Цитаты из книги Ария с жемчугом

Даже в душу убийцы не годится влезать в сапогах.

Следователь, осматривающий тела задушенных девушек, которые умерли в жутком страхе, испытывали страшные физические муки, вовсе не расположен испытывать сострадание к мучителю. И ему в тот момент нет дела до того, что, возможно, сам убийца испытал когда-то сильнейшее душевное потрясение. И что сложись обстоятельства по-другому, он бы этого не совершил. Так или иначе, он слишком далеко зашел.

— Лично я убежден, что люди читают об убийствах в качестве альтернативы. Поскольку сами не решаются убить.

Капитан заметил: - A что плохого в алиби? Если у парня есть алиби, значит он ни при чем, так ведь? Значит все к лучшему. - Алиби, - величественно изрек мистер Мерримен,- относится к той же категории понятий, что и статистика: подвергшись анализу, и то и другое ничего не доказывает.

— У него нет алиби. Он сам так сказал. — Нас всегда учили, — заметил Аллейн, — что виновный в такого рода преступлениях человек никогда не признается, что у него нет алиби. У него оно всегда найдется. Ну, хоть какое-то.

— Алиби, — важно заметил мистер Мэрримен, — это из той же категории, что и статистика. Если как следует проанализировать, ничего не доказывают.

Был учителем, вышел на пенсию, но использует все возможные и самые подлые педагогические приемчики — от держания камня за пазухой до попрания всех законов и правил приличия, даже когда это совсем неуместно.

« — Вряд-ли это все сильно скажется на Рози. Сейчас она лучшая актёрка во всей стране, она твёрдо стоит на ногах. Только уж повесьте меня до её возвращения из Америки»

«— если когда-нибудь вас уволят, вы вполне можете заняться предсказанием судьбы и зарабатывать по пять монет за сеанс.

— вот уж спасибо! чтобы вы стали меня шантажировать? мол, плати долю, иначе прикроем твою лавочку! нет уж, увольте!»

— Странно устроен мир, правда? Посмотрите, столько людей страдают и мучаются. — Не думайте об этом. Так недолго и с ума сойти. Лучше думайте о прекрасном пустом пляже, который скоро увидите.

Терпеть не могу проводы. Если человек едет недалеко, в проводах нет необходимости, если далеко и надолго — это уже не имеет значения. Несколько лишних минут ничего не изменят.

Чем больше блефуешь, тем больше надежды, что дело выгорит.

Величайшей ошибкой было бы считать ревность недостатком или даже виной. Напротив, ревность во многих случаях обостряет ощущения.

Офицер полиции, если его можно разжалобить слезной историей, — сомнительное приобретение для службы в подразделении, основная задача которого — обуздать самого скользкого и ненадежного создания, человека с криминальными наклонностями.

Это счастливейший момент в моей жизни. Я всегда мечтал нарушить закон, да все случай не подворачивался. И я это совершаю вместе с полицейским! Такая удача мне и не снилась.

Тот, кому удастся найти у меня что-нибудь ценное, — человек поумнее меня!

Грант вообще не любил думать в местах, для этого предназначенных. Важное открытие, озарение скорее могло прийти к нему посреди улицы, в толпе народа, где блуждает Даго, а не в величественном уединении кабинета.

Ты, может быть, и страдаешь от избытка воображения, но оно у тебя еще не настолько больное, чтобы видеть то, чего нет на самом деле.

Если что-то ставило его в тупик и он принимался неотвязно об этом раздумывать, то в итоге напрочь терял ощущение реальности.

Девяносто девять опрашиваемых из ста дают абсолютно никому не нужную информацию, а сотый — вообще никакой.