It’s not a joke. Life is not a joke. (c)
Про букероносный роман этого года хочется или хорошо, или никак, да он в принципе и не разочаровал. Другой вопрос скорее в том, что «Плоть» выглядит очень легковесной работой с десятком хороших референсов, но отсутствующим собственным нравственным объёмом. Никто не обвиняет Дэвида Солоя в работе с такими источниками, но вкупе с довольно скупым слогом его текст кажется слишком зумерским, а смыслы предельно разжёванными.
Говоря о референсах, к примеру, сам Солой ссылается на роман «Комната Джейкоба» Вирджинии Вульф, послуживший основой для композиционного устройства его текста. «Плоть» действительно построена как сюжетные вспышки на пути взросления главного героя Иштвана: подобно работе Вульф это помогает акцентировать внимание не на его судьбе как прямом векторе, а на обстоятельствах и внутреннем ответе, который рефреном повторяется из главы в главу. Если ближе познакомиться с перечислением таких референсов самим писателем, то станет очевидно, что это ловко сделанный франкенштейн из стоящих классических идей и актуальных табуированных тем — авторский взгляд на лаконичный новый модерн.
«Плоть» — это очень современный взгляд на роман взросления, повествующий о жизни венгерского паренька Иштвана, которого стечение обстоятельств постоянно подталкивало к неожиданным и судьбоносным решениям. Рок вообще сыграл не последнюю роль в этом тексте: он несёт героя из Венгрии сперва в Ирак, а затем и далее до самых высших кругов лондонской элиты. То, как сурово он же распорядится парнем в его взрослые годы, лишь красочнее указывает, сколь низменным и неопытным было восприятие мира Иштваном. Герой потребляет жизнь лишь телесно, через физическое, хоть и присущее каждому, влечение, а его эмоциональный интеллект до самого финала, кажется, так и не маркирует его как человека взрослого, прошедшего долгий путь и пережившего столько необычайных событий. Всё это роднит Иштвана и Мерсо из «Постороннего» Камю, этот оммаж особенно ощутим в последней главе. Бесконечная несостыковка внутренней ограниченной телесности и внешней натуры самопрезентации героя делают его лишним в любой действительности, какая его окружает.
Не вдаваясь в пересказ сюжета (он действительно неплох, это отчасти роман воспитания, отчасти авантюрная драма), хочу особенно отметить вступительную главу, которая звучит для меня как отдельный солирующий инструмент в этом венгерском концерте. Она не только задаёт вектор развития характеру героя, предрешая отчасти его будущее, но и выполнена столь филигранно и контроверсивно, что об этом отдельном эпизоде из биографии Иштвана хочется с кем-то поговорить. Здесь Солой если не превзошёл уже забронзовевшую работу Владимира Набокова, то как минимум приблизился к ней. Всё путешествие героя далее, признаюсь, шло для меня бодро, но уже на несколько ступеней ниже по накалу, потому назвать после чтения этот роман превосходным я всё же не могу. Думаю, он здорово разбавил устоявшийся канон победителя Букера, он будет много и здорово читаться, обсуждаться, вызывать споры, но искусными для меня останутся его масштабные классические референсы, а не он сам.
23 понравилось
