Glorious Exploits

Set in the Sicily of 412 BC, Lennon's at once riotously funny and incredibly moving novel finds two locals and a bunch of captured Athenian soldiers staging two of Euripides’ greatest tragedies in a quarry. Ancient Sicily. Enter GELON: visionary, dreamer, theatre lover. Enter LAMPO: lovesick, jobless, in need of a distraction. Imprisoned in the quarries of Syracuse, thousands of defeated Athenians hang on by the thinnest of threads. They’re fading in the baking heat, but not everything ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

166 оценок

5
54%
4
36%
3
7%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 174Хотят прочитать 480

Рецензии

majj-s9 января 2026 г.
Что он Гекубе? Что ему Гекуба?
А нам говорят: Афины войною пошли на Спарту.
А я говорю: Покинуть хочу поскорее парту
Пел Сыроежкин в моем советском детстве и был не одинок: отмахиваться от того, что, усвоенным, могло бы уберечь от многих бед - в человеческой природе. Не будь мы так фатально необучаемы, уж как-нибудь поняли бы, что война - зло, и не несет счастья ни победителям. ни побежденным.
Время и место действия сицилийские Сиракузы, 412 год до Н.Э., очередной этап Пелопонесских войн (в которых Афины ходили войной на всех соседей. ближних и дальних), закончился поражением интервентов. Осада длилась два года и Сиракузы уже готовы были сдаться, помог подоспевший отряд спартанцев. Уцелевших афинян сгоняют в меловой карьер и оставляют на милость горожан. Не то, чтобы щедрую, греки умирают с голоду. Гончар Гелон, который знаком с карьером по роду работы, брал там глину, один из тех, кто подкармливает пленников. Он с неказистым приятелем Лампоном, героем-рассказчиком, спускается в это подобие ада, движимый не одним человеколюбием. Гелон с детства был одержим театром и теперь. когда жена его сбежала, а сынишка умер, эта страсть единственное, что держит его в жизни. Что до Лампона, он, хромоногий пьянчужка, живет с мамой и безнадежно влюблен в рабыню-лидийку, что прислуживает в таверне.
Фанат Еврипида Гелон, уверенный в скором неминуемом поражении Афин, после чего их сравняют с землей, а жителей продадут в рабство, ищет среди пленников тех, кто видел постановку "Медеи" и может восстановить ее по памяти. Не-книжнику трудно понять, но если вы охотились за абсолютно новым Стивеном Кингом и учили английский, чтобы читать его в оригинале, как было со мной, дополнительно объяснять не нужно. Еще он слышал о том, что драматург успел написать трагедию о Троянской войне, и если бы чудом нашелся кто-то, знающий ее, то за возможность увидеть постановку Гелон готов отдать почку. Чудом такие люди здесь есть, еще большим чудом они актеры, и стоит ли удивляться, что находится также меценат, не из местных, готовый оплатить постановку (шоу во все времена дорогое удовольствие).
Самоназначенные режиссеры Гелон и Лампон начинают подготовку, хотя от рассказчика вреда порой больше. чем пользы. Тем не менее, дело движется. Невероятно смелый. даже и по нашему времени, что говорить об античности, замысел Гелона - объединить в одной постановке "Медею" и "Троянок" (новая пьеса). Та еще задача заманить на представление сиракузцев, которые афинян ненавидят и век бы на них не глядели. А учитывая, что спуститься в карьер - это еще и увидеть что ваша жестокость сделала с пусть захватчиками, пусть врагами, но людьми. И все же, зрители собираются. Если бы Фердиа Леннон закончил шекспировым "Что ему Гекуба? А он рыдает!" и всеобщим примирением, это было бы трогательно красиво, дало бы повод поразмышлять о волшебной силе искусства и благотворности его влияния на умы и сердца. И было бы неправдой.
"Славные подвиги" представлением трагедии и трагедией представления не заканчиваются, впереди еще примерно четвертая часть книги, и собственное славное деяние Лампона, о котором вам лучше прочесть самим. Оно того стоит. Катарсис гарантирован.
Читать далее
43
556
ELiashkovich5 января 2026 г.
Залечь на дно в Сиракузах
Довольно долго держался в стороне от этой книги. Всё из-за обложки. Она оформлена в том же стиле, что и незабвенные опусы Мадлен Миллер, которые я считаю эталоном псевдоантичной графомании. Вот поэтому меня на "Подвиги" и не тянуло — опасался, что в одну серию с Миллер этот роман попал не просто так.
Опасения оказались напрасными. К "Славным подвигам" можно относиться по-разному, но одно можно сказать наверняка — на творения Мадлен Миллер эта книга не похожа совершенно точно. Ни по сюжету, ни по тематике, ни по стилистике, ни по языку. Особенно по языку — если вы категорически не терпите книжек с матом, то прямо сейчас закрывайте рецензию и удаляйте "Подвиги" из вишлиста.
Действие романа разворачивается в V веке до н.э., во время Пелопоннесской войны. Никию и афинянам уже показали сиракузькину мать, теперь они пленники и томятся в сиракузских карьерах. Двое горожан время от времени подкармливают бедолаг, а потом им приходит в голову идея поставить с афинянами Еврипида — прямо в карьере. Идея мегастранная, ведь среди пленных солдат не то чтобы много завзятых театралов, да и обычные сиракузяне не настроены поощрять такие затеи — они бы вообще с удовольствием перебили вчерашних врагов, если бы не охрана. Но главные герои оказываются очень настойчивыми и кое-что в итоге получается. Пусть и не так, как они хотели. Сами прочитаете.
Несмотря на то что книжка совсем небольшая и написана в вольном стиле а-ля Мартин Макдонах, вопросы на ее страницах поднимаются серьезные и актуальные. Например, о том, как увидеть человека в заклятом враге, как простить непростительное и как искусство помогает в ситуациях, когда не помогает уже ничего. Отдельно подкупило отсутствие стопроцентного хэппи-энда, к которому поначалу как будто шло — авторская версия концовки оказалась куда глубже, чем если бы [СПОЙЛЕРЫ]. В общем, жизненная книга, события которой могли случиться где и когда угодно — недаром местами Леннон демонстративно бросается анахронизмами вроде "менеджер", намекая, что читателю не стоит слишком уж привязываться к Сиракузам и V веку до н.э.
Помимо увлекательного сюжета, симпатичного стиля, юмора и бриллиантовых диалогов неожиданно отмечу и познавательный аспект книги. Я, как и те самые пленные афиняне, не так уж много знал о Еврипиде и том, как функционировал античный театр, поэтому все эти хлопоты с репетициями, прогонами и заказом масок/костюмов показались весьма любопытными. Ну и в целом книга сильно мотивирует почитать Еврипида, что похвально.
5/5, отличное праздничное чтение. Но очень не рекомендую, если вас триггерит мат.
Читать далее
22
117
Zok_Valkov26 октября 2025 г.
Комедия, трагедия и горшок с оливками
Комедия
Накидались как-то два сиракузских лоботряса неразбавленого винища и решили ставить Еврипида с пленными афинянами. На дворе пятый век до нашей эры, но проблемы у любителей театра, те же, что и спустя пару с половиной тысяч лет – где взять бабки. Нашли продюсера, в искусстве без этого никак. Но разве может режиссер обойтись без хитона небесного цвета, крокодиловых башмаков и новой стрижки? И всё бы хорошо, да только…
Трагедия
У Гелона умер сын и ему везде мерещится сбежавшая жена. Лампон – хромой от рождения, в свои тридцать лет до сих пор живет с матерью и влюблен в рабыню из кабака. Афиняне гниют заживо и голодают в карьерах, где вместо с товарищами давно похоронили и свои планы по захвату Сиракуз. Надсмотрщики лишь дубинками могут выразить свою боль от смерти близких в бессмысленной войне. И Медея сходит с ума от предательства Ясона, а собачка старика-музыканта никогда не дождется хозяина.
Горшок с оливками
Фердиа Леннон написал очаровательный роман. «Славные подвиги» не лишены дебютной рыхлости и некоторой... даже не знаю… излишней правильности? Но всё же, это очень приятная и хорошая книга.
Главные герои – нелепые, смешные, трогательные и жалкие неудачники. Они ссорятся и мирятся, клянут друг друга последними словами, бросают в трудную минуту, и все же приходят на помощь в минуту последнюю. Я как подросток цепляюсь за глупый вопрос: «А они хорошие или плохие?». Афиняне пришли на их землю с войной. Парни развлекаются тем, что ходят кормить пленных. Нет, не с любовью к людям, не с уважением к человеческой жизни идут они кормить афинян, но забавы рады. Затеяв постановку великого афинского драматурга Еврипида, друзья отбирают себе актеров, которых ждет вода, сыр, оливки, вино и зрелище того, как рядом умирают от жары и голода другие люди. Нет правильного ответа. Да, спасти жизнь одного человека – это больше, чем не спасти ни одной, но меньше, чем спасти пять, десять, сто.
Театр в карьере для пленных – пир во время чумы или животворящая сила искусства, озаряющая смыслом существование? Победители и побежденные на краткий миг стали просто зрителями, переживающими восторг и ужас из жизни легендарных персонажей. И это был миг единства. И искусство было больше войны. И он ничего не изменил в реальности. Так был ли в нем смысл? Стоило за него отдать жизнь? Нет правильного ответа.
Сюжет у «Славных подвигов» прост и нарочито надуман. Язык насмешливо и обаятельно современен. Мир поздней античности очень аутентичен – по запахам, звукам, эмоциям, поступкам – и в то же время забавным образом очень актуален и узнаваем.
Книгу хочется и рекомендовать, и обсуждать!
P.S.
И кто-нибудь, кто читал, расскажите, кем по вашему мнению был их таинственный продюсер? Последняя глава с камео Еврипида разбила мою версию.
P.P.S.
А еще, хочется отметить одну из самых трогательных сцен в романе – погребального костра, который герои вместе с детьми устроили для нескольких мертвых афинян.
P.P. P.S.
Ах, да, в книге много мата и это, на мой взгляд, абсолютно естественно и оправдано.
Читать далее
20
352

Все рецензии

Цитаты

Zok_Valkov26 октября 2025 г.
Здравый смысл – он, конечно, здравый, но незамысловатый, без воображения и основан только на прошлом опыте. Тот, кто ему следует, беднеет – не кошельком, так сердцем. В жопу здравый смысл.
4
108
Zok_Valkov26 октября 2025 г.
Ты приносишь этим подонкам еду. Вот это – сын Анхиса. Афиняне убили его отца. А вот тот кроха, Страбон – его брата закололи копьем со спины, когда он уже сдался. Я сам видел. Ты, б…, приводишь сюда детей, чтобы они кормили тех, кто убил их семьи? Ты что творишь, а?
4
32
Zok_Valkov26 октября 2025 г.
Я вас не ненавижу. Просто не могу. Хоть вы и пришли поработить нас – все равно не могу. Я верю, что в городе, где создаются такие пьесы, есть что спасать.
4
31