороков.
но если абстрагироваться от этих умозаключений и вернуться к судьбе моей цирцеи, то со временем выясняется, что не так уж она и бездарна. она ведьма, чародейка, называйте как угодно. она умеет обращать любые живые создания в то, что ей нужно, используя травы, их хитроумные комбинации и, конечно же, необузданную силу своего духа.
единственная загвоздка в том, что небесному суду не угодна подобная магия. ее невозможно обуздать и подчинить, нельзя ограничить или впихнуть в удобные рамки. цирцея способна сотворить что угодно и с кем угодно, и это становится прямой угрозой для трусливых божков (правда, на ее брата это правило не распространяется, ведь даже на олимпе женщины это второй, грязный сорт).
прикрываясь политическими интригами, ее отправляют в изгнание на необитаемый остров, запирая там навеки. именно здесь мы начинаем наблюдать за ее подлинным становлением и размеренным темпом новой жизни.
остров становится для нее не только осязаемым, но и глубоко духовным, психологическим убежищем. правда, на протяжении всего повествования покой героини то и дело нарушается. то кораблями смертных, причалившими к ее берегам в поисках спасения, то теми же мстительными божествами, которые не могут унять свою жажду потешаться над чужой разрушенной судьбой даже после свершившейся кары. в самом деле, чем еще развлекать себя целую вечность, если не войнами, кровопролитиями, ненасытным чревоугодием и издевательствами над слабыми?
в сюжетное повествование искусно вплетаются различные мифы, знакомые лица и каноничные события. порой это слегка сбивало с толку, и мне приходилось гуглить того или иного персонажа, но вместе с тем процесс оказался безумно увлекательным. я уже и забыть успела, сколько потрясающих, мрачных трагедий скрывается за глянцевым фасадом античной эстетики.
я не могу в двух словах пересказать весь путь цирцеи и описать тот шквал эмоций, что сопровождал меня по мере погружения в ее историю. сцена, которая оканчивается превращением моряков в свиней, осталась болезненной, гноящейся татуировкой прямо на сердце. читать это было физически невыносимо. моя девочка, моя добрая, светлая, насквозь истерзанная богиня не заслуживала такой уродливой людской жестокости.
меня кидало то в отвращение, то в слезы, то в абсолютное восхищение тем, как стойко цирцея справлялась со всем, что безжалостно выпадало на ее долю. я не могла контролировать градус кипящей ненависти то к людям, то к небесным созданиям, потому что текст бескомпромиссно стирает любые границы между ними, оставляя лишь один абсолют: смерть. и как же иронично, что даже она не всемогуща и не способна унять ту бушующую ничтожность, что прячется в разумах как первых, так и вторых.
гонка за славой, властью и ублажением собственного эго это самая прочная связующая нить между бессмертными и людьми.
я рекомендую эту книгу всем, кто любит глубоко погружаться в философское устройство мира сквозь призму мифологических и природных декораций. это было невероятно красочное и гипнотическое путешествие. слог авторки буквально гладил меня по голове, что, впрочем, не спасало от моментов отвращения, порой доходящего до рвотных позывов.роман чертовски хорош в своей безжалостной естественности ко всему прекрасному и уродливому. и, заканчивая эту рецензию, хочу сказать лишь одно:
мы действительно дети своих богов. и мы сами выбираем, в кого уверовать.
я – дочь цирцеи. безоговорочно.
Читать далее
3 понравилось
