Всходит остролистая зелёная пшеница, растет; через полтора месяца грач хоронится в ней с головой, и не видно; сосёт из земли соки, выколосится; потом зацветет, золотая пьль кроет волос; набухнет зерно пахучим и сладким молоком. Выйдет хозяин в степь- глядит, не нарадуется. Откуда ни возьмись, забрёл в хлеба табун скота; ископытили, в пахоть затолочили грузные колосья. Там, где валялись, - круговины примятого хлеба... дико и горько глядеть.
Так и с Аксиньей: на вызревшее в золотом цветение чувство наступил Гришка тяжёлым сыромятным чириком. Испепелил, испоганил- и все.