Кошки-мышки

Знакомство с творчеством Гюнтера Грасса я дотянула до предпоследнего тура Литературного турнира, несмотря на то, что обратила внимание на "Кошки-мышки" довольно давно. Сознательно прочитала именно вторую часть Данцингской трилогии из-за небольшого объема (если честно, "Жестяной барабан" пугал своим объемом), предварительно удостоверившись, что эта повесть - самостоятельное произведение. Грасса на Родине считают скандальным автором, но несмотря на это его книги включены в школьную программу, а он сам удостоился звания лауреате Нобелевской премии по литературе, правда, только в 1999 году.

Служивший в рядах СС Грасс не был сторонником нацисткой политики и идеологии. Вот и его герои, так же как он сам когда-то, - немецкие военные. Собственно, я понимаю почему образ главного героя повести "Кошки-мышки" изучают немецкие школьники – таких парней как Мальке, которые были не просто сторонними наблюдателями, а прошли через жернова войны, было очень много в послевоенной Германии.

Не могу сказать, что чтение меня захватило – Грасс достаточно многословен и описывает времяпровождение немецких подростков чересчур подробно, как по мне. Я не о сцене онанизма, если что, просто для меня, не читавшей ни аннотацию, ни отзывы к данному произведению, достаточно долго (почти до финала) основной замысел автора оставался неясен.

Мальке, главный герой повести, - обычный мальчишка, ставший в некотором смысле идеалом для подражания у своих сверстников. И лидером ведь он стал без каких-то там насильственных действий или мошеннических уловок, он заработал уважение своим упорством в достижении поставленных целей и благодаря бесспорному мастерству ныряльщика, т.е. он вполне себе положительный персонаж. Вот только его желание заполучить в качестве награды (или все же украшения?) железный крест привело парня на войну. В итоге одним дезертиром стало больше.

В данном конкретном случае дезертир не является ругательным словом, скорее наоборот, этот поступок возводит Мальке в разряд героев. Он и в гимназии хотел выступить, дабы рассказать не романтические бредни про войну (подобные которым Мальке сотоварищи как-то слышали), а поведать ее реалии и ужасы. Мальке смог в итоге разобраться и в себе, и в происходящем, но помогло ли ему это? Как помогла ли эта повесть успокоить совесть какого-нибудь немца, попавшего на войну по ошибке или не по своей воле? Вопросы, не имеющие ответов, конечно.

Повесть, идущая второй после "Жестяного барабана" в "данцигской трилогии" Гюнтера Грасса. Речь о подростке, который сначала отличался от всех в классе, так как был старше, а потом решил отличиться по-серьёзнее. Под впечатлением от выступления лётчика Люфтваффе он решает тоже получить Железный крест. И он тоже хочет выступить перед своими сверстниками как герой. Но вот что-то идёт не так, внутри и вовне его героизм не производит желанного эффекта. В этой повести вопрос о нравственности выбора служить нацистской власти поставлен гораздо острее, чем в "Жестяном барабане". Юноша Мальке не сумел справиться с тем грузом своего жизненного выбора, который он на себя взвалил. Потому что война - это по-настоящему.

Гюнтер Грасс требует особой подключенности. Новелла «Кошки-мышки» апеллирует к травматическому опыту, которого у читателя может не оказаться. Для этого даже в миниатюрном тексте по сравнению с «Жестяным барабаном», открывающим «Данцигскую трилогию», слишком большая плотность авторской суперпозиции. Опоэтизированное повествование триггерит откровениями на грани приличия, гротескно смешивает нахальную иронию и страдательный пафос. В исторической развертке новелла как бы фиксирует процессы второй половины XX века. Но выпадает за рамки публицистичности сильнейшим писательским этосом.

Болезненная влюбленность повествователя в главного героя Мальке, который проходит путь от странного школьника до героя войны, подпитывается удивительной манерой Гюнтера Грасса держать эпатажность в рамках художественно-идейной необходимости. Порнографические этюды, не вписывающиеся в представления о большой интеллектуальной литературе, насмешничество над национальными символами, религиозностью всегда будут провокационными, нарушающими представление о базовых ценностях, которые служат для управления обществом его лидерами.

Антивоенная позиция, опрокидывающая представление о подвиге, за которым кроются неисчислимые жертвы, звучит крайне болезненно. Грасс остро чувствует средневековую эстетику безобразного, площадную вседозволенность, в реалистическом антураже дающую убийственный эффект. Писатель возмущает читательские чувства, потому что сам возмущен до предела. Здесь некогда выводить философские формулы и рассиживаться на нотациях. Нелепая ситуация звенит с трагическими интонациями. Сюжет пересказывать и анализировать крайне трудно, он осыпается в интерпретации до газетного памфлета. Грасс создает вокруг такую оболочку метафор и чувственности, которые экстатически впиваются в подсознание. И движение по фабуле оказывается не столь значительным, как по саднящей эмоциональной палитре, приводящей к растерянному ужасу перед смертоносной человеческой верой в высшее предназначение, исполняемое через разрушение и убийство.

Трансформация Мальке с одной стороны – продукт влияния среды и времени. С другой, Грасс пытается отыскать что-то первоосновное, рассматривая неординарный облик героя, детские травмы и последующие причуды. В человеческой природе есть необузданное и страшное, что под влиянием цивилизационных условностей приводит к формированию деструктивной личности.

Почему-то взялся за трилогию со второй книги. Впрочем, как сообщают, сюжетно данцигские романы не сообщаются; так что, полагаю, это к лучшему - я не оттенил впечатления легенадарным "...барабаном". Ну да, книга мне понравилась, и меня удивило обилие скептических и вовсе отрицательных отзывов. Серый, беспристрастный сухой язык. Рассказчик, который повествует о тяжелых вещах и при этом изо всех сил стремится показаться много равнодушнее, чем он есть. История о людях, котором недолго осталось быть прежними - в городе, который сам вскорости потеряет свое имя и облик. Очевидная вещь, но Йоахима Мальке вообще так я тянет назвать персонификацией Данцига - или всего поколения тех, кто уже никогда не нырнет к своей лодчонке.

Для Грасса, тем более для "Данцигской трилогии", - слишком сухо и кратко. История мальчика, просто история, не более того, без отклонений от сценария, без уходов в сторону, без какой-либо подоплёки, нечто напоминающее обыденную бытовую трагедию - и потом совершенно справедливое. Вот он, мальчик, который прекрасно умеет нырять и плавать, который идёт в армию, который носит форму, который хочет свою награду, а потом понимает, что такое война на самом деле, его война, его Рейх. И он ныряет, ныряет, ныряет. И всё. 5/10.

После эпического размаха первой части трилогии, Гюнтер Грасс обращается к форме новеллы, создавая куда более камерное, но не менее значимое произведение — «Кошки-мышки». Эту книгу, вышедшую в 1961 году, можно назвать «повестью воспитания наоборот». Здесь автор, уже утвердившийся как «совесть нации», сужает фокус с панорамы истории до масштаба одной человеческой шеи. Тема рассматриваемого произведения — подростковая жизнь в годы войны, муки взросления на фоне идеологической катастрофы и фетишизация героизма как способа компенсации физических изъянов.

Повествование ведется от лица Пиленца — ненадежного рассказчика, чья память избирательна и полна провалов. Однако истинным протагонистом является его школьный товарищ Йоахим Малке. Внешность Малке отмечена гротескной деталью — гипертрофированным кадыком, который постоянно ходит ходуном («мышь»), привлекая всеобщее внимание. Чтобы скрыть этот недостаток, а точнее, отвлечь от него взгляды, Малке становится героем: он носит на шее различные предметы — от отвертки до ворованного Железного креста. Большая часть сюжета разворачивается на остове полузатопленного польского тральщика, куда подростки сбегают от реальности. Конфликт строится вокруг попытки Малке стать «великим» и заслужить настоящий Железный крест, чтобы легально прикрыть свою «мышь»-кадык. Вернувшись с фронта героем, он не находит признания в родной школе и в итоге дезертирует, скрываясь в недрах того самого затонувшего корабля. Это история о зависти, вуайеризме и трагической судьбе одиночки.

Грасс демонстрирует, как тоталитарная система паразитирует на юношеской неуверенности. Героизм в трактовке автора — это не доблесть духа, а лишь судорожная попытка прикрыть собственные недостатки (в прямом и переносном смысле). Идея произведения в том, что война превращает святых и чудаков в пушечное мясо, а общество (в лице рассказчика Пиленца) подталкивает их к гибели, движимое смесью восхищения и подсознательного желания уничтожить то, что отличается от нормы.

Оригинальное название «Katz und Maus» отсылает к идиоме «играть в кошки-мышки». Смысл его многослоен; во-первых, это буквальная метафора из первой сцены книги, где кошка прыгает на кадык спящего Малке. Во-вторых, Малке — это «мышь» (его кадык), на которую охотится «кошка» — жестокое время, общество и сам рассказчик Пиленц. «Кошка» здесь выступает как сила рока, неотвратимой судьбы, которая играет с жертвой, позволяя ей немного побегать, совершить подвиги, чтобы в конце все равно сожрать или загнать в ловушку затонувшего корабля.

Текст пронизан холодом Балтийского моря, запахом ржавого железа и чаек. Атмосфера книги герметичная, мужская, с легким налетом латентной гомоэротичности и соперничества. Метафоры здесь скупые, но точные: затонувший корабль становится образом подсознания, куда герои ныряют за сокровищами и где прячут свои тайны. Подтекст кричит о вине выжившего: Пиленц пишет эти строки, терзаемый тем, что, возможно, именно он заставил Малке погибнуть, «помог» ему исчезнуть. Это исповедь Иуды, который восхищался Христом.
Как и предыдущий том, повесть заслуживает свою оценку. Ее главный недостаток — некоторая недосказанность и эмоциональная сухость по сравнению с буйством «Жестяного барабана». Тем не менее, «Кошки-мышки» — это блестящий этюд о природе конформизма и механизмах памяти, мастерски упакованный в формат школьной драмы.

«Кошки-мышки» продолжает Данцигскую трилогию. Бой барабанов практически не слышен, так, в отдалении проскальзывает пара звуков. Здесь же присутствует совершенно иной ритм, более приземленный и понятный, что позволяет легко проталкиваться вперед сквозь буквенные обозначения.

На заднем плане все также происходят военные действия, а на переднем - Мальке, выделяющийся из толпы, что является как плюсом, так и минусом для сторонних наблюдателей. Ведь это включает лампочку непонимания. Чужие мысли и поступки предстают в странном свете. Но также ты чувствуешь некую особенность, отличительную черту, индивидуальность, что тянешься на проявляющийся свет, желая отступить от общепринятого и утонуть в открывающихся возможностях.

Читатели проследят за жизненным путем главного героя, в один момент сбитого с пунктирной линии, зависшего над пропастью, но устоявшего на ногах и вернувшегося к опорной точке, чтобы все равно произошло непоправимое, жестоко играющее на шахматной доске чужими жизнями.

Первая книга Данцигской трилогии "Жестяной барабан" попала мне в самое сердце. Долго я еще отходила от Оскара Мацерата, его барабана и всего, что происходило с ним и с великим городом Данцигом.

Поэтому вторую книгу трилогии я ждала и с нетерпением. Хотя, стоит все-таки упомянуть, что книги связаны между собой только местом происхождения, темой Второй мировой и отношением ко всему происходящему автора. Сюжетно же это абсолютно разные истории.

В новелле "Кошки-мышки" мы знакомимся с неким Йоахимом Мальке, неординарной особенностью которого является его выдающийся кадык, который он то прячет, то подчеркивает. Йоахим Мальке в принципе обычный парень, растет в обычном приграничном с Германий городе в эпоху великого мирового потрясения. Однажды в школу, где учится Мальке, приходит герой с кучей наград на груди, рассказывает восторженно - в общем мечта любого мальчишки. И Мальке решает вырасти и тоже стать героем.

Однако со временем его отношение меняется ко всему, хоть он и завоевал свою медаль. Конец же новеллы наводит на самые разные мысли.

Повествование, кстати, ведется от лица друга детства и одноклассника Мальке, некоего Пиленца, который искусно описывает поведение, характер и уязвимые места своего друга.

Эта новелла своего рода метафора на  фашистский период жизни Германии. Мышками было все уязвимое - в данном случае подростки, которые воспринимали все через призму своей еще доверчивости, воодушевления и стремлением к идеалам общества. Но Грасс был бы не Грассом, если бы он ограничился только одним уровнем метафоричности. Мышки были и в физиологическом описании героя. Они были везде... А кошки... Пожалуй понятно всем, кто в этой игре был кошкой. 

Творчество Грасса - нобелевского лауреата - очень своеобразное. Через свои произведения автор пытается переосмыслить свое детство и юношество, которое прошло тоже в Данциге. Он пытается переосмыслить всю историю Германии в начале 20 века, найти ответы на вопросы, которые всегда стояли остро - могло ли общество что-то сделать, воспротивиться происходящему? Или оно просто шло по течению? Или оно наоборот воодушевленно участвовало в новой жизни Германии. 

Кошки-мышки нелегкая новелла. Не смотря на небольшой объем, тема в ней очень серьезная. И кажется, что Грасс просто пытается ею сказать "Смотрите, я не только толстыми романами могу обрисовать историю в стране, но и короткой маленькой новеллой, которая заключила в себя жизнь одного подростка". 

Мне уже не терпится приступить к книге "Собачьи годы". Но на этом я не закончу знакомство с его творчеством. Планирую читать его и дальше)

Приходилось прикладывать усилия, продираясь через этот текст, полный подробных и многочисленных описаний разных предметов: шляп, ремней, отвёрток, рамок, ручек и банок. Безусловно, эти скромные, но столь необходимые предметы, тоже имеют право быть описанными. Но, признаюсь, иногда это раздражало, и возникал вопрос, на что же я трачу время с этой книгой. Я так понял, это такая особенность стиля Гюнтера Грасса, изматывать читателя до зубной боли. Но бог с ним. У произведения всё же есть и свои достоинства. Автор пишет честно, поднимает сложные темы и не боится экспериментировать с текстом.