Цитаты из книги D'Or et d'Oreillers

Думаете, раньше и правда были кареты-тыквы да волшебные бобы? А детишек находили то в розах, то в капусте? Не понимаю страсти отгораживаться от жизни овощами!

— Изучать язык — это тоже способ путешествовать, — прибавил он.

Все три девушки из благородного английского семейства были необыкновенно нежными созданиями. Миссис Уоткинс могла гордиться своими хрупкими творениями с легкими светлыми волосами и тонкой костью, экономно прикрытой плотью

Девушки сродни поклаже: чем меньше занимают места, тем проще их пристроить.

Главная беда всей нечистой силы в том, что люди не замечают ее или не умеют заговорить с ней. Когда же ее в конце концов призывают, она откликается с большой радостью.

Когда вы усвоите наконец, что не стоит верить сказкам? И счастье, да будет вам известно, вовсе не в количестве детей, а скорее в их качествах

- Вот Вам ключ от замка
Лорд склонился к ней.
– Он отпирает все двери, – тихо сказал он, – кроме одной. Дверь маленькой каморки в подвале.  В нее вы никогда не должны заходить под страхом чудовищной кары.
Глаза Садимы стали круглыми.
Лорд Хендерсон рассмеялся. – Конечно же, я шучу! Видели бы вы свое лицо! Ключ отпирает все двери, в том числе и каморку в подвале. Там хранится вино.

– Закройте, доченька, дверь, и сядем рядом. Вот так. Я вам расскажу одну историю. Вы уже подросли, теперь для нее самое время… С чего начать? Конечно же, с красивого юноши. Богатого, благородного, смелого… Высокого, разумеется. Лицо и стать оставляю на ваш вкус. Ведь он уже появился, не так ли? Не краснейте, мой птенчик! Мать такое всегда чувствует.

Садима взяла в одну руку подсвечник, в другую – свою робость. И так, все вместе, они вышли из комнаты и стали подниматься по лестнице.

Садима взяла его в руки. Мех был нежный. Тело – горячее и еще дрожало. Он напомнил ей котят, таких милых, что хочется стиснуть их крепко-крепко. Садима чуть надавила ладонью на грудь – чтобы почувствовать последние удары сердца. Кролик дернулся, потом обмяк и повис у нее на руках.

– Мама, я знаю эту сказку. Принц спрятал под самый нижний тюфяк горошину. А нежная девушка всю ночь не могла из-за нее глаз сомкнуть. – Глупышка! Ничего-то вы не знаете. Неужели россказни про горошину не кажутся вам невозможной нелепицей? И какую мораль извлечешь из подобного вздора? Почувствовать горошину через десяток тюфяков! Можно подумать, хорошей жене следует быть хрупкой до крайности и от малейших неудобств лишаться чувств!

И напрасно они этому удивлялись: любовные терзания калечат нас не навсегда. Так что девушки смогли вернуться к поискам мужей в целости и сохранности. Чтобы потом отдать и тело, и душу скверно выбранным равнодушным супругам.

В лесу сосуществуют два мира: поверхность, которую Садима знала хорошо, и подземное царство кроличьих, кротовых и мышиных нор, загадочное и разветвленное, о котором в детстве она часто мечтала. Однажды ей попалась настолько широкая нора, что можно было засунуть голову и плечи. Она протиснулась туда, не сомневаясь, что сейчас нырнет в волшебный мир. Но, вдохнув восхитительный запах влажной почвы, ничего больше не обнаружила, так что пришлось вылезать с полной земли головой.

Запах казался Садиме знакомым, но она никак не могла его вспомнить. Пахло чем-то забродившим. Но это не был приятный аромат кладовой или влажной земли после дождя. И не вонь хлева или горячей конской мочи. И не кислый дух чердака, где хранят яблоки. В углу она различила люльку, покрытую пылью. Сердце Садимы забилось, и тут же сами собой всплыли слова: Кого хоронят в ямке малой?Сыночка или кошечку?

Леди Хендерсон стояла с ним рядом. На первый взгляд она казалась всего лишь очень молодой женщиной в богатом, расшитом золотом платье устаревшего фасона. Волосы у нее были темно-рыжие, цвета кошачьей шерсти. Но стоило присмотреться получше, как становилось не по себе от мраморной твердости ее лица, от ее ног, словно бы выраставших из пола, как из постамента, будто она была незаконченной статуей.

Но едва покончив с первыми наблюдениями, сестры были тут же очарованы лордом. Поскольку, несмотря на честные старания предстать в наихудшем виде, он не мог скрыть ни своего высокого роста, ни широких плеч, ни ладной фигуры, правильных и приятных черт лица, высокого лба, живого взгляда, белых зубов, чувственных губ, прямого носа, волевых скул, стройных икр и т. д.

Мистер Уоткинс был простой добропорядочный человек. Он успешно управлял доставшимся ему хозяйством. И если уставал от писка живущих под его крышей четырех женщин, выезжал на охоту.

Остаток вечера прошел в обсуждении лучших цветочных композиций для тенистых клумб.

Начес из волос стремился опасть, губы обвисли, шея пошла складками, плечи покато опустились, живот расплывался – и лишь стальная воля миссис Уоткинс удерживала всю эту дряблую плоть вместе. Воля, направляемая единственной целью: удачно выдать замуж трех дочерей.