Горе от ума

Смешная1

«Горе от ума» — одна из первых русских комедий, «разодранных» на пословицы и поговорки, которыми до сих пор украшена речь всякого мало-мальски начитанного человека. «Горе от ума» — комедия, давшая русской литературе первого «лишнего человека». Эта комедия с трагическим, в сущности, финалом — поистине «русская комедия» с отчетливым горьким осадком и бесконечным сочувствием герою. Издание снабжено комментарием, а также отрывками из статей А. С. Пушкина, И. А. Гончарова и А. Григорьева, посвященных...

Жанры

Купить эту книгу

Электронная

1 ₽

Купить-20%

Аудио

149 ₽120 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,2

30,4K оценок

5
45%
4
36%
3
16%
2
3%
1
1%

Ваша оценка

Эмоции читателей от книги

Смешная1

Прочитали 41469Хотят прочитать 7045

Рецензии

Anastasia246
7 января 2026
Переехав через гору и спустясь в долину, осененную деревьями, я увидел минеральный ключ, текущий поперек дороги. Здесь я встретил армянского попа, ехавшего в Ахалцык из Эривани. "Что нового в Эривани?" - спросил я его. "В Эривани чума, - отвечал он, - а что слыхать об Ахалцыке?" - "В Ахалцыке чума", - отвечал я ему. Обменявшись сими приятными известиями, мы расстались.
На рекомендацию данной книги наткнулась случайно - она была в числе прочих, посоветованных в интервью современным отечественным прозаиком Дмитрием Даниловым для тех начинающих авторов, которые желали бы проникнуть в мастерство пространственного описания, которые бы хотели научиться художественно-литературно, выразительно описывать город, деревню, горы, какой-либо маршрут. Искусство травелога родилось ведь не в наши дни. Путевые заметки люди составляли давно. Наряду с биографическим (дневниковым) жанром это, кстати, еще один прекрасный инструмент для раскрытия не только места или события, а прежде всего полного раскрытия личности самого автора этих путевых воспоминаний.
Травелог, по мысли Данилова, бывает журналистским (когда мы хотим узнать по максимуму фактов о чем-либо), а бывает литературным. К последним прозаик как раз и относит классическое произведение 1836 года, представляющее собою путевой очерк о поездке Александра Сергеевича на Кавказ в 1829 году, когда великому русскому поэту и писателю довелось стать наблюдателем и военных действий.
Вот как интересно рассказывает об этом Данилов:

Чем травелог отличается от журналистских путевых заметок?
Грань очень тонкая. Путевые заметки могут быть сухим перечислением фактов, а могут быть литературой. Что такое пушкинское «Путешествие в Арзрум»? Это путевые заметки, но и абсолютный шедевр художественной литературы. Хотя Пушкин писал, в общем-то, от скуки.
Сейчас, уже после прочтения пушкинских заметок, могу с уверенностью подтвердить: действительно шедевр.
Редко когда путевые наблюдения выходят настолько живыми, яркими, увлекательными и абсолютно вневременными, а ведь прошло с момента описываемых событий - вы только вдумайтесь в это число! - почти 200 лет. Но ощущение от текста кардинально иное - нет в нем затхлости времен, привкуса чего-то навек устаревшего. Будто бы наш с вами современник отправился в путешествие и детально, по дням, держит нас в курсе событий своего небольшого приключения: вот здесь мы остановились на ночевку, хозяин, правда, не хотел давать комнату, но я его уговорил; на этом перевале была проблема с транспортом и развязкой (дороги опять ник черту!); здесь я едва не отравился местной кухней, здесь повстречал давних знакомых из Москвы и Петербурга, здесь прощался с другом... Перед нашими глазами словно пролетает кусочек чьей-то жизни - объемный, цельный, занимательный. Поучительный даже.
К стыду своему, до настоящего времени так и не прочла ни одной биографии Солнца русской поэзии. Все мои познания о великом классике - исключительно из скупого курса школьной программы по литературе. И до чего же приятно было открывать вместе с этими заметками для себя не только незнакомый Кавказ (я, в отличие Пушкина, еще не успела побывать ни в Грузии, ни в Армении, ни в Осетии), но и почти что незнакомого Пушкина. Каюсь: сужу, наверно, о писателе с колокольни современности, представляя на месте героя "Путешествия в Арзрум..." модного литератора со своими запросами и требованиями, чуть тщеславного, любящего деньги (а впрочем, кто из на сих не любит) и комфорт.
А Пушкин не такой! Я читала и удивлялась всю книгу его деликатности, учтивости, умению сносить любые жизненные неурядицы (в том числе и бытового плана), его скромности и простоте обхождения с людьми, он никогда не ставит себя выше кого-либо из собеседников, он тверд, принципиален и справедлив. Он чрезмерно откровенен, но и это идет ему и книге на пользу.
Он честно рассказывает о хорошем вине, но замечает, что курдюк был вонючим. Он не может отказать калмыцкой девушке и соглашается выпить чая с бараньим жиром и солью, а потом признается (читателям, разумеется), что ничего хуже этого он в своей жизни не пробовал, ему даже приходится потом закусывать это все сушеной кобылятиной.
Он до последнего пытается мирным путем решить вопрос с ночлегом: до этого он 70 верст проскакал верхом и большую часть - под дождем. Он устал, вымок до нитки. Он просит - какая малость! - хотя бы комнату, где б ему дали переодеться в сухую одежду. Городничий делает вид, что не понимает его просьбы. Тогда Пушкин начинает раздеваться при нем... Как вы понимаете, комната тут же находится.
Вообще говоря, и не представляла изначально А. С. изнеженным барским сынком, но вот здесь его стойкость и выдержка меня, конечно, чертовски поразили. На одном из этапов он отпускает свою повозку обратно во Владикавказ, а сам оставшуюся часть пути проводит верхом или пешком. А условия тяжелейшие! И природные, и социальные. Удивительно, что он вообще вернулся из этого похода живым. Так, между делом, он рассказывает о разбойниках черкесах, которые в глаза говорят одно, а за спиной - другое; об осетинских разбойниках, через Терек стреляющих в путешественников. Однажды он спускается в горячий источник (Кавказ ими издавна славится), и там ему становится плохо. Он добирается до расположения армии, где, по сути, предоставлен сам себе и едва не попадает под обстрел неприятеля. Местная кухня и выпивка - то отдельная песня... Да и многочисленные переходы через горы опасны своими обвалами - что тогда, что сейчас (так некстати вспомнился Сережа Бодров, погибший во время схода ледника в ущелье Северной Осетии...)
Полное опасностей приключение, вымотавшее все силы, обычный человек скорее бы постарался забыть - Пушкин же создает литературный памятник (у него находятся силы еще и шутить!), который смотрится свежо и в 2026-м. Легкий, утонченный, временами ироничный слог стиль классика все чтение ласкал глаз и ухо: емкие, меткие пушкинские фразы хотелось перечитывать )иногда - в голос), чтобы насладиться ими еще раз. Для меня, не бывавшей никогда в описываемых Пушкиных местах, это было одновременно и познавательным, и эстетическим наслаждением. Вместе с героем этих заметок и вправду узнавала много нового о жизни на Кавказе: ритуалы похорон, приема пищи, гостеприимство местных, древние легенды, связанные с тем или иным местом...
Не переставала улыбаться и пушкинскому остроумию, но, по правде говоря, ни разу за время чтения не видела я поэта в мрачном расположении духа. Казалось, его вообще ничего не могло вывести из себя (урок всем нам). Все чтение училась у него этому важному по жизни качеству, а еще способности, всматриваясь в обыденное и рутинное, замечать в нем необыкновенное. Хотя даже обыкновенное под пером нашего гения
выходило до чертиков прелестным.

Ночи знойные! Звезды чуждые!..
Луна сияла; все было тихо; топот моей лошади один раздавался в ночном безмолвии. Я ехал долго, не встречая признаков жилья. Наконец увидел уединенную саклю. Я стал стучаться в дверь. Вышел хозяин. Я попросил воды сперва по-русски, а потом по-татарски. Он меня не понял. Удивительная беспечность! в тридцати верстах от Тифлиса и на дороге в Персию и Турцию он не знал ни слова ни по-русски, ни по-татарски.
Я не особая поклонница травелога как жанра. Читать про реальные путешествия не мое - скорее уж прочту про путешествия фэнтезийные, но в случае с Пушкиным оторваться не могла: написано шикарно, чего уж там.
Потому моя безмерная благодарность Данилову за рекомендацию данной книги (даже в классике можно, оказывается, найти что-то необычное и небанальное).
Если кому интересно, г-н Данилов советует в этом ряду и другие книги-травелоги:
1) Петр Вайль - Гений места
2) Дмитрий Бавильский - Невозможность путешествий
3) Алексей Михеев - Чтение по буквам
4) Дмитрий Данилов - Двадцать городов. Попытка альтернативного краеведения
А "Путешествие в Арзрум..." отныне уже сама буду рекомендовать всем любителям русской классики - оно того явно стоит)
Читать далее
281 понравилось
1,2K
boservas
28 января 2020
В школе с детства нас учили
Не так давно - 15 января - у нашего выдающегося драматурга был юбилей, не очень круглый, но все же - 225 лет. Я еще тогда собирался написать рецензию на самое главное произведение его жизни, но как-то не сложилось, а вот сегодня понимание того, что я хотел бы сказать пришло.
Есть в нашей литературе произведения, которые мы можем принять и усвоить самостоятельно, например, тех же "Братьев Карамазовых" Достоевского или "Обыкновенную историю" Гончарова, а есть такие, которые в большинстве случаев нам приходится вымучивать под чутким руководством учителей литературы. Грибоедовская пьеса - один из таких примеров.
Нам в свое время подали её с ложечки, объяснив, что Чацкий - представитель передовых взглядов, что фамусовское общество - прогнившее рутинное старье, насквозь пропитанное ложью и условностями, что большинство его представителей пусты и глупы, а кто не глуп - тот подл. Мы всё это приняли как незыблемую истину и уверовали в неё.
Но сегодня, задумываясь над пьесой Грибоедова, я допускаю мысль, что в ней далеко не всё так просто и, возможно, традиционная трактовка не самая верная. По крайней мере, у меня сформировалось несколько иное видение и именно им я бы хотел поделиться.
Рискну утверждать, что в пьесе нет ни одного положительного героя. Здесь я вступаю в противоречие с традицией только по одной фигуре - Чацкому. Но чем же хорош этот герой? Своей честностью, прямотой и открытостью? Согласен, эти качества в нем присутствуют, но какие-либо положительные качества можно найти у любого героя пьесы, почему же мы должны выпячивать положительность Чацкого, закрывая глаза на его отрицательную сущность. Он нетерпелив, горд и высокомерен, он явно о себе гораздо более высокого мнения, чем об остальных. Он язвителен, он непочтителен, он надменен. И только в пьесе, наблюдая со стороны, вы можете восхищаться им, не дай бог в жизни с таким столкнуться, чужая надменность бесит гораздо сильнее многих иных, не так выпячивающихся, качеств.
А теперь я хочу сказать, что в пьесе нет и отрицательных героев, опять же, кроме одного. Догадались, кого я имею в виду? Правильно, Чацкого. Непомерная гордыня и самомнение, которые просто распирают его, которые он не в силах утаить, выставляют его на посмешище, так презираемой им, публики. Его выставляют сумасшедшим, а как же иначе, разве в своем стремлении "рубить правду-матку" он не Дон-Кихот? Разве критика устоев общества перед носителями этих устоев не есть борьба с ветряными мельницами? Только Дон-Кихот был добр и великодушен, а Чацкий зол и горд. И эти качества резко отличают его от идальго, и делают отрицательным героем. Опять же, давайте вспомним священное писание, какой из грехов объявляется самым тяжким, что призывается смирять снова и снова? Гордыню! А кто ею заражен в пьесе Грибоедова в большей степени, нежели Чацкий? Нет таких, вот и получается, что Чацкий самый отрицательный из всех там присутствующих.
Я не защищаю других персонажей пьесы, но все они дети своего времени и своего социума, они не то, что плохи, просто они вписываются в существующую общественную схему и находятся на своих местах. Это дворянское московское общество далеко не идеально, но оно самодостаточно, и то, что кому-то кажется пороками, на самом деле всего лишь путь наименьшего сопротивления. А природа такова, она всегда выбирает этот путь, и общество может меняться внешне, но глубинные механизмы остаются в нем теми же самыми. Меняются экономические и политические формации, но остаются Молчалины, Фамусовы, Скалозубы, Репетиловы...
Даже Чацкие остаются, надменных и самовлюбленных критиканов "системы", их ведь хватает и сегодня. А что они могут предложить, да по большому счету ничего, кроме протеста. Еще они способны выкрикнуть: "Карету мне, карету!" и укатить куда подальше, где можно безбоязненно клясть отечественных фамусовых и молчалиных, не обращая внимания на местных.
Общество может меняться двумя способами: долгим и неторопливым - естественным, почти незаметным, как любая эволюция, и быстрым и решительным - революционным, когда принудительно рушатся старые порядки и устанавливаются новые, но тогда обязательно льётся кровь. Вот то же общество фамусовых и молчалиных эволюционировало до 1917 года и прошло очень большой путь, но две революции семнадцатого воспламенили процесс изменений, и какой кровью обошлась русскому народу гордыня и надменность их вождей.
Но что это изменило в глубинных механизмах общественного устройства? Только персоналии - на место одних фамусовых пришли другие, бывших молчалиных заменили новые, а Софьи остались Софьями, они так и продолжили влюбляться в молодых людей не за их прогрессивные идеи и передовые взгляды, а за то, что Вася - это Вася, а Петя - это Петя, потому что настоящая любовь это не поиск безупречного, а принятие и прощение, и часто именно несовершенство объекта любви делает его более притягательным.
И княгиня Марья Алексеевна оказалась живучее любого Чацкого, а сегодня, с развитием социальных сетей, вообще настал её звездный час - общественное мнение приобрело еще больший вес, чем во времена Грибоедова, и если те, кто "против всего плохого и за всё хорошее" тебя чем-то заклеймят, то хрен потом отмоешься. Так что свою рецензию на одну гениальную пьесу хочу закончить цитатой из другой, не менее гениальной:
"Чему смеетесь? Над собою смеетесь!.. Эх, вы.."

Читать далее
230 понравилось
9,3K
Anastasia246
28 ноября 2019
О драме одного человека, а может, и всего общества...
При перечитывании классика словно приобретает для меня новые краски и грани)
В школе отмечала лишь обличение А.С. Грибоедовым нравов того общества, косность взглядов, прислужничество. А сейчас обратила внимание на драму одинокого человека. Резкий, порывистый Чацкий ведь сам бежит от сближения с людьми, может сгоряча обвинить кого-нибудь, слишком категоричен, часто несдержан, нетактичен к чувствам другим, судит других за глаза - стоит ли удивляться тому, что люди отвечают ему тем же? Обращайся с людьми так, как бы ты хотел, чтобы обращались с тобой, - простая ведь истина и всем известная, но вот все ей следуют...За что и расплачиваются...
Никогда не понимала раньше и не понимаю теперь, что такого нашел в Софье умный. образованный, независимо мыслящий Чацкий. Не такой он мужчина, чтобы клюнуть только на женскую красоту (его диалоги о других всегда так хлестки, он подмечает буквально малейшую деталь характера и поведения людей, как он мог так ошибиться в Софье, этой бесхитростной девушке, чьи думы можно прочесть по ее лицу...) А если такой, то все его утверждения и громкие фразы лживы изначально (это ведь значило бы в таком случае, что и он способен предпочесть внешнее внутреннему, повестись на красивую обертку - ведь в этом он всех по сути и обвиняет...)
Молчалин, конечно, подлый и низкий человек, обманывающий сразу двоих девушек: Лизу и Софью, но Лиза хотя бы не витает в облаках и не строит романтических бредней о недостижимом (и поэтому. на мой взгляд, гораздо благоразумнее своей хозяйки)
Фамусов - простой и честный человек, он любит свою дочь и, как всякий любящий отец, желает ей только добра. Поэтому так понятны его оглядки на общественное мнение: он лишь хочет защитить Софью от слухов и сплетен.
Это больше, наверное, все-таки трагикомедия, потому и печального хватает (особенно последний диалог Чацкого, полный разочарования и разбитых надежд, но к чему стоило надеяться? К чему были эти бесплодные фантазии - вот он опять совершает то, за что ругает других...)
"В чужом глазу и соринку замечаем..." - несколько померк для меня с годами образ Чацкого, этого бунтаря-одиночки (как его все величают, хотя какой он бунтарь. Он обвиняет других в праздности, а сам ведь тоже отказался от службы, по несколько другим причинам, не от лени, но все же...).
История несчастной любви и разбитых надежд, история одиночества, история о том, как мы ошибаемся в людях, принимая желаемое за действительное, "я сам обманываться рад" - да. это как про это...
Горький финал пьесы не дает читателю ложных надежд, автор показывает нам правду без утайки, а выводы мы делаем сами, невеселые, надо признать, выводы...5/5
Читать далее
149 понравилось
5,1K