누명

Оно вышло на свободу - это судьбоносное слово. Убийство... слово не звучное, приглушённое, которому суждено увязать в портьерах, книгах, ворсистом ковре... Однако само слово приглушить можно, деяние же - никогда...

- Но ведь женщина оказалась ненормальной.

• Она этого не знала и на окружающих не производила впечатления психопатки. Никто не подозревал, что творится в ее бедном, измученном рассудке. Вот и я вам скажу, не знаете вы, что в душе у меня происходит. Может я сумасшедшая.

Гвенда... Превосходный деловой секретарь, всегда под рукой, добрая, покладистая. Что-то в ней напоминало ему юную Рэчел, когда он впервые ее увидел. То же тепло, тот же энтузиазм, та же душевность. Только теплота, душевность и энтузиазм Гвенды предназначались лично ему. Не предполагаемым детям, которые когда-то появятся, но ему самому. Показалось, будто он протянул руки к пылающему очагу... Замерзшие, окоченевшие от холода руки.

Наследственность загадочна и таинственна.

- Я-то считал, что английское правосудие самое справедливое.

• И самая совершенная система в мире может ошибиться. Справедливость, как ни верти, находится в человеческих руках, а люди небещгрешны.

Трудно представить, будто эта милая, благоразумная женщина могла ударить кого-то кочергой по голове! Но в душу не влезешь, так ведь?

І було би чудово повертатися до тебе, до власного дому, обговорювати все, що трапилося протягом дня.

Тепер він усвідомлює, що саме його у ній так привабило. Добре серце. Проте - і в цьому полягала трагедія - добре серце билося не для нього.