Избранные произведения

Чтобы читать и понимать Дадзай Осаму-сама, нужно быть внутри все-таки немножечко японцем. Слова-рисинки могут прилипнуть и завязнуть на зубах пресыщенного европейца. Но если вы умеете медитировать и вникать, разочарованы не останетесь.

Легкость и удивительная, но совершенно не утомляющая подробность бытия. Тонкость и изящество во всем, начиная банальной цветущей сакурой и заканчивая аристократичным поеданием супа-мисо. Характеры выписаны так тщательно, так любовно, что чувствуешь, как они плющом обвивают душу. Волшебная неторопливость повествования и нежное дыхание стиля просто приводят в восторг. Я пила эту книгу, как сладкое саке, наслаждаясь каждым глотком.

Осаму Дадзай такой Осаму Дадзай, что у него даже овощи - ОВОЩИ! - и те несчастные лузеры, мучающиеся от сознания собственной неполноценности.
Но мы его за это и любим, правда?

З.Ы. Чуваку, который тут рецкой ниже стебет Дадзая за, э-э, чувствительность и самокопательство и при этом ставит в пример Достоевского (пусть даже и раннего) - если ты не замечаешь, насколько Дадзай (и традиция "я-романа" вообще) наследует Достоевскому, то, ну, я прям не знаю, трудно, наверно, книжки читать и при этом настолько не чувствовать литературу-то.

Редко такое бывает - книга прочитана, а сказать по сути и нечего.

Рассказы Осаму Дадзая не вызвали вообще никаких ощущений. Прочитала и ладно. Единственное впечатление - какой-то жуткой разрозненности, диссонанса, когда от реалистичного описания случая из детства или неловких проводов малознакомого человека на вокзале мы перескакивает к полусказке-полупритче о девочке, превратившейся в рыбу и нырнувшей в водопад. С последним жанром произведений я вообще редко совпадаю, но и реалистичные рассказы в большинстве своём не зацепили, показались скучными и блеклыми. Из всей массы понравились всего несколько, а точнее два - "Поезд" и "Кузнечик". О первом упомянула, второй - о несчастливом замужестве и не оправдавшихся ожиданиях. Хотя сразу вспомнился миниатюрный и настроенческий "Чай" Саки (Хью Гектора Монро) о том же и намного сильнее. В общем, рассказы прошли мимо.

Чуть лучше сложилось с повестью "Закатное солнце", где обнищавшая аристократическая семья доживает свои последние дни в маленькой усадьбе. Изысканная некогда красавица-мать медленно умирает, сын-наркоман занимается саморазрушением, а дочь после неудачного замужества и смерти ребёнка читает устаревшие революционные книги и пишет длинные любовные письма женатому писателю-пьянице, которого последний раз видела ещё до войны, шесть лет назад. От всего этого веет русской классикой XIX - начала ХХ века, не случайно же героиня вспоминает "Вишнёвый сад", когда ей делает предложение старый богатый художник. Упадок и разруха. И луч света, который мелькает в самом конце, не внушает особых надежд. Возможно, Кадзуко будет счастлива в своей новой ипостаси, но, в конечном счёте, это неважно.

Знаете, а я ведь подозревал, что будет вот такая прелестная оценка. Не смотрел правда на рецензии, смотрел на рецензентов. Да и вообще на тех, у кого этот автор замечательный в любимых. «Меченые» какие-то, Паланики, «я проникалась японской культурой читая Рю Мураками…» всё это, несомненно, очень хорошо. Вот чувствовал просто, что будет мне и проникновение, и культура с прелестью! И как же я сейчас радуюсь, что книжку не бросил после первой, прости господи, повести. Я всё Мисиму ругаю, а он ещё молодец со своими храмами. Ну, вот что это такое?

Нет, кто-то назовёт сие «созерцанием изнутри», я называть не буду никак, тут очень всё выйдет непечатно, а рецензию прочтут дамы. Впрочем, sapienti sat. Ответа ей не было, да. Я даже знаю, почему. Мне вот Достоевский вспоминается ранний, очень он хорошо всё это осмеял:

Как вы, а лично я разницы не вижу вообще. Никакой. Но это ладно, это ничего. Книжка из одной повести не состоит, за что мною и обожаема. Вот эта рефлексия, это нытьё, жалобы постоянные. Кому это надо, зачем, для чего? Неужели всё это для меня, и неужели всё это для того, чтобы у меня слёзы от смеха текли? Нет, коли так — спасибо большое, порадовал. Исповеди какие-то на тему «какой я неудачник, и это у меня с детства», исповеди на тему «какой я продажный», исповеди «какой я коммерческий», «как я не продаюсь», «как не продаюсь, несмотря на продажность» и всё это в одном флаконе, и всё это по кругу. А какой литературный прорыв заключён всего в разнесчастных этих четырёх предложениях!

Поразил, ей-право уничтожил! И до тебя никто напрямую ко мне, и после тебя, и пронзают строки до самых глубин и морщусь и за сердце вот даже схватился. Нет, ну честное слово, ребят.

Кому-то, впрочем, сие действительно покажется новаторством, кто-то в этих исповедях увидит «предельную искренность и потрясающую силу эмоций самосозерцания» (а ведь увидят, чему я не только не удивлюсь, но и готов восторженно аплодировать!), даже и не спорю. А мне, за что господину Цусиме ещё раз спасибо, всё это напомнило события пятилетней давности, когда инеты облепили девочки искренне верящие в Смерть как Искупление, Марину Рувимовну из ВИА «Otto Dix» и инфернального моего кумира — Вилле Вало. Очень они смешили, не хуже Цусимы, своими горестями, неизбывной тоской по тлену серого мира и рассуждениями на тему Вечности. Всё ностальгия какая-никакая, сейчас-то они уже и не функционируют почти. Жаль.

Вместо послесловия: книжке двойка, причём исключительно за то, что заставила она меня посмеяться. Друзьям не рекомендую категорически, за исключением двух-трёх. Тех, кто ещё не забыл бесподобной внутренней силы дискуссии с бесноватой готичностью, угрожавшей отчимом из ФСБ и магической карой.