Блистающий мир. Золотая цепь

Негоже еще не прозревшим умам и рукам как мои, писать рецензии на такие книги!

Я заглянула в неведомые человеку миры. Их мог создать только гений-фантазер, которому чуждо всё земное. Единственное что вечно - это любовь, но ведь она летает совсем в неземных слоях! Столько авторского стиля, столько душевной поэзии и полёта, море ветра и волн.

Главные герои Грина - живут вне обычной ,простроенной по шаблону, жизни общества и существуют как будто вне временного слоя. Два произведения, которые вошли в данное издание, для меня сплелись в один клубок впечатления и послевкусия. Не могу и не имею права их оценивать, в принципе, как вместе, так и отдельно. Потому что я осознаю честно-пречестно, что я еще не доросла до таких книг. Язык для меня оказался сложен и витиеват, поэтому порою было сложно удержать суть предложения. Да и суть книги часто от меня тоже ускользала, как будто вот только станет ясно, а она снова скроется за углом.

Первое знакомство с писателем Александром Грином запечатлилось несколькими образами. Немного о произведениях, выдвину как тезисы: - Если вам интересны неординарные люди, которые живут за чертой человеческих возможностей и повергают в шок мир, то "Блистающий мир" для вас. - Если вам близко благородство души, присутствие молодого юнги и приключений, а также сильное чувство, которое открывается под конец , то "Золотая цепь" для вас.

А можно просто начать читать первое, а потом и второе творение такого нашего "но как будто и нет" писателя...

А всё-таки лучшего слова, чем слово живой, мне не придумать для человека, умеющего наполнять жизнь.

Как же тяжеловесна невесомая проза Грина! Я думала, что закутаюсь в кружавчатую шаль чувственного романтика, воспарю вслед за сердцем и мечтой, прикоснусь к неведомому и желанному. Вместо этого я продиралась сквозь ветви слов, цепи предложений и образных образов в образе, спотыкалась, падала и только сквозь нитки и тени видела гения свет.

Глава 1. «Блистающий мир». О полёте как символе мечты. О Друде-Круксе как метафоре всего самого светлого и немыслимого, о чём поёт душа. И конечно, о том, что в нас пытаются выжечь калённым железом обстоятельства, социальное устройство, земное тяготение. Наверно, проза Грина о ювелирно чистом пространстве мыслей и мечтаний, куда на самом деле стремится человеческая природа. О взмывании в небеса без воздухоплавательных аппаратов по образу и подобию Друда. Об отсутствии всех тягот и тяжб, что грузом оседают внутри нас и как магнитом запирают в земном физическом мире и теле, подобно падению Руны. В противовес первой женской героине Грин рисует Тави - части о её жизни мне давались к прочтению легче всего. Мир Тави - книги, она в них и ими живёт, а это такое же прикосновение к чистому свету, как и полёт Друда. Разные каналы протянуты к высшему миру.

Грин словно последний романтик написал этот роман в ранние 20-е годы. Казалось бы, очень грузные времена. Но мне захотелось во взрослом возрасте снова, как в свои 12 лет к Ассоль, теперь уже прикоснуться к самому писателю, к его нескольким романам. В двух последних прочитанных мной книгах упоминалась могила Грина и улица Грина.

Я подумала, что это знак. Золотой блеск цепи.

Глава 2. «Золотая цепь». Это что такое! Это что за шикарная фантасмагория с элементами Лавкрафта и безумием, безумием, в которое я впала вместе с автором! Это что, Грин? Эти два романа написал один человек? Как и главный герой Санди, я внезапно попала в огромный светящийся дом с кучей запутанных коридоров, тайн, шёпотов и горстью золотых. Гуляю на все! И даже не всегда Лавкрафт, а приключенческая смесь тайны театра Карабаса Барабаса и плаваний Жюль Верна, перетекающая в историю большой любви. Поверьте, здесь есть всё, и как это ни парадоксально, это работает, реально работает. Фантасмагория, от которой мне было сложно оторваться. Я как зачарованная перебирала цепь звено за звеном, а меня слепило золотое сияние и оглушал плеск волн. Вместе с Санди я пугалась, очаровывалась, подслушивала, открывала новый мир и новую страницу жизни, которая становится всему началом, как свежее дуновение ветра. По дому «Золотой цепи», кажется, я всё ещё брожу, затерянная, так мне понравились эти 36 проведённых в нём главным героем часов.

И послевкусие от романа такое тёплое, сладостное, дурманящее.

В таком мареве я провела дней 10, намного больше, чем Санди в своём опасном каламбуристическом приключении. Мне Грин снился. Снилось, что на станции метро Грина я покупаю билет в театр на «Алые паруса». Меня Грин баюкал, я читала его преимущественно на ночь. Он меня злил своими витиеватыми формами и очаровывал совершенно особенным миром. Я купила эту книгу за 62 рубля и каюсь, была уверена, что Грин «забытый людьми прозаик». Вот это ошибочка вышла, конечно. А Грин просто восторг и любовь!