Повесть о Ходже Насреддине

Вах, слюшай, какой хороший книга!
Можно возразить, что герой и многие его проделки взяты автором из фольклора. Что фабула обеих историй предельно проста: плохие богатые, бедные бедные, но вот в город приезжает новый "зорро".
Имя Ходжи Насреддина встречалось мне и в притчах, и в анекдотах, но в книге Соловьева он вышел чрезвычайно обаятельным, и этого обаяния не в силах убавить даже появление жены и 7 детей. Насреддин борется со своими врагами исключительно с помощью ума и сообразительности, а еще изрядной доли удачи. Он не в состоянии изменить миропорядок, но может помочь кому-то конкретному или принести минуту радости многим. Он учит, что везет тому, кто работает над этим, что лучшие чудеса делаются своими руками. Замечательный образ деятельного добра, но не с мечом наперевес; плута, но с твердыми моральными принципами.
Книга по-настоящему смешная, причем это добрый, позитивный юмор, и подходит для чтения в семейном кругу.

Книга произвела неизгладимое впечатление. Как приятно читать о том, что есть кто-то, кто борется со злом, в ужасными толстосумами, с наглыми лжецами, с людьми, гонящимися за деньгами и высокой должностью. Как много в нашем мире таких людей, в наше время. И нет на них управы, нет на них Ходжи Насреддина!
Никогда еще не сталкивалась с тем, чтобы человек выходил из затруднительных ситуаций с помощью простых рассуждений, слов, яркостью своего ума. С ТАКИМИ ситуациями, с которыми столкнулся Ходжа.
Книга веселая, добрая, смешная. Такая легкая и в то же время очень умная. Я понимаю людей, которые перечитывают ее раз за разом. Я скорее всего буду в их числе.
Больше всего в книге зацепили строки:

Ведь так оно и есть, что большинство людей надменные и будут потом жалеть о своем загаданном желании, ведь у соседа больше. Так и делают больно себе, чтобы у других этой боли было в два раза больше. Глупые, глупые людишки. Надо уметь радоваться за других! Даже есть у тебя дела идут немного хуже. Зато твое сердце чисто, зато на душе спокойно и счастье вокруг!
Люди, учитесь улыбаться незнакомым, учитесь радоваться удачам своих друзей, не завидуйте и не желайте зла другим! А главное, помните - деньги в этой жизни не самое главное. Разве в деньгах сила, брат?))

Первым делом хочется отметить, что книга читается очень легко даже несмотря на сильную стилизацию под метафоричный язык Востока. Повествование не всегда идёт ровно, пестрит философскими отступлениями или рассказами о прошлом героев или местности, но вязь слов утягивает за собой и страница бежит за страницей.
Возможно, какие-то слова всё же окажутся неподготовленному читателю непонятными, но и сделать сноску на каждое третье слово тоже было бы, пожалуй, сложно. Книге стоит дать шанс и позволить ей увлечь вас в атмосферу восточных базаров, полутёмных чайхан, дворцов эмиров и сухих, возделываемых потом и кровью полей.
А уж если вы любили сказки «Тысячи и одной ночи», или вам знакомы имена Фархата и Ширин, или вы читали сборники притч про как раз Ходжу Насреддина, или книжицы восточной поэзии, то вы, как и я, почти наверняка испытаете приятную, чуть щемящую ностальгию.
Что же до сюжета, то он вплетает в себя некоторые притчи о жизни Ходжи Насреддина, но подаёт их под тем углом, который выгоден сюжету. Тот же в основном посвящён борьбе Ходжи Насреддина с несправедливостью, с ложью, мздоимством и бессмысленной жестокостью власть предержащих к простому народу — выживающему, кто как может. В каком-то роде подача автора делает главного героя этаким народным мстителем, а вовсе не живущим ради своей любви к жизни плутом и хитрецом. Но на это можно закрыть глаза, потому что авторское переосмысление на то и переосмысление. И, кто знает, может в 40-50-е годы прошлого века автор использовал образ средневекового восточного хитреца, чтобы говорить о том, что он видел на улицах вполне себе современной европейской страны, так любившей воспевать всеобщий труд и знание каждым трудящимся своего места.

Подобно восточной сказке, ведет автор свое повествование о Хадже Насредине. Хитрый ум, подвластный доброму сердцу творит непостижимые вещи. А ума и хитрости этому «возмутителю спокойствия» не занимать - нет такой жизненной ситуации, из которой Ходжа Насреддин не нашел бы выход по совести и справедливости: будь то расправа с ростовщиком Джафаром, держащем в страхе народ, будь то любовные чувства, воспылавшие к Гюльджан, которым пытались помешать, будь то помощь одноглазому вору в обретении себя или же готовность найти озеро для мудрого старца, который беспокоился, в достойных ли оно руках, работав долго время хранителем. Ходжа Насреддин, даже обзаведясь семьей, не смог изменить себе, своей страсти к путешествиям и дороге, и не ради развлечений отправился в очередное путешествие, а дабы помочь добрым людям там, где уж лучше него никто б не смог справится. 

Книга настолько полна (и непротиворечива), что к ней не хочется ничего прибавлять.

Обе части, каждая из которых вполне может выступать в качестве самостоятельного произведения, содержат всё необходимое, чтобы сделать книгу достойной. Юмор здесь, доходя порой до гротескности, но не сказываясь при этом в откровенный (и, признаться, отпугивающий) фарс, добр и легок, ненавязчиво пронизывает всё повествование, озаряя его тёплым чувством любви к жизни, словно бы очищает читателя от всего злого и подлого.

Герой бос и неродовит, однако не зауряден. В отличии от карикатурно уродливых (как физически, так и духовно) светлейших-умнейших-великолепнейших трусов и хапуг, подлецов и льстецов, он смел и отважен, благороден и умён, и по особому безрассуден (хладнокровно и расчетливо, как бы странно это ни прозвучало), что всякий раз, давая отпор власть имущим, выходит победителем; несмотря на бедность, он весел и жизнерадостен, находчив, сметлив и остёр на язык, а также небезразличен к судьбам других, таких же, как он сам (хотя и совсем других, потому что может быть только один такой человек), простых людей, испытывающих по воле властей голод, страх и нужду, и, в отличие от Ходжи Насреддина, неспособных даже помыслить о том, чтобы дать им отпор (и здесь можно поразмышлять о том, достойна ли эта инертная масса быть спасенной. И тут же мы видим яркий и заразительный пример Ходжи Насреддина, с жаром убеждающего вас, что достоин, всей душой преданного и любящего свой народ и с добрым снисхождением взрослого прощающего ему его пассивность, безынициативность и беспомощность. И доводы его так убедительны, выражения столь метки, что вы невольно проникнетесь этим человеколюбием и не станете предаваться пространным высокопарным размышлениям, в то время, как кто-нибудь нуждается в помощи).

Лёгкая дымка Востока, обволакивающая читателя со всех сторон, придаёт истории оттенок экзотической сказочности, оставляя, тем не менее, всё события реальными (и тем самым привнося в нашу с вами живую реальность настоящее волшебство, светлое и доброе, как и всё в этой книге).

Несмотря на подчеркнутое положение главного героя среди прочих, они, остальные, не теряются за собственной безликостью, напротив, это очень яркие карикатуры, подчёркнуто, даже в какой-то мере вычурно характерные, своим появлением и присутствием лишь украшают повествование.

Но сказка закончилась, подарив слушателям частичку мировой души, привнеся в мир толику понимания, заботы и доброты. Пригревшимся в тёплых лучах гуманизма этой истории зрителям пора расходиться. А книгу, заслуженно ставшую классикой, остаётся только цитировать, вспоминать и время от времени перечитывать.