A Canticle for Leibowitz

Одна из голов женщины была полностью бесполезной. Она была невелика по размерам, с лицом херувима, нос вечно закрытыми глазами. Совершенно не чувствовалось, что эта голова дышит или что-то понимает. Она лежала, безвольно склонившись на одно плечо, слепая. глухая, немая, напоминая какой-то отросток. Скорее всего, в ней не было мозгов, потому что она никогда не проявляла следов самостоятельного существования. Другое лицо, изборожденное морщинами, говорило о солидном возрасте женщины,а вторая голова сохраняла детское выражение лица, хотя оно и было обветрено и опалено солнцем пустыни. (Миссис Грейл и Ришель)

Она наклонилась к нему и прошептала, прикрыв рот рукой.
— Мне нужно также отпущение грехов Ему.
Священник слегка отпрянул.
— Кому? Я вас не понимаю.
— Отпустить грехи… Ему, кто сделал меня такой, какая я есть, — захныкала она. Но затем лёгкая улыбка тронула её губы. — Я… я никогда не прощала Ему этого.
— Прощать Бога? Как вы можете?.. Он ведь… Он — Справедливость, Он — Любовь. Как вы можете такое говорить?..
Её глаза умоляюще смотрели на него.
— Разве не может старая торговка помидорами даровать небольшое прощение Богу за его справедливость, если я испрашиваю у него отпущение грехов для себя?
Дом Зерчи судорожно проглотил сухой комок в горле. Он посмотрел вниз, на двухголовую тень, распластавшуюся на полу. Форма этой тени говорила об ужасающей Справедливости, и он не мог осуждать её за то, что она выбрала это слово — «простить». В её простом мире было возможно прощать справедливость так же, как и несправедливость, и человек мог прощать Бога так же, как и Бог человека.

"This Order has had abbots of gold, abbots of cold tough steel, abbots of corroded lead, and none of them was able, although some were abler than others, some saints even. The gold got battered, the steel got brittle and broke, and the corroded lead got stamped into ashes by Heaven. Me, I've been lucky enough to be quicksilver; I spatter, but I run back together somehow. I feel another spattering coming on, though, Brother, and I think it's for keeps this time. What are you made of, son? What's to be tried?"
"Puppy dog tails. I'm meat, and I'm scared, Reverend Father."
"Steel screams when it's forged, it gasps when it's quenched. It creaks when it goes under load. I think even steel is scared, son."