Цитаты из книги 주머니 속의 호밀

Зернышки в кармане - что бы это значило?

Мистер Фортескью был человеком умным. Кое-какие связи с черным рынком у него имелись, пару сомнительных, мягко говоря, операций он провернул, но за рамки закона не выходил.

Его привыкший к порядку мозг переходил ко второй фазе расследования - до сих пор отравление лишь подозревалось, теперь же факт отравления был налицо.

Весьма интересный и необычный случай... Ведь все травят друг друга гербицидами, эти гербициды у меня уже в печенках сидят. А токсин - это просто конфетка.

... один из его методов расследования сводился вот к чему: он выдвигал какую-нибудь диковинную версию и тут же примерял ее к человеку, которого в данный момент допрашивал.

Для граждан страны, где право на медицинскую помощь имеет каждый, группа вполне разумных женщин проявила поистине исключительное невежество.

- Чай... что, черт дери... вы положили в чай... скорее помощь... врача...

При встрече с неожиданным она пасовала.

Мисс Гросвенор плыла, держа перед собой поднос, будто исполняла ритуал жертвоприношения.

В комнату всплыла мисс Гросвенор - совершить священный обряд приготовления чая для мистера Фортескью.

Да, за фасадом милосердия и благотворительности можно делать все, что угодно.

Инспектора Карри так и подмывало сказать: " Бывает, что и коровы летают". Это была любимая поговорка его бабки.

Почему она подшучивает над ним?

• Потому что она женщина - к тому же красивая женщина, - и потому, что считает его забавным! Понимаете, она наполовину итальянка, а итальянцам свойственна подсознательная жестокость. У них отсутствует сочувствие к старикам, уродливым людям и к тем, кто проявляет какие-либо странности. Они показывают на них пальцем и насмехаются над ними. Именно это Джинна и делает. Она не выносит Эдгара.

- Все, что делает человек, он делает намеренно. Каждый раз, инспектор, когда вы забываете чье-то имя или лицо, вы желаете забыть это.

События выстраиваются в единую цепочку только тогда, когда их рассматриваешь с самого начала.

- Ты не можешь никого и ни от чего избавить, - сказала она. - Рано или поздно нам приходится встречать горе лицом к лицу.

На глаза мисс Марпл навернулись слезы. Но тут же и высохли – ведь это же убийца, бессердечный убийца! А потом жалость и гнев смыло волной гордости – так торжествует ученый, восстановивший облик доисторического животного по обломку челюстной кости и скудному рядку зубов.

– Я ни о чем вас не спрашиваю, – продолжала мисс Рэмсботтом. – Вы – женщина проницательная. Я это сразу поняла, едва вас увидела. И совсем не ругаю вас за то, что вы сделали. Зло есть зло и подлежит наказанию. В этой семье дурная наследственность. Не по нашей линии, хвала господу. Да, моя сестра Эльвира была дурочкой. Но не более того.

– Гм, может, и так, может, и так. Я тебе вот что скажу. Моя сестра была дурехой, мой зять – жуликом. Персиваль – подлая душонка, а твой Ланс в этом семействе всегда ходил в плохих.

Мистика мистикой, дрозды дроздами, но он будет продолжать логично и трезво расследовать убийство, которое совершил отнюдь не глупый убийца и отнюдь не беспричинно. И все же… придется не выпускать из виду и возможности иного свойства, имеющие мало общего со здравым смыслом.