Цитаты из книги Избранное

Мне нужно забрать мужа из клуба и отвезти на какое-то нелепое собрание в Уиллис-холл, где он будет председательствовать. Если я опоздаю, он придет в ярость, а я не смогу закатить ему сцену в этой шляпке.

Раньше румяна шли в комплекте с остроумием. Теперь совсем не так.

‐ Значит, Сибилу Вэйн убил я, – вполголоса проговорил Дориан Грей, – всё равно что перерезал ей горло ножом. И тем не менее розы все так же хороши, птицы в саду поют всё так же радостно, затем поеду в оперу, после мы заглянем ещё куда нибудь, чтобы перекусить... До чего драмотична жизнь!

Я убежден,сознаюсь,что лучше быть красивым,чем добрым. Но,с другой стороны,- никто больше меня не склонен признать,что лучше быть добрым,чем красивым.

Любое преступление вульгарно, ровно как и любая вульгарность преступна.  <...> Преступность является исключительной собственностью низших слоёв общества. И я их ничуть не виню. Полагаю, преступление для них то же самое, что для нас искусство, то есть лишь способ получения сильных ощущений.

Я хотел сказать пророку, что у искусства душа есть, а у человека нет. Впрочем, боюсь, он бы меня не понял.

Он как всегда опаздывал из принципа, полагая, что пунктуальность только крадёт время.

" Красота была лишь маской, юность — издевкой. "

" Дориан Грей кинулся к нему и вонзил нож в артерию под ухом. Прижав голову друга к столу он бил ножом снова и снова. "

Порой трудно было понять, идёт ли речь о религиозном экстазе средневекового святого или же перед тобой нездоровые откровения современного грешника.

— Люди обожают отдавать то, что больше нужно им самим. Я это называю верхом великодушия.

— И был совершенно прав! В чужих трагедиях всегда есть нечто безмерно убогое.

Человек искусства должен создавать красивые вещи, но ему нельзя вкладывать в них ничего личного. Век, в котором мы живём, относится к искусству как к разновидности автобиографии. Мы утратили отвлечённость красоты.

— Дориан для меня теперь — все мое искусство,

Наблюдать за ним одно удовольствие. Его прекрасная душа и красивое лицо вызывают неподдельный интерес. И неважно, чем все закончится или какая его ждет судьба. Он подобен фигуре в живых картинах или персонажу пьесы, чьи радости зрителям безразличны, но чьи страдания возбуждают эстетическое чувство. И раны его по-добны алым розам.

До чего драматична жизнь! Гарри, прочитай я о таком в книге, наверняка рыдал бы навзрыд. Хотя это и случилось со мной, для слез история кажется слишком чудесной.

… ибо, чем меньше люди знают о каком-то предмете, тем с большей предвзятостью к нему относятся

— Существуют всего два типа по-настоящему очаровательных людей — первые знают абсолютно все, вторые не знают абсолютно ничего.