Нечто человеческое (сборник)

Война все спишет...

Завязка этого небольшого рассказа Сомерсета Моэма банальна, обыденна. Для войны. Это время, когда все нормы привычной морали перевернуты с ног на голову, когда кажется (кому?), что можно все и это все можно оправдать (на данный момент) вполне удобоваримо. Яркий пример - Ганс с прекрасно промытой пропагандой головой, слегка навеселе, в своем праве и вообще "зла не держит", "хотя сами посудите, кто во всем этом виноват, не она разве?". Как это неприятно признавать, но он тоже жертва этого кровожадного молоха войны, не невинная (а кто в солдатской форме имеет шанс остаться невинным?), но абсолютно реальная, обыденная жертва времени вне человеческой морали.
Аннет... Жизнь и смерть, как основные игроки на сцене человеческого существования, выбирают самые прихотливые моменты для своего бенефиса, и лишь человек в этом мире пытается по своему усмотрению вмешиваться в это действо. Мне всегда казалась спорной эта попытка.

Я не приемлю войну. Не приемлю детоубийство, включая аборты. Не приемлю месть. Если это понятно, можно читать дальше.

Когда-то попадалась мне в газете статья об изнасилованной девушке. Подонков было несколько.
Ребенка она оставила. Соврала родителям, что забеременела от случайного знакомого, офицера, и что быть вместе им не получится.
С момента рождения она сына ненавидела. Пыталась это скрывать, но как тут скроешь.
Кричала. Шлепала. Напоминала, что он сломал ей жизнь - личную, профессиональную. Всякую. Сломал.
Сыну исполнилось три годика. Он в очередной раз попался ей под горячую руку, получил шлепков, ругательств, со слезами забился в угол.
Спустя некоторое время она увидела: ребенок идет к ней, волоча ее вечернее платье. Плачет, боится, но идет к ней. К мамочке, любимой и единственной. К своему божеству.
Он, оказывается, помнил, что когда мамочка надевает это платье, у нее улыбка на лице появляется. Вот и решил обрадовать.
Мама, сказал, на. На. Улыбайся.
Он заревела, схватила его в охапку, стала просить прощения.
Так все и наладилось.

Моэм этот рассказ не написал - выковал. Как обоюдоострый меч. Он его заточил так, чтобы каждый, каждый мужчина во время чтения изрезал себе сердце и понял: насильно никому мил не будешь. А если совершил грех - иди и кайся, в ноги кланяйся обиженной, бей лбом в землю. И если случился ребенок - не подходи, не мучай, не стой вечным страшным пугалом, спрячься. Потому что затравленная женщина хуже лютого зверя и хуже фашиста, в ней уже молчат и разум, и сердце, остаются одни инстинкты.

***
Умирать буду - не забуду этот рассказ.

Рецензия со спойлерами. (Предупреждаю, что все написанное ниже сугубо мое личное мнение)

Немецкие солдаты и фермеры французы.
Этот рассказ мне посоветовала подруга, которая Моэма прочитала всего! От буквы до буквы. Отдельное спасибо ей на «наводку»!
Рассказ очень понравился! Читала в душном пропахшем хлоркой зале ожидания в бассейне, ждала брата с тренировки, и действительно не могла оторваться. Мне понравилось все! Моэму очень недурно дались описания, вся картинка лично у меня встала перед глазами.
Девушка-француженка, просто воплощение всей гордости на Земле. И ничего-то ей не надо, и огрызаться она мастер, да и вообще девушка реально молодец! Я думаю, что так правильно. Он её изнасиловал, черт возьми, так пусть катится куда подальше! Но не все ведь девушки такие. Одни поведутся на разного рода подачки, а другие, как эта, пошлют к черту (так держать!).
Тем не менее, и Ганс повел себя в дальнейшем как мужчина. То, что он был пьян это не оправдание, но я была рада, что он пытался хоть каким-то способом заслужить прощения Аннет. Привозить обиженной семье еду, каждый раз просить прощения – это все правильно.
Кстати, об обиженной семье. Когда Ганс начал привозить им еду, мать и отец довольно быстро «приняли» его к себе. Ежесекундно практически! Вот это и неправильно в этом правильном рассказе. Получается, они прогнулись, продались? Лично у меня сложилось именно такое мнение. А каким еще словом можно все это назвать, учитывая то, что Ганс их обоих избил (грубо обобщая) и изнасиловал их дочь, чуть ли не у них на глазах?! Если кто-то может предложить другое слово – прошу в комментарии.
Ах да! Забыла упомянуть, что девушка к тому же беременна от этого самого Ганса! Не может не радовать то, что Ганс умолял ее оставить ИХ ребенка. И снова просил прощения, конечно же. И это снова безоговорочно правильно. Согласитесь, не каждый мужик так вот прибежит и станет просить оставить ребенка, которого зачал по-пьяни, да к тому же принудительно. Так что хоть тут я Ганса уважаю.
Ну и финал, лично для меня, был очевидным, хотя и тяжелым. Она все-таки избавилась от ребенка, очень-очень скоро после рождения. И ЭТО ПРАВИЛЬНО! Может быть, кто-то со мной не согласится, но если уж она так боролась за то, чтобы Ганс убирался из их жизни, боролась за то, что этот ребенок зло (опять же, грубо говоря), то это правильно, что она утопила ребенка. Да, это ее частичка, НО это ведь и часть немца, который с ней так поступил, а ребенок этот – плод огромной не любви, плод ненависти, можно сказать.

В итоге хочу сказать: Все в этом рассказе правильно, кроме родителей. Хотя, может, так оно и должно было быть? Тогда рассказ был бы слишком идеальным, что ли…. Так что, браво! Я из этого рассказа для себя много чего вынесла и поняла.

Фабула рассказа проста – молодую женщину обвиняют в убийстве знакомого. По ее словам он начал грубо домогаться ее и защищаясь, она пристрелила его. Вроде бы все складно – история непротиворечивая, женщина милая, трогательная, беззащитная, молодой человек имел репутацию гуляки и бабника – ну вот и свершилось неминуемое… Но случайно всплывшая записка меняет всю картину произошедшего.

Так вот, мне этот рассказ не понравился. Не из-за предсказуемости сюжета – почти с самого начала финал был ясен. Так или иначе этот поворот сюжета встречался в литературе часто. Мне не понятен жанр рассказа – это детектив? Для него история слишком предсказуема. Может быть это жанровая зарисовка? Для зарисовки история слишком нетипична и надуманна. Сотни и тысячи любовников бросают своих любовниц, но лишь единицы хладнокровно расстреливают изменщиков. Или это психологическое исследование? Психологии маловато, женщина слишком прелестна и беззащитна, описана штампами. Женщина, обвиняемая в убийстве спокойно плетет кружева в ожидании суда? А ведь ее ожидает виселица при неудачном стечении обстоятельств. Она так уверена в своей победе? Нет, это игра в невинно обвиняемую женщину, игра продуманная и расчетливая.

Видимо, все-же психология. Но мне почему-то сразу было ясно, что за маской невинного ангела скрывается дьявол. И читала я рассказ лишь как подтверждение своим мыслям и видела слишком прозрачное подтверждение. В результате весь разоблачительный замысел пропал втуне.

• И у вас хватит духа послать её в Сан-Франциско? – спросил доктор. – Три года американской тюрьмы! Мне кажется, вы могли бы избавить её от этого.
• Как вы не понимаете! Это же необходимо. Неужели вы думаете, что моё сердце не обливается кровью? Я люблю её так же, как мою жену и мою сестру. И всё время, которое она проведёт в тюрьме, я буду испытывать те же муки, что и она.

  Приветствую!

Начну с того, что аннотацию к данному рассказу, какая-то куцая, не о чём, вот она:

Что тут к чему… непонятно.

Данный рассказ, он ведь не только о докторе, будет там своя трагедия… трагедия человека, трагедия личности.

Вот вы, прочитав данную аннотацию, вспомните «Пышку» Ги де Мопассана (вопрос к прочитавшим)?

К слову, лично мне, она тут только самой героиней её напоминает, а вставила я её сюда потому что, некоторые слушатели, не я, о ней вспомнили… после чего уж и я - провела параллель.

А было вот что, Доктор Макфейл и жена его, на корабле отправлялись в Уполу, там, на корабле, жена доктора завела знакомство с одной семейной парой и были это богобоязненные мистер и миссис Дэвидсон… Дэвидсыны были миссионерами, дикарям они несли своё слово Божие и не только е

• …Я научил их, что девушке грешно показывать грудь, а мужчине ходить без штанов.
• Как вам это удалось? – с некоторым удивлением спросил доктор Макфейл.
• Я учредил штрафы.

  Ещё на корабле, жена доктора всё радовалась, что те самые Дэвидсоны, только их лишь отметили и вообще, какие они достойные, они и Дэвидсоны, на всём корабле.

  Так бы они и плыли, но, в их планы на Уполу вмешалась инфекция, им пришлось сойти на берег и проситься на постой к одному торговцу, там они и повстречают, даму одну, ту, что, на ту самую Пышку похожа.

  Как Вы понимаете, столоваться с подобной женщиной, они не желали… понимая это заранее, торговец, отвёл ей комнату на нижнем этаже, получается под ними.

  Будучи весёлой женщиной, мисс Сэди Томпсон, так её звали, не желала сидеть в тишине.

  С одной стороны, можно понять, тех, что находились, так сказать, сверху… когда ты весь такой респектабельный гражданин, чужое веселье, как кость в горле, тем более в те времена, а дело в том, что в своей комнате Сэди Томспсон мужчин принимала, будучи одна, что не одобрялось обществом, в те времена… и пусть она с ними ничего такого не делала, утверждать не буду, но…

  В общем, противостоянию быть, и зайдёт оно ох, как далеко… так далеко, что окраситься алым успеет.

  Знаете, ещё в самом начале, когда автор описывал Дэвидсона, ждала… и дождалась, но концовка всё ж удивила.

  Рассказ короток, на прослушивание у меня ушло чуть больше часа, заявлено в час тридцать девять минут, но скорость можно и регулировать, что я и делала, потому, расквиталась с ним быстренько.