Женщина – преступница и проститутка

Один из старейших выводов криминологии гласит, что мужчины более, чем женщины склонны нарушать закон в любом возрасте. Обращаясь к подобным книгам, я ожидаю ответов на вопрос, каковы на то причины. Предметом исследования в этой работе известного судебного врача-психиатра является, как понятно из названия, женщина. Им то, кстати, читать эту книгу и не советую. Потому что сексизм как он есть. Итальянец дожил до начала ХХ века и не застал женщину в современном её виде. Сомневаюсь, стоит ли относить его выводы абсолютно ко всем типам женщин теперь. Проблема в том, что учёный находится под сильным влиянием господствующего тогда мировоззрения, что оказало значительное влияние на его работу и помешало ему стать полностью объективным.

Книга начинается с того, что автор сравнивает особенности любовного поведения животных и человека. У животных, у которых самка сильнее самца, любви не существует, - пишет он. Это объясняет, почему она возможна для человека. Потому что женщины относятся к существам более низкой организации. Его так заставляет думать излишне экзальтированное поведение женщины по отношению к объекту её любви. Ну прямо как собака! - пишет он. А в доказательство приводит выдержки из художественных книжонок. Я всячески поддерживаю аналоги с животным миром, факты из жизни диких племён, но ссылки на художественные произведения, якобы доказывающие то тот, то иной изъян в женском поведении, звучат неубедительно и портят картину научной работы в данной области.

То, в каких экспрессивных выражениях отзывается Ломброзо в адрес женщин, снова заставляет усомниться в его объективности. Не менее эмоционален он и в изложении случаев из своей практики. Чего стоит только это обиженное: «ничтожная переменчивость женского я», которая якобы и довела женщину до того, что испытать наслаждение от любви она может только при осознании, что она осчастливит того, кого любит. Те, кто знает о женской любви из текстов поп-баллад, наверняка тут восхищённо воскликнут, как чертовски прав старик. И женщины, привыкшие к такому рабскому поклонению, наверняка, с ними согласятся. Ломброзо настаивает, что это распространяется абсолютно на всех дам, существование которых подчинено материнскому инстинкту: будь то вторичные половые признаки, выбор партнёра для брака или любовь к мужчине, которую этот инстинкт в то же время и приглушает. Такова картина психики нормальной женщины по Ломброзо.

Если же эта самая чувствительность не ослаблена и по интенсивности приближена к мужской, то тут уже говорят о девиации, которая и приводит к проституированию. Только для этого ещё важно отсутствие стыда («нравственный идиотизм») и - у врожденных проституток (оказывается, есть и такие) - материнских чувств. Учитывая, что стыд – продукт более позднего развития общества, то проституток автор низводит до положения дикарей, а moral insanity непременно ведёт к преступности. Та же логика распространяется у него и на преступниц. Самыми частотными преступлениями, в которых участвовали проститутки, являлись кража и шантаж. С тех пор, кстати, мало что изменилось, если обратиться к статистике, составленной Национальным обзором криминальной виктимизации (National Crime Victimization Survey). Но важно помнить, что в настоящее время оба пола находятся под влиянием одних и тех же общественных и правовых сил, не зависящих от каких-либо уникальных обстоятельств, присущих исключительно женщинам.

Книга даёт исчерпывающий материал по истории проституции, её видам и её роли в истории разных народов. Немало порадовали своей уникальностью многие факты, в частности, о придворной жизни Франции. Но автор не различает насилие (например, обычаи диких племен: предлагать гостям провести ночь с женой или дочерью или за 6 дней до свадьбы всем племенем пользоваться услугами невесты) и бизнес, когда за предоставление услуг взимается плата в виде денег или украшений. По классификации Ломброзо первые два случая относятся к «гостеприимной» и «гражданской» проституции соответственно, что вообще не следовало бы называть проституцией, либо обозначить более широкие рамки этого понятия, что сделано не было. Та же проблема с термином «преступность», который по понятным причинам не применим к животному миру. Однако, Ломброзо даже среди самок пчёл нашёл преступниц.

Anyway, последняя треть книги представляет некоторый интерес, поскольку автор обращается к материалу, который он лично и другие ученые наблюдали, приводит данные из допросов, отчётов и даже статистики. Автор многократно цитирует французкого гигиениста Александра Парент-Дюшателя, российского врача-антрополога П.Н. Тарновскую, Карлье, Маро. Однако, многие выводы выглядят сейчас смешными и притянутыми за уши (например, качества, присущие по Ломброзо исключительно проституткам, характерны буквально для каждого второго). Увы, очень напрягают нестройная и поверхностная классификация и разнобой в терминологии. То, что представлено здесь, сложно назвать гендерным подходом к изучению женской преступности, но определённо является шагом к нему.

Чезаре Ломброзо — Женщина - преступница или проститутка
Оценка: 6/10
Жанр: псевдонаучная работа
Повествование: от первого лица

Эту книгу нужно рассматривать не как художественную литературу, а как научную. С этой точки зрения произведение очень необычное для того времени.

Автор с самого начала рассматривает женщину либо как преступницу, либо как проститутку, либо все вместе. Другого не дано. Эта точка зрения немного напрягает. Всю книгу Чезаре Ломброзо основывает на том, что женщины - существа отсталые (по сравнению с мужчинами), которыми движут различного рода потребности.

Вначале он, пытаясь понять женщину, сравнивает ее с животным! Это ещё полдела. Дальше автор использует термины «врождённая преступница» и «врожденная проститутка». То есть не социум влияет на человека и на его дальнейшую жизнь, а это заложено у нас в инстинктах? То есть нам не свойственно выбирать, кем быть: преступницей, проституткой или, допустим, любящей женой и матерью?
Знаете, такие выводы можно понять, ведь в то время женщин довольно сильно принижали и делали бездушной домохозяйкой, которая была обязана всегда потокать своему мужу и всегда следовать за ним. Но все же его высказывания оставляют неприятный осадок.

А что он говорит про женскую дружбу?

Каких таких «нормальных»? То есть «женщины-проститутки» и «женщины-преступницы» - а это почти все особи женского пола, по мнению нашего автора, - ненормальные? Довольно странные выводы, согласитесь.

Как говорил Арне Гарборг: «В женщине скрывается удивительная великая тайна, великая жизненная загадка, источник всех радостей и всех забот», и только одним сравнением с животными и парочкой фактов нас понять невозможно!

Советовать эту книгу я не могу. Если кто-то и захочет ее прочесть, то только для общего развития. Для своего времени идея книги была революционной, но для нашего же - скучной и глупой. Сейчас существует гораздо больше трудов, которые, действительно, могут дать хоть какую-то интересную информацию.

Кто я? Преступница? Проститутка? Или гремучая смесь?
Само название книги "Женщина - преступница или проститутка" сразу же говорит читателю о том, что иного не дано. Женщина может быть либо преступницей, либо проституткой, либо и тем, и другим вместе.
Структура книги проста. Первая часть - проституция среди женщин, вторая - преступность. Не поворачивается язык назвать это исследование серьезным и основательным, не монументальный этот труд.
Начинается сие замечательное творение Чезаре Ломброзо с описания проституции в мире животных, с сопоставления мира животных с человеческим и тут же звонит второй звоночек, что книга, ох как, непроста. Это похоже на суррогат испытаний на мышах. Это удивительно, но автор, видимо, считает, чтобы понять женщину надо посмотреть на животных. И хотя сложно не согласиться, что мы чем-то похожи, но звучит это малость дико. Если у птиц самка серенькая, то она заботится о потомстве, в то время, как папа украшает собой мир, а если мама имеет красивое оперенье, то папе приходится быть серым и невзрачным, заботясь о птенцах. Можно провести аналогию с людьми в этом случае, мол, зачем женщине красивые наряды, если она заботится о детях, но, правда ведь, не все так просто у людей, и я не сомневаюсь, что и у птиц тоже.
Скажу честно, в разделе о проститутках меня накрыла грусть-тоска и уныние, я ощущала всеми фибрами своей души, как меня зомбируют, было ощущение, что мне внушают мысль, что все женщины - проститутки, все до единой и ничего с этим не поделать. Так продолжалось до момента, когда автор разделил проституток на врожденных и случайных. Само по себе исследование, на мой взгляд, дурно пахнет, так и тянет назвать его недоисследованием. Автор проанализировал поведение самцов и самок животных, птиц или насекомых, после сравнил их с поведением женщин и мужчин и сделал сенсационные выводы, что ВСЕ женщины проститутки, потом он подумал и решил, что все-таки, наверное, есть какие-то оттенки вкуса в поведении, что не все одинаковы и просто разделил их на врожденных проституток и случайных, но опять же - ВСЕ, просто кто-то с этим родился, а кого-то вынудила жизнь. В качестве доказательства своих, потрясающих воображение, постулатов автор использует те или иные случаи из литературы "Одиссея", "Гомер", "Декамерон" (а что, очень даже достоверные сведения об описываемых эпохах), случаи из криминальных хроник разных стран, а также нашумевшие газетные сенсации и слухи. И так всю книгу.
Вторая часть строится по тому же принципу, что и первая. ВСЕ женщины преступницы, а вот врожденные или случайные, решает судьба. Примеры становятся все более жуткими, ведь тут, кроме секса, появляется еще и членовредительство, ужасные преступления, вплоть до детоубийства, но примеры те же: литература, криминальная хроника, сенсации и слухи. Изредка пробегает в тексте "нормальная женщина", но судя по всему, она существо настолько неуловимое, что даже это пробегание поймать невозможно.
Автор очень подробно описал качества, присущие случайным и врожденным преступницам/проституткам, и все это в том или ином виде я находила у себя. Это качества настолько распространенные, я думаю, что так или иначе, в себе их найдет каждая женщина, что опять же может служить доказательством того, что ВСЕ женщины преступницы или проститутки. Лишь "как мимолетное видение, как гений чистой красоты" нормальная женщина где-то бегает по страницам книги.
Были и смешные моменты в книге - пьяные пчелы, коровы-наркоманки, дикобразы, вылизывающие кожу друг у друга между иголок, женщины со слабым сексуальным влечением вначале повествования про проституток.
Так что же такое женщина, хотелось бы знать? Автор ответил в названии, а если вы все же женщина "нормальная" и вы себя такой считаете, то знайте, что вы все равно либо преступница, либо проститутка, просто пока не раскрылись, пока вам везло и вашу жизнь можно считать успешной. Я пыталась понять и проанализировать практическую ценность данной книги. Возможно она найдет свое применение в душещипательных беседах с проститутками, а вдруг появится супер-герой, желающий исцелить всех проституток и сделать их "нормальными" женщинами, может быть она будет полезна в мире правосудия, для судей, например, при вынесении приговора врожденной преступнице или случайной, есть же разница, кто с какими мотивами расчленял или калечил своего гулящего мужа. Да, кстати, мужья тут все гулящие, "нормальный" мужчина столь же редкое явление на страницах данной книги, как и "нормальная" женщина. На основе этого у меня есть гениальная идея, можно использовать все случаи, описанные в трактате Ломброзо, и написать книгу "Мужчина - проститут или преступник" и стать родоначальником течения, подобного "ломброзианству". Если нравится, пользуйтесь, я для такого слишком ленива.
Есть еще вариант применения этой книги - манипуляция женщиной, в этом случае, женщина должна это прочесть, понять и принять близко к сердцу, что будет сложно, если это, конечно, не редкий исчезающий вид "нормальной" женщины. Можно еще использовать книгу для устрашения мужчин. Все знают, что женщина страшна в гневе, теперь у нас есть такое вполне околонаучное исследование, утверждающее и "доказывающее": не будите мужчины лихо, пока оно тихо. В общем, ерничать можно бесконечно, пришла пора подвести итог. Несла ли книга лично для меня информативность? Нет. Была ли интересна? Моментами. Поняла ли я из данного исследования, что представляет собой женщина? Я поняла, что для Чезаре Ломброзо - женщина либо преступница, либо проститутка, я немного поняла проституток, в какой-то мере расширила свой кругозор. Читается очень легко, но я не уверена, что книга подходит для общего саморазвития, есть аудиоверсия, советовать само собой никому не буду, но автор меня повеселил, а еще рецензии к этой книге все, как на подбор, чудо как хороши, надеюсь, что моя не испортит общего впечатления.

Это было анекдотично!
Вообще, видимо, тема месяца в феврале у меня была "История проституции и её виды": сначала мне пришлось перечитать "Блеск и нищету куртизанок" Оноре де Бальзака, затем данную книгу, и, когда я уже и без того считала себя великой эксперткой экспертом в этом вопросе, я открыла "Таис Афинскую" и с первых же строк узнала, что это история о гетере. Да не слишком ли это уже? :)
К сожалению, еще до начала чтения этой книги я узнала, что она не выдерживает никакой критики, все аргументы Ломброзо давно тысячу раз опровергнуты, поэтому я просто погрузилась в то, во что погрузилась, и даже пыталась получить удовольствие.
Сравнивать женщин с самками животных столь же глупо, как и сравнивать в целом людей с животными или как сравнивать гриб с осьминогом. Что-то похожее, несомненно, в поведении есть, но делать на этом какие бы то ни было выводы и умозаключения неправомерно. В целом книга поделена на две части: о проститутках и о преступницах. И те, и другие могут быть как прирождёнными, так и ставшими такими по воле случая. Может ли быть женщина не преступницей и не проституткой благополучно умалчивается вплоть до конца этой книги.
Каждая глава изобилует просто мемесными приколами. Например, в одной из глав приводятся примерно следующие доводы (не дословно, но по смыслу): Проститутки - это преступницы, пускай даже они не совершат преступления никогда в жизни, всё равно они преступницы. Чего, простите? В обратную сторону это тоже работает: мол, если уже оступилась и совершила преступление, то там и до панели не далеко.
Я не знаю, был ли для 19 века труд Ломброзо актуальным и прорывным, проливающим свет на психологию преступниц (ведь, говорят, другие его книги - огонь), но в реалиях 21 века его книга смешна. Какие-то исторические моменты были интересны, но не психологические.
Интересные, конечно, доводы приводит Ломброзо. Может, на тот момент он и не мог сослаться на какие-нибудь известные труды учёных в этом вопросе, но искать ответы у Гомера тоже такое себе занятие и такой себе авторитет.
В целом, я бы оценила книгу на шесть звёздочек, но только за то, что я знатно веселилась, читая это, - семь. Советовать всем эту книгу я бы не стала, но парочке знакомых обязательно покушать принесу.

Тяжело опускаясь на стул, клоун старался не смотреть мне в глаза. Слегка подрагивающими руками он прикурил сигарету, смачно затянулся, выдохнул грязно-серую струю в потолок и только тогда в упор посмотрел на меня. Несколько секунд изучал мое лицо, прищурившись от табачных испарений. Наконец отвел взгляд, зажал сигарету в зубах, резким движением открутил пробку у стоящей на столе бутылки, будто свернул голубиную шею, плеснул себе и мне в стаканы мутной скверно пахнущей дешевой жидкости. Махом осушил половину своего, крякнул. Руки как по волшебству перестали нервно подрагивать, сложились на груди в защитный замок и клоун прохрипел:

— Ладно, если хочешь знать, то мне-то что. Охота рыться в этой помойке – никаких проблем, я приоткрою тебе крышку.

Нахмурился, потер лоб, задержался колючим взглядом на бутылке, не видя ее. Продолжил:

— Знаешь, женщины совершенно не способны на любовь. Все вокруг думают, что они для нее рождены, а мужики просто черствые сухари да камни. Как бы не так! Женщина – прежде всего мать, а любовница далеко не во вторую. Думаешь, она не сожрет тебя живьем за своих детей? Будь уверен, что и не подавиться. И плевать она хотела на твои песни и пляски о великой и чистой. Если хочешь добиться от нее любви – будь сильнее, заставь ее подчиниться, унижай ее, держи чуть ли не в рабстве. Вот тогда-то она тебя полюбит, ох что она для тебя будет готова сделать! Вот тогда ты будешь для нее на первом месте, один ты! Отношения сутенера и проститутки, сечешь? Чем крепче лупишь, тем вернее она будет тебе служить, папочка.

Горький смешок, еще один крупный глоток из стакана. Подлил. Я к этому пойлу даже не притронулся, но моему собеседнику было все равно, он был полностью занят своими мыслями и своим рассказом. Голос его стал звонче, чище от второй порции выпитого, будто алкоголь смыл налипшую ржавчину с него и тот заблистал начищенным горном.

— Хочешь скажу, что еще они любят, кроме ощущения своей слабости? Тешить свое тщеславие. О да, чем ты известнее, чем больше красоток тебя готовы облизать, тем больше будет готово пасть к твоим ногам завтра. Понимаешь? Они множат сами себя, любят бороться за недоступное, любят побеждать соперниц, чувствовать сладкое чувство превосходство. И неважно, что объект вожделения по сути своей яйца выеденного не стоит, главное – победа любой ценой, пусть даже нужно пройтись по головам вчерашних подруг. Я знаю, о чем говорю, когда-то я собирал оперные залы, все хотели посмотреть мои номера. А теперь посмотри на меня внимательно – думаю, ты понимаешь, кто сделал меня таким, какой я есть!

Клоун закурил вторую и на какое-то время замолк. Я тоже не торопился прерывать молчание. Он задумчиво смотрел на свои пальцы, на которых остались следы грима со лба. Налил себе еще, глотнул уже спокойнее.

— Заметь себе одну важную вещь. Право родилось из насилия, а брак – из проституции. Это факт, да, сэр! Небо голубое, трава зеленая, кролики не рожают слонят, а жена – это бывшая любовница! И не надо мне баек, что любовница всегда будет ниже законной жены, бычьи бредни! Любовница – свободна, следит за собой, а если еще и с мозгами, так вообще цены ей нет, такие ценились во всем мире, во все времена! Правило возникает из отсутствия правил. Решили запретить проституцию, шутники, а то, что она в природе человека кто-нибудь подумал? Как по мне, так пусть бы и не было никаких правил и поныне, одни беды от этого закона. Пили бы вино, делали бы детей и решали бы в честной драке, кому место под солнцем. Как вакхи, как высшие люди!

Клоун затих так же внезапно, как начал взбудоражено восклицать. Покрутил в пальцах коробок спичек. Глаза его в черной обводке начали поблескивать, на щеках проявился горячий румянец, проступающий сквозь осыпающийся песком грим. Откашлялся, вперившись в стол, будто смутившись за всплеск эмоций.

Снова заговорил:

— Я был тогда молод, понятное дело, сейчас бы в такое не вляпался. Карьера шла в гору, стали узнавать, колесил туда-сюда, гастроли. А гормон-то играет, сам понимаешь. Ну и в одном городишке захолустном приметил ее. Наше шапито там как раз стояло дольше обычного, какие-то проблемы с оборудованием. У нас закрутилось. Такая скромная, бедненькая, тихая, но красивая, бестия, я просто голову потерял, хотя у меня ее вроде отродясь не было. Короче влюбился без памяти, как дурак недобитый. Ее в городке том ничего не держало, родительского надзора не было, семье вообще было плевать на нее. Ну она и сбежала со мной, как только мы двинулись с труппой дальше. Нас расписали через несколько месяцев в другом захолустье за бутылку вермута и золоченый портсигар, без согласия ее родителей и документов. Гулял весь цирк на той свадебке. Это только я потом узнал, что ей еще и семнадцати не стукнуло! Черт возьми, ты бы видел ее формы, ты бы знал, что она творила по ночам, да и не только по ночам! Какое там, это была уже женщина, в полном смысле этого слова! От скромности ее очень быстро не осталось и следа. Шугала от меня всех поклонниц. Потом и друзей от меня отвадила незаметно. Я ничего не замечал, был занят только ей. Надо было уже тогда заметить, какова она на деле, а я…

Безнадежно махнул рукой, выпил еще, смочив горло парой добрых глотков. Чиркнул спичкой, посмотрел на пламя, смахнул. Заговорил отрывисто, но четко:

— Через полтора года у нас дочь родилась. Через год вторая. Любил их безмерно. Она тоже любила, мне так думалось. Я тогда достиг почти пика карьеры. Деньги полились рекой. Все ей покупал, а ей все мало было. Крутила мной, как хотела, веревки вила. Когда старшей дочке пять было, застукал женушку с акробатом. Простил. Потом нашел вещи хозяина шапито у нас. Когда понял, что вся труппа уже шушукается о ее шашнях уже пару лет как – чуть не сгорел со стыда. Идиот слепой, верил ей, ничего не замечал, а она уже давно из постели в постель… Напился, устроил скандал. Променяла меня на более богатого и успешного хозяина, не задумываясь. Просила благодарить ее, что она не отравила меня или не задушила ночью к чертям собачьим. Что я слабохарактерная тряпка. С работы конечно поперли, да я и сам не мог там больше оставаться. Дочери конечно же остались с ней. Я начал менять одну работу на другую. Пил. Много. Иногда не помнил, что было вчера, что за люди вокруг. Компании становились все мутнее, ночлежки все грязнее. Короче говоря, тянул я эту лямку уже по инерции. Связи она все оборвала. А ведь я любил ее, понимаешь? И по детям скучал...

Залпом допил еще одну порцию, протяжно выдохнул, закашлялся. Глаза его стали отливать стеклом, поза стала расслабленной и развязной. Он чуть не выронил очередную сигарету, раскуривая ее. Чуть не прожег ею штору, резко взмахнув рукой.

— Я всего от нее ожидал, но не такого, черт возьми! Я встретил свою любимую старшую дочурку знаешь где? В притоне для шлюх! Затащили тогдашние приятели, сказали, будет весело, давай, здесь элитные чистые девочки, мы платим! Я с голодухи, баран, пошел с ними. А в приватной комнате, где меня должна была ждать девушка высшего класса, я увидел свою дочь. Сразу ее узнал. И она меня. Вскочила, стала одеваться, черт побери, я сам готов был сгореть на месте... Рассказала мне, как шапито прогорело. Как хозяин выгнал мамашу ее и их самих на улицу. А у моей бывшей запросы-то к тому времени знаешь как выросли? О-хо-хо, она была не готова снова жить впроголодь! Спуталась с каким-то типом, вроде вором, организовали свой бордель. Вот хваткая сучка оказалась! Дела пошли в гору. Только этой твари все мало было, ненасытная скотина. Торговала собственными дочерьми! Предлагала их клиентам побогаче как десерт высшего класса! Хахаль бил их, а может и… а может и еще чего, она же мне не скажет все как есть... Понимаешь… Моих девочек…

Я смотрел, как по его белым щекам катились крупные капли слез, оставляя изломанные борозды, перекатываясь по глубоким морщинам, смачивая сыпучую краску, которая тут же набухала липкими отвратительными комками. Он размазывал их по лицу, смешивая с черным и красным, превращая свое лицо в пятно непонятного цвета, в несуразную гримасу театральной грязи. Шумно всхлипывая, он неверными движениями вылил последнюю порцию пойла в свой стакан, изрядно пролив мимо, чуть не опрокинул пустую бутылку, ставя ее обратно на стол, и выпив еще, откинулся на спинку стула. Икнув, клоун перестал всхлипывать и трястись, и забормотал:

— Моя стерва жена доигралась до того, что младшую девочку убил один из клиентов, когда она чем-то его рассердила. Над старшей продолжала издеваться мамаша со своим уродом, чуть тоже ее не убив. Девчушке удалось сбежать, но зарабатывать по-другому она не умела, так что из одного притона в другой, стала профессионалкой… Я проговорил с ней всю ночь, уснул, обнимая свою девочку. Проснувшись узнал, что она попросилась срочно в другой публичный дом. Прихватила с собой мой кошелек и перстень отца, который я до последнего не закладывал. Искать ее я, конечно, не стал. А вот полгода назад увидел в газете заметку о том, что поймана содержательница целой сети борделей. Воровство, торговля несовершеннолетними для утех, продажа своих услуг, незаконная деятельность, продажа алкоголя и запрещенных средств – от всего можно откупиться! Но поймали ее на убийстве своего любовничка. Грохнула его из дробовика, половину башки снесла. Застукала того с какой-то девчонкой. Он может, пару лет назад с ее дочерью забавлялся, она на это закрывала глаза, а тут спутался без ее ведома с какой-то профурсеткой – так сразу за ружье. Разве поймешь этих чертовых баб! Получила сдачу своей же монеткой, короче говоря. Присудили казнь. На суде до последнего отпиралась, небылицы выдумывала, рыдала. Да кто ж ей поверил бы теперь, змее нераздавленной! Мне жизнь сломала, дочек загубила, себя закопала живьем, за что ж она так, дура, дура набитая…

Больше клоун говорить не мог. Закрыл лицо руками и тихо плакал, пьяно икая. Очень скоро он затих, завалившись на стол и захрапев. Я оставил ему немного денег, положив под пустую бутылку и вышел из тесной гримерки провинциального театришки с дырявой крышей, давно некрашеными стенами и грязной сценой, где сегодня вечером был бесплатный спектакль для местной детворы. Другие артисты давно ушли прогуливать свои заработанные от администрации гроши в кабачки и притоны. Сквозь прореху в крыше начал капать дождь, но я не беспокоился за своего недавнего собеседника – в каморке, где он сейчас спал, потолок был цел, значит жить можно.

Тут ошибка в названии трактата: случайно затесалось слово "или". Женщина - преступница проститутка. Точка.
Собственно, все просто: женщина обладает более слабым половым влечением (потому что это их влечение и не половое вовсе, а всего лишь разновидность материнской любви), поэтому на занятие проституцией их толкает не страсть, а обычный такой моральный идиотизм, который, кстати, присущ преступникам. "Проститука" = "преступница". Мужчины быть проститутками не могу, следовательно, "проститутка" = "женщина". Отсюда вывод: женщина = преступница проститутка.
Оно, конечно, забавно почитать, исследовательское исследование выдающегося исследователя, жившего аж сто лет назад, с его аргументными аргументами.
А знали ли вы, мои дороги друзья, что в царстве животных многие самки совершают преступления простив сородичей в приступе бешенства. Ага. Есть даже свидетельство, что одна муравьиная самка убила и сожрала травяную вошь, рассерженная ее поведением. А разбой? Знали ли вы, что в дикой природе некоторые пчелы образуют банды, летают по лесам-полям и отжимают ульи у других пчел? Да-да. Вот вам цитата, читайте внимательно:

Хотите доказательств? Их есть у меня. Одна ангорская кошка была очень нежной матерью, но на старости лет сделалась безобразной. И когда слуги стали с ней обращаться небрежно и даже дурно, она и вовсе перестала кормить собственных котят, а одного даже сожрала.
Собственно, подобным фееричным бредом книга наполнена более, чем на половину. И смешно, и грустно.
Нет, ну а что. Мне бы было очень грустно, если бы кто-то считал, что разорение и нищету, например, я должна переживать менее болезненно лишь на том только основании, что я женщина.

Аргументный аргумент, ага.
Мне вот даже сложно преставить себе человека, которому я могла бы сей шедевр посоветовать к прочтению. Очень и очень неоднозначны выводы автора. И спорны.

С вами снова "Томный вечер пятницы" и сегодня в гостях у нас психиатр и основоположник антропологического направления в криминологии и уголовном праве в основу которых легла идея о прирождённом преступнике - синьор Чезаре Ломброзо, со своей уже 127 лет как не новой книгой "La Donna delinquente" рассказывающей о врожденных признаках преступных наклонностей у женщин. Запасайтесь винишком, поверьте, оно вам понадобится, и давайте же узнаем что думает синьор Ломброзо об истинной природе женщин и попытаемся выяснить в чем кроется корень зла.
⠀
Я: шепот О боги, опять приходится иметь дело с итальянцами..
Чезаре: Scusi signorina, у вас какие-то претензии?
Я: Пока нет, но все впереди..
Чезаре: Ну тогда и не начинайте раньше времени!
Я: звуки закатывания глаз
Чезаре: А ты знала, что у насекомых понятия любви почти не встречается, зато у птиц..
Я: Я не хочу этого знать
Чезаре: ...сильные самки насекомых прогоняют слабых самцов, но если самец сильнее самки, то он заставляет ее любить себя
Я: Это же как с тупыми бабами, которые живут со всякими уродами моральными и безрукими придурками
Чезаре: В этом и смысл сравнения с животным миром, не перебивай! На чем я остановился?.. птицы же более моногамны, но самцы выражают чувства к самкам сильнее, чем они к ним. Самке важнее потомство и она может завести нового сразу же после его гибели, кроме того самки склонны изменять своим партнёрам и тогда они с новым партнёром убивают старого, в то время как самцы болезненно переживают потерю самок и выражают в отношении них особую заботу и любовь.
Я: Это все круто, конечно: насекомые, птицы, зебры, дикобразы, которые лижут друг друга под иголками и львы, которые не могут держать свой львячие лингамы в покое, хотя про то, что кролики строят отношения с одним партнером, признаю, правда было интересно, но может уже отпустим Дроздова на пенсию и обсудим то, зачем мы тут собрались?
Чезаре: Signorina, как вы нетерпеливы, одно слово - женщина
Я: Я бы попросила! На вашем месте я бы не провоцировала меня на преступление. Девушка.
Чезаре: тяжело вздыхает ..Множество свидетельств указывает на то, что женщины, как и самки животных в дикой природе, выбирают наиболее сильного партнёра, а так же партнёра, который имеет большую привлекательность для других самок, так же чувствительность, в том числе и половая, у женщин понижена в сравнении с мужчинами, в то время как материнский инстинкт более ярко выражен. Пониженная чувствительность приводит к тому, что любовь не является для женщин чем, что они не могли бы преодолеть, как следствие, некоторые женщины рано встали на путь проституции только лишь от скуки или желая заполучить мужчину.
Я: Несколько противоречивое утверждение. Выходит, что в отсутствии чувствительности женщина движет исключительно тщеславие и корысть, но как же тогда объяснить болезненные абьюзивные отношения к которым некоторые женщины возвращаются, а так же жертвы на которые идут ради мужчин, как личностные, так не нередко и финансовые?
Чезаре: По этому поводу Paul de Kock пишет: "Любовь женщины пропорционально увеличивается с жертвой, которую она приносит своему любовнику: чем более она ему уступает, тем сильнее она к нему привязывается", таким образом женщина испытывает сексуально наслаждение только если всецело отдаётся мужчине и покорена им. Так же цель любой девушки замужество, потому что потребность в продолжение потомства преобладает над ее личными желаниями, из чего следует, что любовный инстинкт ее всецело подчинен материнству и женщина больше мать, чем жена.
Я: Что же следует в тех случаях, когда женщина не желает иметь детей?
Чезаре: Это может быть свидетельство вырождения и склонности к проституированию или же преступности, что в сущности является гранями одного и того же, потому что проституция - есть преступление.
Я: А есть шансы не быть проституткой или преступницей, если родился под несчастливым созвездием "Вагины"?
Чезаре: Практически никаких
Я: Ну, в принципе, вы правы, мне вот уже хочется врезать вам бутылкой за вашу ярко выраженную мизогинию, но я прощу вам узколобое мышление мужчины из 19го века. Что вы можете сказать об антропологических предпосылках возникновения проституции и преступления?
Чезаре: "Точно так же, как и преступление, проституция была нормальным явлением в жизни цивилизованных народов на заре их развития, какою она является и в настоящее время в жизни дикарей". В древности понятия брака не существовало и женщины были общими, как и дети их принадлежали всему племени, кроме того была распространена практика предлагать своих женщин гостям, в некоторых случаях за это взымалась плата или же жены уступались иностранцам за вознаграждение, единым, что не допускалось - несогласованное соитие женщин с членами других племён.
Я: То есть женщины использовались мужчинами, не считая тех случаев когда женщина была вольна сама выбирать партнеров по собственному желанию, их продавали, отдавали в общее пользование и лишали девственности в различных сомнительных обрядах, и это делает женщин антропологически предрасположенными к проституции? Очень интересная точка зрения.
Чезаре: Вы забывает о существовавшей религиозной проституции, так например в Вавилоне все женщины должны были посетить храм Мелитты и отдаться какому-нибудь чужеземцу, подобная практика была распространена и в других местах. В Лидии женщин занимались проституцией, чтобы собрать себе приданое, которое позволяло выбрать им мужа по своему выбору. Так же некоторые храмы были построены путем сбора средств проституцией.
Я: А у евреев был обычай позволяющий отдать свою дочь в контактное пользование, при этом девушка ничего не получала. Но разве все это не следствие того, что у женщин не было другого способа заработка, а ценности и устои были им навязаны, впрочем как и религиозные обычаи? А потом эти же мужчины решили классифицировать проституцию как преступление, как только решили, что не извлекают из этого достаточной выгоды, а женщины становятся, очевидно, слишком независимы, несмотря на то, что сами же и потворствовали ее появлению.
Чезаре: Вынужденная проституция действительно имеет место быть, однако опускаются до неё только те женщины, которые имеет пониженную стыдливость, в таких случая женщины как правильно шли на этот шаг чтобы прокормить семью. Но нам известны многие случае дам большого достатка, которые тем не менее имели множество половых партнеров, а так же занимались кровосмешением. Придворные проститутки имели большое влияние на политику, Медичи для достижения своих целей имела целую сеть проституток-шпионок именуемых "Летучий эскадрон".
Я: Хочу вам напомнить, что в половом акте участвуют двое, а то бедные мужчины развращенные женщинами-проститутками. Кроме того мужская проституция так же существовала и так же использовались для достижения политических и личных целей. Но я согласна, что секс, как явление, претерпевал изменения с течением времени, тем не менее сохраняя, наследуя или повторяя те или иные отличительные черты.
Чезаре: Мы можем наблюдать некоторое противоречие в том, что женщины обладая менее выраженной чувствительностью однако избирают ремесло основанным исключительно на чувственности.
Я: Мысль в порядке бреда: может все-таки дело не в мифический пониженной чувствительности?!
Чезаре: Но мы видим это в то, что проститутки не хотят знать что случилось с из родителями и им нет дела до своих детей, а так же они проявляют агрессию к тем и другим. Кроме того проститутки как правило ленивы, имеют тягу к лжи и пьянству, воровству, склонны к истерии и частым сменам настроения, совершают импульсивные поступки, низкие моральные устои, не умеют обращаться со средствами, и имеют наклонности к преступным деяниям, а так же любви материнской предпочитают любовь к животным, потому что это тот любви, который не требует отдачи с их стороны, интеллект же их часто ниже среднего. Все эти признаки или некоторые из них могут говорить и врожденной проституции, такие женщины либо уже стали проститутками, либо станут, как только этому будут благоприятствовать обстоятельства. Если же им удастся сойти с пути этого ремесла, они часто возвращаются к нему добровольно.
Я: Ну, во-первых, у вас явно не было кошки, тут речи о не жертвенной любви и речи быть не может. Все эти признаки так же могут быть вызваны обстоятельствами не зависящими от женщин, что же тогда отличает врожденных проституток от случайных?
Чезаре: Проституткам случайным присуще чувство стыдливости, хоть оно и ниже, чем у нормальной женщины, они обычно хорошие матери, им тягостна мысль что кто-то из знакомых из жизни до их падения узнает чем они сейчас занимаются или же если об этом узнают дети, они занимаются этим, чтобы их детям не пришлось, и в условиях когда другого выбора у них нет, они не имеют такой склонности к агрессии и мошенничеству, а так же тяге к спиртным напиткам, однако же часто топят в алкоголе безысходность своего существования.
Я: По-моему вся разница заключается в склонности к агресси. Что же касается пониженного интеллекта, вы сами приводите в пример множество женщин-проституток, которые использовали свой интеллект для обогащения, политических целей, строя при этом гениальные планы. Выходит, что почти все эти признаки поверхностные и могут как свидетельствовать о склонностях у проституции, так и ничего не значить вовсе.
Чезаре: Проститутка - та же преступница и часто это бывает совмещено. Так в женщинах преступницах мы видим повышенную жестокость в сравнении с преступниками мужчинами. Чаще всего преступницами, в отличии от проституток, становятся женщины в которых доминируют мужские черты. Маскулинность может быть как внутренне, так и внешней, а так же чувствительность их повышена в сравнении с обычными женщинами.
Я: Бедные чувствительные мужики, как же вы живёте то. В прочем я понимаю, что здесь речь о несколько иной чувствительности нежели та, что мы привыкли понимать под этим словом. Полагаю, преступницы тоже делятся на врожденных и случайных, что же в таком случае отличает их?
Чезаре: Врождённые преступницы это женщины с крайней степенью испорченности. Rykére писал: «женская преступность имеет более циничный, жестокий, испорченный и ужасный характер, чем мужская». Так же это подтверждает известно изречение Эврипида: «Страшна сила волн, пожирающего пламени, ужасна нищета, но страшнее всего женщина». Таким образом испорченность женщины преимущественно сказывается в двух особенностях ее преступлений: в их множественности и жестокости.
Я: Что представляет множественная преступность?
Чезаре: В то время как убийство и отравление у мужчин вещи взаимно исключающие, у женщин они могут сочетаться. Кроме того могут быть премешаны и другие виды преступлений такие как: детоубиство, воровство, поджог, мошенничество, кровосмешение, супружеская неверность, отсутствие материнского инстинкта и прочие. Как правило женщины обладающие более выраженной маскулинностью прибегают к расправам физическим, в то время как женщины более слабые прибегают к ядам и составлению сложных планов, иногда в таких убийствах они не являются исполнителями. В любом случае, особая жестокость преступлений и отсутствие раскаяние говорит о вырождении и врожденной преступности, типы которой являются собой более ужасные, чем мужские.
Я: Что же отличает преступниц случайных?
Чезаре: Случайные преступницы как правило испытают раскаяние и часто действуют под внушение со стороны более сильной личности, такой как любовник или в более редких случаях - подруги. Материнские инстинкты таких преступник обычно более выражены, а преступления мягче. В случаях же преступления по страсти женщины находятся на грани между случайной и врождённой преступницей, однако в отличии от мужчин их отличает холодная расчетливость с которой они действуют, часто выжидая долгое время, что подтверждает меньшую чувствительность женщин.
Я: Или женщины просто не дуры, и расчетливость является признаком интеллекта, а не пониженной чувствительности, ведь в конечном итоге в большинстве своем они не хотя быть пойманными.
Чезаре: Мы имеем здесь дело с преступлениями по страсти происхождение которых кроется в чувствах исключительно эгоистического характера, как, например, в ревности, зависти и т п., но не в эго-альтруистических чувствах, таких как любовь, честь и т п., которые, напротив, являются главными мотивами преступлений по страсти у мужчин.
Я: Что опять же делает женщин просто не умными. Так же вы рассматриваете как вид преступления и самоубийство, расскажите об этом
Чезаре: "Самоубийство – этот феномен, так близко стоящий к преступности по своим вариациям, наблюдается, в общем, у женщин в четыре и даже пять раз реже, чем у мужчин." Женщины как правило совершают самоубийство под влиянием сильных чувств и страсти, но не в тех случаях когда задета их гордость или банкротства, как мужчины. Так же иногда женщины совершают самоубийства из милосердия, в таком случае они могут убить себя, своих детей и членов своей семьи, спасая, по их мнению, их от незавидной участи.
"Женщина более нормальна мужчины, так как она менее переменчива, нежели он, но если зато у нее наблюдаются отклонения от нормы, то они всегда более тяжкого характера. Таким образом, женщина значительно чаще мужчины занимает тот или другой из двух крайних полюсов, какими являются, с одной стороны, абсолютная нормальность, а с другой – крайняя ненормальность, при которой самоубийство тесно сливается с душевными расстройствами."
Я: Существует мнение, что ваши исследования были крайне поверхностными и являли собой опыт с чужих слов и домыслов, что в последствии помогло многие из ваших теорий опровергнуть.
Чезаре: Но вы не можете не согласится, что мои изыскания положили начало изучению преступности и ее причин более глубинных.
Я: Тут вы правы, с этой точки зрения вы дали толчек будущему прогрессу.
⠀
Подводя итог этой беседе, я могу заключить следующее: учитывая описанные в книге паттерны, такие как: нежелание иметь детей, тягу к хорошей жизни, сомнительное отношение к институту брака, любовь к животным и винишку, посему выходит, что я врожденная проститутка.
Я нахожу это книгу довольно сомнительной и крайне противоречивой, одна мысль постоянно противопоставлялась другой, с диаметрально противоположным посылом, что постоянно сбивало с толку.
Мне было интересно читать об исторических фактах, отношению людей в разное время и в разных местах к свободе сексуальных желаний, но в тоже время по большей части я абсолютно не согласна с выводами, которые делал автор после приводимых исторических справок и заметок различных известных людей. С другой стороны стоит делать большую скидку на то, что книга была написана во времена абсолютно других взглядов как на жизнь, так и на женщин, но тем не менее автор пытался понять природу преступлений, которую люди пытаются понять до сих пор, находят все новые подтверждения тому, что в некоторых случаях преступниками и правда рождаются.
И да, пчелы-алкоголики, которые тырят мед друг у друга - это топчик.

Начнем с того, что оригинальное название исследовательской работы Чезаре Ломброзо "La Donna delinquente" в русских издательствах переводили по-разному. Есть версия перевода "Женщина преступница и проститутка" (1897, 1991) и "Женщина — преступница или проститутка" (2012). Первая версия менее броская, зато более категоричная. Беря в руки книгу с таким названием, создается впечатление, что автор считает представительниц прекрасного пола поголовно падшими женщинами, готовыми на любые злодейства. Во втором варианте есть хотя бы выбор, ты либо преступница, либо проститутка, но не то и другое вместе. Впрочем, оба перевода не делают чести нашей сестре. И начиная читать я уже заочно была настроена против автора.

Будто спеша не разочаровать читательниц, Чезаре Ломброзо начинает свой труд с рассмотрения повадок различных животных женского пола. Тут, конечно, находятся и преступницы (как всем известные самки пауков), и проститутки (суки во время течки). Потому первое впечатление от прочитанного подсказывает: автор намеренно желает унизить женщину, опустить, приравнять ее поступки к животным инстинктам. Я негодую, возмущаюсь, мысленно собираю веточки для костра, на котором сожгу Ломброзо, к сожалению, тоже мысленно. Затем автор переходит к примерам из прошлого, когда в древние времена у многих племен женщины были общие, кому не лень мог взять их. У некоторых народов похожие традиции живы чуть ли не по сей день. В цивилизациях же проституция была легальна, и представительницы данной профессии могли жить, не скрывая своего ремесла. Добавляем сюда отсутствие какого-либо стыда и получаем красочный портрет женщины преступницы и проститутки. Мысленно я собираю уже не веточки, а поленья, а лучше бревна, чтобы горели долго и жарко.

Однако, присмотревшись, или, если вам угодно, вчитавшись, можно заметить, что Ломброзо не пытается ущемить своих читательниц. Более того, вступление его книги - это краткая хроника женского порабощения и унижения на протяжении более двух тысяч лет. Автор не пытается сказать нам, что каждая женщина порочна, но ставит перед собой цель: разобраться почему мы, такие нежные прекрасные создания, в принципе становимся на путь разврата и преступлений. А изначальные выдержки из мира животных, скорее всего, были предположением, будто проституция и преступные наклонности у женщин в крови. Рассмотрим это более подробно.

1. Преступница. Ломброзо отмечает сам и обращает наше внимание на упоминания в других исследованиях о хитрости и жестокости женщины. По-моему, сейчас ни для кого не секрет, что в преступлениях женщина более изощренна, чем мужчина. С одной стороны, ей приходится таковой быть, потому что физических сил порой не хватает, чтобы нанести смертельное увечье своей жертве. С другой - мне вспоминаются сказки, где фигурируют злые мачехи, измывающиеся над молодыми и красивыми падчерицами. Нет ни одной сказки про злых отчимов. А если и встречаются отрицательные персонажи мужского пола, то по жестокости они действительно часто уступают женщине. Как еще один пример женской ожесточенности, Ломброзо напоминает читателям о женской ревности, которая порой доходит до неимоверных высот и влечет за собой самую разнообразную месть. Часто припадки ревности напоминают болезненные проявления, как истерию и эпилепсию. То есть преступление вроде бы как признак болезни, потому можно сделать вывод, что преступницами рождаются. Но смотрим дальше. Чего я не ожидала встретить в работе Чезаре Ломброзо, так это статистических данных. (Но тут надо напомнить, что я в принципе была введена в заблуждение корявым переводом.) Так вот, статистика показала, что чаще всего женщина встает на путь преступлений не из-за своей природы, а в силу сложившихся обстоятельств. Нужно отдать должное автору, потому что кроме всего прочего он отмечает несправедливый для своего времени факт (книга написана в 19 веке), женщины уже могли тогда получать высшее образование наравне с мужчинами, но практически были лишены работы. Если умирали родственники, и девушка оставалась без покровительства, то это был тот случай, когда появлялась дилемма: стать проституткой или преступницей. Очень часто, имея чувство гордости и самоуважения, она выбирала второй путь. Таким образом, автор заключает, что преступницами чаще всего женщины становятся в силу обстоятельств, хотя есть и такие, кто уже рождается с преступными наклонностями.

2. Проститутка. Итак, если в преступлениях женщина проявляет себя как жертва, то как же обстоит дело с проституцией? Ведь казалось бы, кто может быть более достоин сочувствия, чем женщина, решившая торговать собой. Тем более, что очень часто она подвергается жестокому обращению со стороны мужчин, как клиентов, так и сутенера. Рассматривая эту сторону, Чезаре Ломброзо не раз отмечает недоразвитость проституток, нравственную недостаточность. В самом деле, какая нормальная здоровая женщина будет терпеть побои и унижения ради кратковременного иллюзорного достатка. Красота не вечна, это очевидно. Также автор отмечает леность проституток, просто не желающих трудиться для своего содержания, предпочитающих валяться дни напролет и отрицающих какую-либо работу. Для них должность кухарки - это оскорбление их достоинства. По собранной Ломброзо статистике, видно, что число случайных проституток, которые решили торговать своим телом, дабы помочь близким, несравненно меньше числа тех, кто сознательно ступил на путь разврата. Принимая во внимание это и некоторые другие нюансы (например, похоть и отсутствие стыда), автор делает вывод, что в большинстве своем проститутками рождаются. Потому что имея выбор, женщина скорее пойдет побираться, чем отдаст себя на растерзание мужчинам. Тут можно вспомнить "Униженных и оскорбленных" Достоевского, где рассматривался данный вопрос весьма грамотно.

Как видите, Чезаре Ломброзо вовсе не приравнивает всю прекрасную половину человечества к проституткам и преступницам, а всего лишь проводит исследование, любопытное между прочим, по вопросу отклонения от нормы в женском поведении. По этой причине в названии книги уместнее было бы поставить запятую после первого слова, потому что речь в произведении пойдет именно о них троих: о женщине, о преступнице и о проститутке.

При чтении книги и написании данного текста ни один таракан не пострадал.
А вот женские нервы… )))

На сцене стоит школьная парта. На ней – микроскоп, колбы, горелка, стеклянный аквариум, книжки, тетрадки. За партой на стене висит школьная доска. Вверху коряво написано «Женщина – преступница или проститутка?». На левой стороне изображен таракан. На правой – схематически, в стиле «палка, палка, огуречик» - женская фигура. О том, что это женщина свидетельствует грудь и впечатляющих объемов бедра. Ну и бантик на макушке.

Петров – невысокий, прилизанный школьник в белом лабораторном халате. В руках у него тетрадь и ручка, он с серьезным видом делает какие-то пометки, бурчит себе под нос.

Сидорова – маленького роста, щупленькая, с серым мышиным хвостиком девочка в очках с диоптриями. Белый лабораторный халат и скромный потупленный взор прилагаются.
Петров: - Итак… (читает в методичке). «Целью лабораторной работы является провести ряд экспериментов с лабораторным материалом чтобы доказать правильность либо ложность следующих утверждений Чезаре Ломброзо из книги «Женщина – преступница или проститутка»...»
Петров картинно сдергивает полотенце с пластикового контейнера в котором… сидят вполне живые и шустрые тараканы. Сидорова визжит, потом недоуменно поворачивается к напарнику:
Сидорова: - Тараканы?!...
Петров: - Ну да…
Сидорова: - А тема… «Женщина – преступница…»?
Петров (раздраженно): - Сидорова, ты что, предлагаешь проводить опыты на людях?! Или на животных?! (со слезой в голосе) На маленьких пушистых кроликах? На сереньких беззащитных мышках? (осуждающе) Не ожидал… Вот от тебя – не ожидал!
Сидорова пристыжено сникает. Но через секунду подходит к Петрову и нерешительно дергает его за рукав.
Петров (досадливо): - Ну что еще такое?!
Сидорова ( едва слышно): - А они… Они женщины?
Петров (ехидно): - Хочешь проверить?
Сидорова окончательно замолкает.
Петров: - Итак, опыт №1. Докажите истинность следующего утверждения Ламброзо: «женщина обладает более слабой интеллигентностью». Сидорова! Доставай подопытного №1!
Сидорова краснеет, зеленеет, трясется как осиновый лист, но, превозмогая брезгливость, достает из контейнера рыжего усатого таракана маленьким пинцетом. С диким визгом она опускает его в аквариум. Петров снисходительно качает головой и другим пинцетом опускает в аквариум кусочек булочки. Ошалевший таракан с бешеной скоростью бросается по стенкам вверх, в сторону свободы.
Петров( неодобрительно качая головой): - Хм, и впрям «более слабой интеллигентностью»… А как же булка? Она, между прочим, свежая и с изюмом…
Делает соответствующие пометки в тетради.
Петров: - Так, что там у нас… Опыт №2. Докажите истинность следующего выражения Ч. Ламброзо: «Женщина отличается физической слабостью».
Прищурившись, Петров рассматривает притаившийся в лотке лабораторный материал. Лабораторный материал нагло шевелит усами. Петров медленно переводит взгляд на Сидорову, что-то задумчиво чертит в тетради, шевеля губами. Подходит к Сидоровой и кончиком ручки задирает полу лабораторного халата, с задумчивым видом несколько раз пересчитывает количество ног, потом, потеряв всякий интерес к Сидоровой, идет к доске. На левой половинке, под изображением таракана, чертит шесть косых линий. На правой, где изображена «женщина», две. Далее с натугой и максимальной концентрацией Петров производит сложные арифметические расчеты и наконец, удовлетворенно что-то буркнув, он зачеркивает четыре черточки в левой колонке.
Петров: - Понял! У нас будет два лабораторных эксперимента! В первом для чистоты эксперимента будет участвовать таракан с шестью лапами, а во втором – с целью максимального приближения условий опыта к действительности – таракан с двумя лапами! Как у женщины!
Сидорова: - Лапы? У женщины - лапы?!
Петров ( отмахивается, не поворачиваясь к Сидоровой): - Сидорова, не отвлекайся! Доставай первого… подопытного!
Сидорова краснеет, синеет, бледнеет, едва не падает в обморок, но достает из лотка таракана. Петров свистит. Таракан убегает.
Петров: - Записываем: при свисте таракан с шестью лапами убегает. Сидорова! Не стой столбом! Надо готовиться ко второй части эксперимента! Отрывай таракану лапы!!!
Сидорова с горькими рыданиями, но все же отрывает бешено сопротивляющемуся таракану четыре лапы. Делает она это брезгливо.
Петров: - Так…
Петров свистит. Таракан на двух лапках с трудом ползет из этого дурдома.
Петров: - Хм… Все равно убегает, но уже не так быстро…
Что-то чертит в тетрадке.
Петров: - Я понял! Надо оторвать ему все лапы!
Сидорова горько плача, вытирая слезы рукавом, все-таки обезноживает таракана.
Петров удовлетворенно смотрит на «подопытного». Свистит. Таракан остается на месте.
Петров: - Итак, «Женщина отличается физической слабостью»… (Еще раз смотрит на таракана). Будем считать, что это доказано!
Сидорова открывает рот чтобы что-то сказать, но досадливо машет рукой и сердито замолкает.
Петров: - Опыт №3. «У нормальной женщины болевая чувствительность меньше развита, чем у мужчины, а сочувствие чужому страданию, как известно, в прямой зависимости именно от нее…».
Быстро делает какие-то пометки в тетради.
Петров: - Да что тут доказывать? Правда, правда. (прочувствовано) Я бы никогда не смог оторвать лапы бедному беззащитному тараканчику! (утирает скупую мужскую слезу).
Сидорова медленно поворачивается к Петрову. Вид у нее… недовольный.
Петров: - Опыт №4. «Обстоятельством, которое все чаще и чаще служит причиной преступности многих нормальных в нравственном отношении женщин, является странное противоречие, благодаря которому им позволяется получать высшее образование…».
Задумчиво откладывает методичку, стучит ручкой по щеке…
Петров: - Сидорова, а как научить таракана читать?
Сидорова с размаху бьет Петрова по голове толстым и тяжелым учебником по биологии, после чего срывает с себя белый лабораторный халат. С достоинством, гордо задрав нос, она удаляется со сцены. Петров падает под стол. Подымается – взлохмаченный и помятый.
Петров( недоуменно): - Эй, а что я такого сказал?!
Потом, потирая ушибленную макушку, медленно поворачивается к доске, берет в руки мочалку и стирает несколько слов. Получается «Женщина – преступница». Делает шаг назад, внимательно рассматривает… Досадливо качает головой и снова берет в руки мел.
И ставит в конце фразы знак восклицания.
Занавес.
***
Игра «Долгая прогулка – 2018». Команда «Решительные леди Гилеада». Основное задание апреля. Дополнительное задание (отзыв в форме сценария школьного КВНа) выполнялось.

Уже одним своим названием книга поджигает ж… невинным читателям на протяжении многих лет, и продолжит это делать и в будущем. Не буду хейтить авторов рецензий на двоечку, так как они в праве выражать свое мнение каким бы оно не было.

Ломброзо начинает издалека, а именно с древнейших традиций различных народов, для которых вполне естественно было предложить свою жену или дочь гостям. Это кажется диким и бесчеловечным, но такова история, и увы, в наше время мы не особо-то и продвинулись. Такие права мужчин распоряжаться телом и жизнью женщин привели к образованию проституции. В книге приведено несколько типов от самых низших до элиты и до храмов определенного назначения.

Автор часто ссылается на французов, поэтому всякие высказывания типа "женщин не заботит красота, они влюбляются в середнячок" абсолютно логичны. Взяв пару томиков классики приходишь к выводу, что даже самый плюгавый мужичок из Франции мнит себя желанным объектом и свято верит, что каждая девушка, а в особенности молодая и богатая, хочет стать его любовницей. Знаем, видели, агриться нет смысла.

От проституции Ломброзо плавно переходит к преступлениям и начинает с воровства. Далее идет анализ различных дам с улиц Парижа: как они дошли до такой жизни и почему. Ну а от воровства до особо тяжких не далеко.

С одной стороны работа выглядит интересной: все расписано, приведены примеры и предпосылки. С другой, она кажется устаревшей. Время идет, меняется жизненный уклад и ценности, а значит нужны современные методы и подходы. Как мне показалось, у Ломброзо довольно централизованные работы: в "Гениальности и помешательстве" местом действия выступала Италия, в данной работе — Франция. Не плохо бы взглянуть на картину в целом, сравнить разные страны и проанализировать современное общество. Такие работы, несомненно, есть, а пока начать можно с этой.