Люси мечтала быть счастливой и свободной девушкой. Она желала вырваться из сети навязанных обществом правил. И позволяла себе малые шалости. Девушка видела мир по-другому. И ее заметил Влад. Вампир, который начал являться ей в приступах лунатизма. Это была игра. Игра со своими правилами. У каждой стороны.

Да, эта история о той самой Люси из знаменитой истории про Дракулу. И пройти мимо вариации любимой книги я не смогла. Люси открывает все уголки своей души перед читателем. И с такой трактовкой истории я полностью согласна. Мне всегда она казалась взбалмошной девицей, которая может легко нарушить правила.

Эта история на первый взгляд может показаться достаточно откровенным любовным романом. Но в ней кроется гораздо больше. Люси ведь не просто так попалась в руки Влада. Мышка, которая считала себя львом, оказалась загнана в искусно расставленную ловушку. И ремарки об этой мышке и ее поступках я очень часто вставляла по ходу чтения. Ну а что она?! Такое устроила! И ведь хищник Влад не раз говорил о своих намерениях очень даже прямо. А нашей Люси все хотелось чего-то большего. Не по нраву ей была синица в руках, пока и ее не потеряла.

Это было интересное путешествие в знакомый мир и очень любопытная вариация истории. Сказка для взрослых (с пикантными подробностями) и очень толстой моралью. С большим интересом буду следить дальше за издательской серией в этом прекрасно-мрачном оформлении с черным срезом.

После прочтения книги у меня остались двоякие, противоположные ощущения. С одной стороны мне понравилось, с другой — не понравилось, и появилась тысяча придирок.

Тёмная душа невинной Люси Вестенра тянется к смерти. Она живёт тоской и воспоминаниями об умерших родственниках и готова сама шагнуть за черту. Никто её не понимает, она не готова мириться с участью стать просто женой и матерью и так и не обрести свободу от условностей. Она крутит женихами, испытывает влечение к своей подруге и бывшей гувернантке Мине, а ещё ходит во сне. В одну из таких сомнамбулических ночей она встречает необычного мужчину, к которому её влечёт, и который, как ей кажется, способен дать ей долгожданную свободу.

Как сама по себе романтическая с пикантными нотками история эта книга хороша. Героиня действительно мечется в своих страданиях и поисках, мужчины её действительно любят, их взаимоотношения игривые, кокетливые, динамичные, следить за поведением Люси весьма интересно. Концепция о том, что она — идеальная женщина своей эпохи, тоже выглядит симпатичной. Хотя сразу же создаётся впечатление, что идеальна она совсем для другой эпохи. Те самые пикантные нотки прописаны ярко и горячо, Люси весьма раскрепощенная невинная девица для конца 19 века и легко переходит грани дозволенного в поисках собственных удовольствий.

Но если брать книгу как некое переосмысление мифа о Дракуле, как значится на обложке, то это скорее странный фанфик, недели переосмысление мифа. В основе, конечно, лежит история Брэма Стокера, но по ней как будто бы потоптались от души.

Здесь наконец-то гораздо больше Дракулы, чем в оригинале, но лучше бы его не выводили на передний план так, как это сделано. Очень много диалогов, и такого занудного и в то же время глупого болтуна Дракулы быть не может. Речи одновременно высокопарные и пошлые, самоуверенные и ноющие. Он раздражает здесь ужасно, хотя по идее должен вселять благоговейный ужас, учитывая, что это всё ещё мой любимый книжный персонаж. Но здесь он получился каким-то нелепым.

Его интерес к Мине тоже есть, но лишь для того, чтобы вызвать ревность у Люси. Дракула, конечно, тот ещё манипулятор, но это какие-то слишком дешёвые для него трюки. В конечном итоге он называет Мину образцом женщины эпохи, но эта тема так и не получает развития. Кажется, он сам не определился до конца, какой же должна быть эта самая женщина.

Мне здесь очень понравился Артур Холмвуд, его персонаж показался мне наиболее проработанным. Джонатан Харкер лично появляется всего раз или два, в остальное время он где-то там на задворках сердца Мины. Ван Хельсинг как Ван Хельсинг, как будто бы его особо и не пытались изменить.

Правда, интересной вышла игра с расами. Ван Хельсинг, кстати, китаец. А сама Люси — правнучка вьетнамки. Квинси Моррис чернокожий американец (почему нет). Странное смешение, сделанное в угоду толерантности, которого никогда не произошло бы у Стокера.

Увлекательно, но любителям оригинала, к коим отношу себя и я, будет к чему придраться.