Рецензия на книгу

• 

  KaterinaFateeva23 августа 2025 г.

  При всей своей старомодности, избыточности, громоздкости и отдалённости от дня сегодняшнего «Обрыв» Гончарова доставил мне столько радости узнавания — прежде всего я видела буквально в каждом герое себя саму, свои автоматические реакции и поступки, образ мыслей и привязанности. Если снять этот культурный слой с его театральностью и барочностью, если не анализировать сюжет, который, разумеется, с нашей нравственной колокольни покажется притянутым за уши, то останутся удивительно живые, нежные и трепетные чувства: боль, надежда, страх, любовь и горе, которые идут рука об руку.

  Я думаю, герои тут образовывают диалектические пары, хотя и не всегда противопоставление очевидно.

  Мягкая, податливая, вся-наружу Марфенька, бесхитростная и добрая, не способная причинить зла никому.

  Независимая, гордая, страдающая и закрытая Вера, разрывающаяся между счастьем мира старого и только смутным не обещанием счастья даже, а намёком на страсть и глубину мира нового.

  Стареющая кокетка Полина Карповна, которая существует только тогда, когда в неё кто-то влюблён, и на фоне её фальши, бантиков и рюшечек, театральности и манерности — спокойная и царственная Татьяна Марковна в коричневом платье, с привязанностью длиною в жизнь, с принципами и правилами, которые на первый взгляд устарели, а на самом деле всех спасают от гибели. Она — ось, центр и опора.

  Нигилист Марк, которого целиком-то как будто и не видно ни разу, он ускользает, спрыгивает с плетня, надевает чужое пальто, усмехается и изворачивается, чтобы уйти от заслуженной кары. Острый на язык, образованный, интеллигент и реформатор, с первого взгляда — очаровательный бунтарь, со второго — пустой, никчёмный и самовлюблённый трус в маске человека «будущего». Неудивительно, что Вера, с её желанием почувствовать себя значимой, с её чистым сердцем и природным любопытством, откликается на зов, вступает в интеллектуальную дискуссию, но она — не глупая, она чувствует, что её не слышат. И хотя он напрямую не делает ей зла, Марк как будто бы и не замечает, как больно ей, когда он выстрелом ружья зовёт её спуститься в обрыв, подталкивая её к моральному падению.

  И безусловно прекрасный Тушин, который говорит: «Я перенесу Веру через любой обрыв», и одного этого достаточно, чтобы понять его, его чувства и его поступки.

  Вера видит в нём «доброго медведя», а Гончаров просто пишет — Человек. Его надёжность, доброту, немногословность и благородство невозможно не полюбить — и читателю, и (я уверена, что так оно и будет!) Вере.

  А Райский, по-моему, только зеркало, через которое мы смотрим на других. Он вроде бы и главный герой, и характер его прописан ярко, объёмно и подробно, и страсти его бушуют чуть ли не на первом плане, а всё равно он — наблюдатель, перед взглядом которого разворачивается большая и сложная драма.

  Что ж, несмотря на густоту и витиеватость языка, несмотря на устаревший сюжет, Гончаров показал вечно актуальное и предельно личное: как мучительно тяжело отличить любовную страсть от садистского разрушения; каким притягательным и очаровательным может быть пустое; как бурно сталкиваются поколения и нравы; наконец, как сложно не спутать показное и настоящее.

  «Обрыв» — это про момент, когда ты стоишь на краю самого себя и не знаешь, может, вернуться назад, может, прыгнуть, а, может, кто-то будет готов перенести тебя через него, как Тушин Веру.

  5

  431