Обрыв

При всей своей старомодности, избыточности, громоздкости и отдалённости от дня сегодняшнего «Обрыв» Гончарова доставил мне столько радости узнавания — прежде всего я видела буквально в каждом герое себя саму, свои автоматические реакции и поступки, образ мыслей и привязанности. Если снять этот культурный слой с его театральностью и барочностью, если не анализировать сюжет, который, разумеется, с нашей нравственной колокольни покажется притянутым за уши, то останутся удивительно живые, нежные и трепетные чувства: боль, надежда, страх, любовь и горе, которые идут рука об руку.

Я думаю, герои тут образовывают диалектические пары, хотя и не всегда противопоставление очевидно.

Мягкая, податливая, вся-наружу Марфенька, бесхитростная и добрая, не способная причинить зла никому.

Независимая, гордая, страдающая и закрытая Вера, разрывающаяся между счастьем мира старого и только смутным не обещанием счастья даже, а намёком на страсть и глубину мира нового.

Стареющая кокетка Полина Карповна, которая существует только тогда, когда в неё кто-то влюблён, и на фоне её фальши, бантиков и рюшечек, театральности и манерности — спокойная и царственная Татьяна Марковна в коричневом платье, с привязанностью длиною в жизнь, с принципами и правилами, которые на первый взгляд устарели, а на самом деле всех спасают от гибели. Она — ось, центр и опора.

Нигилист Марк, которого целиком-то как будто и не видно ни разу, он ускользает, спрыгивает с плетня, надевает чужое пальто, усмехается и изворачивается, чтобы уйти от заслуженной кары. Острый на язык, образованный, интеллигент и реформатор, с первого взгляда — очаровательный бунтарь, со второго — пустой, никчёмный и самовлюблённый трус в маске человека «будущего». Неудивительно, что Вера, с её желанием почувствовать себя значимой, с её чистым сердцем и природным любопытством, откликается на зов, вступает в интеллектуальную дискуссию, но она — не глупая, она чувствует, что её не слышат. И хотя он напрямую не делает ей зла, Марк как будто бы и не замечает, как больно ей, когда он выстрелом ружья зовёт её спуститься в обрыв, подталкивая её к моральному падению.

И безусловно прекрасный Тушин, который говорит: «Я перенесу Веру через любой обрыв», и одного этого достаточно, чтобы понять его, его чувства и его поступки.

Вера видит в нём «доброго медведя», а Гончаров просто пишет — Человек. Его надёжность, доброту, немногословность и благородство невозможно не полюбить — и читателю, и (я уверена, что так оно и будет!) Вере.

А Райский, по-моему, только зеркало, через которое мы смотрим на других. Он вроде бы и главный герой, и характер его прописан ярко, объёмно и подробно, и страсти его бушуют чуть ли не на первом плане, а всё равно он — наблюдатель, перед взглядом которого разворачивается большая и сложная драма.

Что ж, несмотря на густоту и витиеватость языка, несмотря на устаревший сюжет, Гончаров показал вечно актуальное и предельно личное: как мучительно тяжело отличить любовную страсть от садистского разрушения; каким притягательным и очаровательным может быть пустое; как бурно сталкиваются поколения и нравы; наконец, как сложно не спутать показное и настоящее.

«Обрыв» — это про момент, когда ты стоишь на краю самого себя и не знаешь, может, вернуться назад, может, прыгнуть, а, может, кто-то будет готов перенести тебя через него, как Тушин Веру.

Простая история, но наполненная смыслами, мыслями и размышлениями Гончарова на тему старых и новых традиций, идей и положений женщин в обществе. Здесь он развернул полотно романа, описал русскую глубинку, так красиво, словно писал огромную картину.

Слог Гончарова как всегда великолепен. Он словно рисует словами. Я очень рада, что решила прочитать его три О-романа. Теперь нужно найти остальное, очень уж нравится как он пишет. Столько откликающихся мыслей и пусть что-то уже кажется устаревшим, трагедии как будто уже не для нашего времени, но в то же время то, как он осмысляет произошедшее - вполне подходит современности.

Было больно за Веру и очень жаль девочку, но в конце всё же есть надежда, не оканчивающаяся обрывом... Хотя, Гончаров оставил ей в некотором роде открытый финал, я надеялась увидеть что-то типа того, что произошло в "Разум и чувства" Джейн Остен, но нет. Тем не менее, финал для меня светлый. И даже главный герой, который местами раздражал, под конец как-то даже стал интересен, но его финал тоже остался весьма размытым. Гончаров дорисовал свой пейзаж, а дальше читателю решать, что видеть на картине.

Глубокое произведение о нравственности, над которым Гончаров размышлял 20 лет. О том, как разные люди по разному рассуждают о дружбе, о нравственности и незыблемом чувстве любви.

Для кого-то любовь прежде всего связана с браком, а другой ни за что не хочет венчаться, потому что это ограничение его свободы. Кто-то считает грехом объяснения любви, не спросив прежде разрешения у родителей, для другой грех – любовные отношения вне брака. А для неких любовь оправдывает прелюбодеяние.

Как мне кажется, полезное произведение прежде всего для молодых людей и девушек, чтобы порассуждать вместе с героями о нравственности.

Некоторые понятия не стареют.

Гончарова как автора я особенно полюбила после его "Обыкновенной истории", обнажившей без прикрас характеры, предрассудки и психологию героев. И поэтому к "Обрыву" шла с трепетом и предвкушением: объём произведения радовал, и впереди у меня была долгая, но увлекательная история жизненных падений, метаний и становления человека.

Центральной фигурой в романе для меня был и до самого конца остался Райский. Не Вера, в самокопание которой мы как-то стремительно окунулись в середине повествования, не бабушка, чей внутренний стержень позволил ей выстоять перед лицом невзгод. Остальные персонажи, думаю, и не напрашивались на роль центральных: они прошли как бы мимоходом, вплелись в причудливую картину деревенского полотна с её маленькими и большими трагедиями, пересечениями судеб и милым бытом.

С самого начала герой Райского показан нам увлекающейся, слегка сентиментальной натурой. Человеком, который постоянно ищет себя, хочет постичь само понятие "жизнь", прочувствовать, проникнуться, глотнуть свежего воздуха, бросаясь из крайности в крайность. Тем не менее, его непостоянство не раздражает: он формируется как личность, сталкивается с трудностями, очаровывается и разочаровывается, пробует, но умеет и признавать свои ошибки. Ведь важно именно пробовать. Не стоять на месте, а идти к себе настоящему. И здесь этот его путь достаточно чётко прослеживается.

Внезапно нахлынувшая страсть к Вере, попытки вызвать в ней ответное чувство, увлечь своей философией, разгадать таинство внешней и духовной красоты - всё это послужило ростом его личности, хотя, опыт и был довольно горьким. Сама Вера долгое время являлась для него тёмной лошадкой, дичилась всех и "забирала ключи" от своих мыслей, а после, когда её тайны оказались под угрозой, принялась совершенно беззастенчиво издеваться над бедным Райским, высмеивать его любовную горячку, пользоваться его расположением к ней. Эти моменты её отнюдь не красили. А уж возникшая изниоткуда любовь к нищему уголовнику Марку вообще уронила её ниже плинтуса. Точнее, она сама себя уронила. В моих глазах уж точно, к ней появилась даже какая-то неприязнь.

Про Марка Волохова и сказать почти нечего, кроме разве того, что он предстаёт перед нами самонадеянным, распущенным хапугой без цели в жизни, но при этом напирающим на свои несуществующие принципы. Он всего лишь безродный вор и отщепенец, после первого знакомства с которым остаются смутные сомнения в его нормальности. В истории с Верой он проявил себя ничуть не лучше. Странно, чем он мог её зацепить, на мой взгляд, в нём совершенно ничего нет. Пусто. Лишь с одним его убеждением трудно поспорить: ничего не бывает навек, и всё в жизни скоротечно. Только Вера никак не могла бы понять его, потому что у неё в голове изначально были заложены совсем другие истины. Она ждала заверений в вечной любви, обещаний быть вместе до гроба, но выбрала не того человека. Оттого вдвойне удивительно, как эти двое могли сойтись.

Под конец мне стало немного скучно перебирать постоянные душевные терзания и самобичевание Веры, её тупую слепоту по отношению к чувствам Райского, да и сам Райский как-то вдруг отошёл на второй план, а мне хотелось наблюдать за героем и дальше, вживаться в его эмоции, а не в страдальческие образы, примеряемые Верой.

Сам обрыв символизирует здесь некое падение, спуск в неизвестность, черту, ступив за которую, уже нельзя оставаться прежним. И почти для каждого из героев он стал символом, отправной или конечной точкой. Мистицизм, которым наделили это место жители деревни, придаёт особые краски истории, а тихая грусть, воцарившаяся в Малиновке после свершившихся событий, может подействовать даже на читателя. Потому, плавно подходя к завершению романа, у меня возникло какое-то стойкое ощущение утраты: как будто сам сюжет вместе с притихшими персонажами постепенно идёт на убыль, чахнет, тончает, скатывается под гору, а я оказываюсь в двух шагах от того самого обрыва, где уже не может произойти ничего поворотного.

"Он злился, что уходит неловко, неблаговидно, хуже, чем он пророчил когда-то Райскому, что весь роман его кончается обрывом, из которого ему надо уходить не оглядываясь, что вслед ему не послано не только сожаления, прощального слова, но его будто выпроваживают, как врага, притом слабого, от которого избавит неделя-другая разлуки, да соседняя гора, за которую он перевалится..."

Я ждала немного другого финала для Райского. Мне было интересно проходить с ним этот путь. Сначала мне казалось, что ему следовало остаться. Но потом я поняла, что остаться он не может. Ему необходима была встряска, и уже одно то, что он вновь зажёгся идеей и начал мечтать, очнулся от этого сна, взял себя в руки и решил идти дальше - большое достижение. Сложно верить в себя, когда в тебя никто не верит. Но можно научиться.

Несмотря на всё это, "Обрыв" отпечатался в моём сердце. По-другому и быть не могло: в романах Гончарова есть что-то такое, что волнует, цепляет, просится к анализу, заставляет чувствовать и сопереживать. В них вся жизнь. А здесь, к тому же, ещё и яркий колорит деревни, Волга, лошади и первозданная красота природы.

Я очень люблю творчество Ивана Александровича. Чтение «Обрыва» я откладывала очень долго, надеясь продлить удовольствие знакомства с новыми для меня произведениями. Но в начале меня ждало разочарование, роман оказался достаточно скучным, поиск себя в этом мире не сильно меня заинтересовал и не нашел отклика. Благо вторая половина романа добавила живости и вера в произведение воскресла. Особый интерес представила для меня Татьяна Марковна – подкрепляемая традициями и общественными устоями того времени, именно она обладает той самой мудростью, которая и помогает нам, молодым, выжить в мире страстей и нежных иллюзий. Думаю что роман нужно перечитывать и не один раз, чтобы каждый раз напоминать себе хоть и простые, но правильные вещи.

Читая роман даже не верится,что он был написан 200 лет назад . Автор работал над ним почти 20 лет,но оно того стоило. Даже удивляешься,читая,как Гончаров мог предвидеть революцию 1917 года и то,что происходит в наши дни. По сюжету -развивающиеся отношения между молодой дворянкой и "революционером" без рода и племени( как говорится). "Революционер" рвется разрушать старый порядок и на логичный вопрос девушки"а что потом? Кто и что будет строить?" бурно отвечает:" Вот сломаем старый строй,а потом видно будет". Боже,Иван Александрович,как же Вы были прозорливы на века!!! Сейчас так же.давайте ломать,а потом будем думать,чего же построим!!!!