Бумажная
1592 ₽1349 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Юля. Об этом никому не рассказывают. Об этом молчат не просто так. Во-первых, стыдно. Что скажет лучшая подруга, у которой и мама, и папа, полный комплект, и которая понятия не имеет, что значит, когда мать на несколько дней уходит в загул, есть дома нечего, а старший брат распускает руки. Во-вторых, страшно. Страшно думать об этом, вспоминать это. Скажешь вслух – и придется признать, что это было. Если молчать, быстрее забудешь. Тем более, выхода у нее все равно нет. Закончила 8 класс. Из дома не сбежишь. На жизнь не заработаешь. Надо просто молчать. И терпеть. А можно еще научиться проклинать. Глаз у нее тёмный. Карий. Глядишь, получится. В конце концов, надо просто сделать всё по правилам. В полночь, на кладбище. Она сможет. Она смелая.
Ольга Аристова – молодая писательница из Владивостока. «Раз, два, три — замри» её дебютный роман. Дата выхода: сентябрь 2025. Количество страниц: 224. Мягкая обложка. Офсетная бумага.
Катя. Она бы хотела…. Она бы хотела раствориться в этой воде. «Утонуть» звучит как-то очень ужасно. У нее вообще-то нет суицидальных наклонностей, но… Но ей настолько сейчас плохо, ей настолько невыносимо от случившегося, она же не может никому рассказать, ни единой душе, она не в состоянии вообще понять и справиться, со всем этим, не может преодолеть. Ей так страшно было, что она ни звука не проронила, но это же слышно! Это же не бесшумно происходит! А Юля… Она не слышала? Не понимала? не знала? А еще тот урод, который на берегу к ней приставал… А полиция, которая не поверила ни единому ее слову…. Она хочет просто не быть. Погрузиться в воду с головой и остаться там навсегда. Катявода. вода=катя. КАвоТяда.
Из аннотации: «Три подруги-школьницы живут в Находке — на самом южном краю России, где близость к морю и порту дает обманчивое ощущение свободы. Нулевые в Приморье — время пацанских разборок, безденежья и стихийной рыночной торговли. Взрослеть тут не очень-то безопасно»
Даша. Её это достало. У всех вокруг (ну по ходу) уже было. А у неё нет. Ну как так? Она хочет, чтобы у нее тоже было. Она хочет нравиться. Она хочет, чтобы на нее смотрели вот такими глазами, она хочет… да. Она прям-прям всего хочет. До конца. Но вслух как-то стремно такое говорить, да? Короче. Надо просто правильно одеться. В этом вот топике со стразами у нее сиськи отлично видно. А это, между прочим, ее главный плюс. Большой такой плюс, ни у одной подруги такого плюса нет, плоские все, как доски. А еще накраситься надо. И юбку такую короткую. Короче. Ну, должно же помочь, да?
Из интервью с Ольгой Аристовой: «В черновиках я называла книгу «Бессмертные девочки», потому что они и правда такие, про которых говорят: ну бессмертные! Но мы с моей редакторкой Юлей Петропавловской решили, что нужно название, которое отражало бы и игру, и травму героинь»
Если вы решите читать эту книгу, то знайте – она показывает ту сторону жизни, которую обычно не замечают. Или стараются не замечать. Или хотят забыть. Я не знаю кого-то, кто боролся бы с этим делом, конкретными действиями, помогал. Пожалуй, движение социального волонтерства у нас еще слабо развито, и хотя в конце книги даются номера телефонов доверия и т.д. Но… Я, например, не знаю, куда бы я обратилась на месте главных героинь. Мне бы некуда было обращаться. Тем более тогда, когда не было этих фондов с последней странички. Я не могу сказать, что этот роман мрачный. Это как обвинять реализм, что он слишком пессимистичный. Описано так, как это случается и бывает. И если кому-то кажется, что нет – не может быть такого, я могу за вас только порадоваться. Ведь вы жили настолько благополучной жизнью, что даже не подозревали о таких историях. И вам очень повезло, что вы можете только наблюдать со стороны.
О таких книгах невозможно сказать – «понравилась». Настолько это слово не уместно, инородно, настолько не подходит эта характеристика для таких историй. Эта книга о насилии и о том, какие формы, обличия, оправдания это насилие приобретает. Под какой маской существует. Поэтому говорить оценочными категориями невозможно. Я могу сказать иначе – я не жалею, что прочла эту книгу. Я думаю, такие книги нужны. Я вижу, что язык, которым она написана, стиль и слог автора делают эту историю доступной и понятной многим. Я замечаю ее художественные достоинства. Я не ищу недостатков, а в дебютном романе можно при желании найти, за что упрекнуть. Когда-то я выдала кредит доверия этому издательству и этой серии, и раз за разом он оправдывается. Я хочу прочесть всю серию «Есть смысл».
Потому что смысл говорить на эти темы – точно есть.
Иначе как справиться?

Быть девочкой-подростком — значит всегда быть начеку. Быть девочкой-подростком — значит чувствовать себя Красной Шапочкой в мире, полном волков. Быть девочкой-подростком в Находке начала нулевых — задача со звездочкой.
Именно о таких девочках и пойдет речь в этой истории. Юля, Катя и Даша — три подруги, которых объединяет… а что, в общем-то, их объединяет? Полное или частичное отсутствие отцов? Холодные матери? Отчаянная жажда жрать эту жизнь ложками? Увидеть мир? Полюбить, в конце концов?
Девочки мечтают о принце-на-коне, который увезет их из этой дыры, но принцев здесь нет. Есть только Жэка или Серый с их мутными делами и глазами, а вместо секса на пляже, как в кино по рен тв, — вонючий матрас в местном «штабе».
Девочки отчаянно нуждаются друг в друге, потому что внутри у них — нежность. Внутри они жаждут тепла, безопасности и любви. Но снаружи они грубы. Кидаются друг в друга взрослыми словами и средними пальцами, потому что нельзя показывать, что ты уязвима, — сожрут.
Быть девочкой-подростком — значит ожидать предательства даже от собственного тела. Первые месячные, формы, которые так быстро меняются, и взгляды, эти сальные взгляды, которыми тебя начинают провожать от мала до велика. Они зубоскалят, сигналят из машин, хотят выпить досуха твою юность, перемолоть очередную девочку в труху.
Быть девочкой-подростком — значит быть частью двух миров. В книге есть сцена, где одна из девочек шарится по чужим карманам в поисках мелочи и думает, как купит на них прокладки и мармеладки. И это столкновение двух миров кажется чем-то неправильным.
Мир девочек, предоставленных самим себе, жесток и суров, и ошибок он не прощает. С «домашними» девочками плохое случается, конечно, реже. Точнее, они реже слышат фразу «сама виновата». А те, которые сами ныряют на дно, ходят по лезвию, заигрывают с тьмой, — обречены быть виноватыми во всём, что с ними случается.
И даже если ты прошла по самому краю, вышла сухой из воды, уехала, вырвалась, не оставив за собой даже хлебных крошек, — всё равно где-то глубоко в душе ты остаешься сломанной девочкой.
Я сама выросла в нулевых, я помню этих девочек. Это всегда были дети из неполных, неблагополучных семей. Одна забеременела, когда ей не было даже шестнадцати, другая зарезала своего сожителя и села в тюрьму, третья спилась, четвертая сторчалась. Случилось бы с ними подобное, если бы их просто любили собственные родители? Этого мы уже не узнаем.
Быть девочкой-подростком — значит всегда быть в зоне риска. Даже дома. Куда бежать, где искать помощи, если тот, кто должен был защищать, сам становится монстром?
Это очень смелая книга. Очень дерзкая, откровенная, неприятная, пронзительная, печальная, злая. Автор очень интересно играет с текстом, выкручивая громкость на полную, вызывая отторжение, которое тут же сменяется жалостью. Честно, я в восторге. Но я не знаю, кому её посоветовать.
Разве что тем, кому и адресовано посвящение этой книги — всем девочкам из провинции, чьё детство прошло на улице.

Если честно, ничего против беспросветного здеца я не имею. Порой мне даже нравятся такие книги. Но вся эта мрачная их фишка вроде как подразумевается, что будет тянуться до кульминации (по крайней мере, так ожидается), после которой случится что-то (хоть что-то!) светлое, и читатель выдохнет, расправит натянутую пружину внутри и отпустит историю, которая его настолько поразила и напрягла. Здесь же...
Прекрасно понимаю, что время и место, обстановка вокруг и история сильно влияют на людей. Если рядом с городом существует посёлок, где держали заключённых, то ничего хорошего в городе явно не будет происходить — это аксиома. Нулевые в России в принципе не блистали адекватностью и логичностью, а в удалённых уголках нашей огромной страны и подавно долго и бережно до последнего оглаживали установки девяностых. Но... знаете, что самое страшное? Что даже спустя двадцать лет в том месте, которое описывается в этой книге, ничего не изменилось. Именно это выглядит одновременно и страшно, и неправдопободно, и нелогично, и... неужели это и правда так?.. Ответить на этот вопрос я, к сожалению, не могу. Однако, судя по написанному, так и есть.
"Раз, два, три — замри" Ольги Аристовой — это концентрация страха, риска, жизни на грани, профуканных возможностей и травм, которые никогда, никак и никуда не исчезнут и будут влиять на человека даже спустя казалось бы далёкие двадцать лет. Но беда в том, что происходящее в детстве и подростковости, очень сильно цепляет, запоминается, делает нас теми самыми взрослыми, которые или удаливаются от горя, ломаются, не выдерживая, или перерабатывают испытанное в опыт и ковыляют вперёд, к новым свершениям и возможностям. Осталось только выбрать, на какой стороне ты...















