Сестры Мао

Как это быть женщиной? В истории миллионы примеров, когда женщины решали судьбу государств, но также миллиарды, когда они были просто забыты. Мать или работница? Свет или тень своего мужа? Самостоятельная или зависимая? Имеющая права быть? Или просто быть?

Это вечные вопросы, над которыми спорят тысячелетиями мужчины и женщины. Кто прав? А кто его знает? Наверное, в каждом суждении есть доля правды и часть лжи.

Эта книга как раз рассказывает о трёх женщинах, живущих в 20 веке. Они родились в самый непростой век и видели события, что перевернули само время. Но они всегда оставались женщинами. Их мысли, обязанности, права - все это изменялось под воздействием времени.

Автор пытается показать суть женщины. Он говорит, что все герои вымышленные, но в то же самое время слишком часто ставит их в реальные исторические события.

Книга сложная, потому что там больше истории, чем вымысла. Часто с писателем я была абсолютно не согласна. Мне казалось, что его точка зрения однобокая. Но... Почему её не может быть?

Книга на подумать, на осмыслить... Она отражение эпохи? Скорее мнение автора на эту эпоху.

°°°

Итого: кому читать? Тем, кто готов окунуться в 20 век и потонуть в его событиях, тем, кто не боится альтернативных точек зрения, тем, кто просто хочет узнать то, о чем говорит автор.

Понравилась ли мне книга? Сложный вопрос. Было интересно, но мы с писателем по разные стороны баррикад во многих вопросах. Моё чтение напоминало диалог с автором, где я хотела сказать, что не так. Но это все личные вкусы и субъективные мнения.

И напоследок:

Так что будьте внимательнее к своим делам, да и к мыслям тоже)

В жизни на 100% ничего не бывает, поэтому нужно чем то жертвовать. Книга Сестры Мао − живое тому подтверждение. Эта книга не отпускала меня до самой последней страницы, несмотря на то, что начинка: резкая брань, заперещенка и амбициозный местами феминизм.

В книге автор поднимает главную тему материнства. Именно сейчас она очень актуальна. Как быть матерью, даже если у тебя нет детей и, возможно, их и не будет?

Невозможно стать матерью, если у тебя нет детей. Твои проекты, достижения, слава, любимая кошка или милый пес, а может быть, целый балкон цветов не заменят ребенка. Это иллюзия и самообман.

Такие, как Айрис, детей не ценят, а другим тяжело достаются.

Айрис и Ева. Одна положительная, с мечтами об актерской карьере, а дома бытовая война с попытками жить правильно и нотками иронии. Другая идет в разгул, ведет асоциальный образ жизни. Сын присылает ей деньги и любит ее, а в ответ − холодное равнодушие.

«Спускаясь вниз, она думала о Париже и о том, как большинство людей представляет себе жизнь там. Сидеть в кафе, ходить по мостам через Сену, жить на шоколаде и багетах. А в итоге одно побеждает другое, и в конце концов мы все сводим счеты».

Ева спустила курок… Прозвучал выстрел в Айрис…

Очень глубокая книга, несмотря ни на что.

"Сестры Мао" из тех историй, что дались мне нелегко.

Этот тот сорт книг,  при чтении которых я отдаю должное таланту автора, его умению писать, но сами сюжеты, размышления, темы настолько не "бьют в цель", что я только недоумеваю, что хотел сказать автор? Какая из этой мешанины тем главная? Что мы должны извлечь из этого чтения, о чем задуматься?

В каждый новый виток сюжета я отвечала на этот вопрос по-разному и все равно не уверена, что поняла идею до конца.

В книге, как и обещает нам аннотация, истории трех (на самом деле даже 5ти) женщин. Вообще это очень феминная книга и даже эпизодические роли отведены им.

Первая  - история Цзян Цин - жены Мао Цзедуна и ее балетная пропагандистская постановка по случаю приезда в КНР первой леди Филиппин - госпожи Маркос и спустя 15 лет ее заточение по обвинению в измене родины.

Вторая - история Айрис - наркоманки и свободной художницы, участницы артистического кружка в Лондоне в 1968 году, ее непростые отношения с сестрой, матерью, собственным телом.

Третья - более успешная с общепринятой точки зрения, но все равно сломанная сестра Айрис - Ева, которая когда-то вместе с матерью участвовала в спектаклях, а сейчас после разрыва с ней приняла маоизм (который не религия, но кажется именно так) и вместе с Айрис вступила в "Свободный ветер" и готовит главный перфоманс всей своей жизни. Перфоманс, который изменит все.

Четвертая - их мать.

Пятая - любовница их отца.

Шестая...

Женских судеб много, все они разные, но ни одной счастливой среди них вы не встретите.

Это и понятно, если прочитать историю автора Гэвина Маккри. Не вдаваясь в подробности его семейной и личной драммы (информация есть в открытых источниках, и от нее волосы встают на голове) достаточно сказать, что каждое его произведение написано от лица женщин в попытке понять ее природу.

Сестры Мао - не исключение.

Во-первых автор (видимо не первый раз) пытается показать (и видимо осудить)  диктатуру и властных матерей (одной из которых была и его родительница), но делает это либо " в лоб" (как в случае с женой Мао и ее отношением к актрисам) либо неубедительно (как в случае с Алисой - матерью Евы и Айрис).

Всю книгу мы читаем про ненависть Айрис, про ее несложившуюся жизнь, поломанную психику, то, что вов сех своих бедах она винит мать  и в конце нам наконец объясняют почему, но не убеждают.

Да, сцена

отвратительна и ее нельзя оправдать.

Однако можно ли этим объяснить то, что Айрис прожигает свою жизнь в наркопритонах, занимаясь сексом с незнакомыми людьми, которые ей даже не нравятся, или то,  как она

или

По мне так это типичная история человека, который повзрослев все еще не может взять ответственность за свою жизнь в свои руки.

Почему отец Айрис , человек который изменял ей на право и на лево выступает в книге этаким добрым малым, который не заслужил нападок, в то время как вспышки матери по поводу его очередной "подружки" позиционируются как истерики и проявление диктатуры? Где и что сломалось в мире автора и его героев, что произошла такая подмена понятий.

Во-вторых это  конечно книга про искусство. Про талант, который всегда побеждает обучение и даже работоспособность. Который или есть или нет, и ничего с этим не поделаешь. Про то, чем ты готов пожертвовать ради искусства, ради самовыражения. Может ли искусство стать эффективнее оружия, может ли оно менять мир и разжигать революции.

Я страшно далека от этого мира. Когда мне на серьезных щах рассказывают о танцах за "мир во всем мире" или о том, что капитализм можно свергнуть спектаклем, я закатываю глаза к потолку.

Когда все эти выдающиеся "не такие как все" свободные художники со знанием дела размышляют о том, как славно живется людям в коммунистическом Китае, мои глаза улетают в стратосферу.

В общем хотелось больше Мао и его жены, а получила лондонских хиппи и их завиральные идеи.

Ирландец Гэвин Маккри некогда задумал трилогию о "революционных" жёнах. Первой в серии появилась Лиззи Бёрнс, спутница жизни одного из основоположников марксизма Фридриха Энгельса (Mrs. Engels, 2015). Но простой новеллизации биографии показалось мало. Во втором романе автор решил усложнить задачу: помимо актрисы Цзян Цин, супруги Мао Цзэдуна, сыгравшей значительную роль в печально известной Культурной революции, он позволил себе ввести ещё одну историю – вымышленных сестёр-маоистов в антураже протестного Лондона 1968 года, готовящих теракт в театре параллельно с тем, как далёкая китайская небожительница ставит идеологически правильный спектакль, планируя покарать врагов партии.

Амбициозно, драматично, содержательно, с обязательным смысловым единением параллельных сюжетных линий – так, по крайней мере, должно быть. Но со второй книгой Маккри происходит то же самое, что и с дебютом. Во-первых, Цзян Цин, как и Лиззи Бёрнс, у него фактически вымышленный персонаж, от исторического остаётся лишь оболочка. О жизни обеих известно достаточно мало. Обе были в тени мужей, а КНР эпохи Культурной революции, понятно, закрытая на все замки тоталитарная страна. Ни о какой достоверности происходящего говорить не приходится, что расходится с классическим посылом исторического фикшна. Во-вторых, как и в случае с Бёрнс, взять "человека из "Википедии" и "воскресить" ирландскому писателю вряд ли удаётся. Характеры не кажутся объёмными, живыми, действительно существовавшими, скорее картонными. В-третьих, параллельные истории находятся в расфокусе: их бы более гармонично объединить, обогатив смыслами, но они просто идут на удалении друг от друга и не пересекаются.

То, что у Маккри выходит сполна, так это пофантазировать на тему человеческих иллюзий и служения большой идее. Здесь и молодость, которая так и тянет протестовать и пытаться разрушить "несправедливый" порядок, и запретное, далёкое, неправильно понятое и трактованное в условиях отсутствия информации. Вчерашние дети, которые искали "движухи" в атмосфере наркотического бреда и взросления, обожествляют то, о чём понятия не имеют. Маоизм принёс нескончаемые беды Китаю, но за пределами страны у него появилось немало поклонников, как и у коммунизма в целом. История расставила всё по своим местам, но жертвам системы от этого, разумеется, не легче.

В конечном счёте "Сёстры Мао" – понятное и нарочито прямолинейное высказывание на тему идеализма, роли личности в истории и феминизма (по касательной), которому не хватает живости характеров и связности мыслей.

«Теперь нам нужно убедиться, что, когда мы придадим хэппенингу окончательную форму, он сохранит свое женское качество. Свою п..здоидентичность».
Ева Турлоу

Белый мужчина. 47 лет. Гомосексуализм. ВИЧ-позитивный. Вырос в дисфункциональной семье. Многочисленные детские психотравмы, нанесённые доминирующей матерью. Смерть отца. Психически больной брат-наркоман. Думаете, профиль очередного серийника в стиле Клариссы Старлинг? А вот и нет. Это история автора романа «Сестры Мао» Гэвина Маккри, которой он поделился с The Irish Times. Ко времени этого интервью в активе Маккри уже был обласканный четырьмя литературными премиями дебютный роман «Миссис Энгельс». «Сестры Мао» - второй роман автора. Как сказали бы профессиональные филологи, реализация категории образа автора в произведении налицо. А что же книга?

«Целая жизнь репетиций - и вот начинается представление» - так она и начинается, эта книга, с одного из прощальных писем Цзян Цин своему умершему мужу, Великому Кормчему Мао. Для людей моего поколения всё узнаваемо - Цзян Цин, она же Ли Шумэн, она же Ли Цзиньхай, она же Ли Хэ, она же Лань Пин. Конец 70-х, товарищ Хуа Гофэн, борьба с культом личности Мао, «банда четырёх» во главе с той самой Цзян Цин. Но сразу отсылаем к оговорке автора - хоть он и соблюдает некоторые исторические детали - Цзян Цин покончила с собой, будучи больной раком, в 1991 году и она действительно была актрисой, все остальные события в Китае эпохи Культурной революции (1974) и дряхлеющего Мао - уже плод выдумки. Цзян Цин здесь покровительствует искусствам, и прежде всего балету, который она в лучшем виде хочет показать Имельде Маркос (да-да, той самой любительнице трёх тысяч пар туфель). Балета, естессно, на революционную тематику, вокруг него и будет крутится китайская часть сюжета.

А уже из Китая мы переносимся в Лондон и Париж бурного 1968-го, почти революции, или как бы революции. И здесь мы встречаемся с двумя другими главными героинями - Евой и Айрис Турлоу. Дочери двух владельцев коммунистического театра, которые (ну, а как? Коммунисты же!) создали его на деньги семейства отельеров Турлоу. И сделали его окончательно маоистским, отказавшись от членства в компартии и СССР: «Проблема не в коммунизме как таковом, а в том, который практикуется в России. Она так говорит. Россия его про..бала, и чинить его там уже поздно. Так что если рай для рабочих и материализуется, то в другом месте. Они ставят на Китай.» Правда, от радикализма мама с папой уже отошли, и вполне себе мейнстримно ставят Стриндберга в приличных театрах и подались в католичество. А вот дочки ...

Айрис - совершеннейшая оторва, этакий гадкий утенок семьи, за что она, правда (маленький спойлер) семье отомстит. У нее эпилепсия, она ни с кем сойтись толком не может. «Она гордилась своей самостоятельностью, но чаще всего это выливалось в болезненное отстранение.» Под предлогом профилактики припадков жрет кислоту, как не в себя, и ей же торгует. Кстати, издатель, боясь, видимо гнева Роснепотребнадсмотра, сразу пишет: мы тут наркоту не пропагандируем. Но, как мне кажется, оправдываться-то особо и нечего, да, есть отдельные сцены трипов, но этого, по крайней мере, на мой взгляд, не так уж и много и на пропаганду точно не тянет. Айрис, как и ее старшая сестра Ева, - типа революционерка и маоистка, причем свойства весьма радикального. Но эта революционность, как потом окажется, ну совсем не связана с заботой о нуждах рабочего класса, перефразируя известную поговорку - никакого бизнеса, все очень личное. «Айрис считала, что человек не может быть свободным, пока не освободится от семьи. Именно для этого на самом деле и нужна была контркультура.» Что-то знакомое, правда?

Старшая сестра Айрис Ева живет, или по крайней мере, старается жить более упорядоченной жизнью. В доставшемся в наследство от папы с мамой полузаводе-полусквоте она содержит «перформативный коллектив «Уэрхауз», этакое сборище контркультурных деятелей. У Евы - вполне себе приличное театральное образование, но она сознательно отказывается от скучной карьеры и идет в радикальное искусство. Но вот извечное женское все-таки дает себя знать - может, все-таки согласиться стать женой своего испанского бойфренда Альваро? Ой, нет, мы щас устроим перформанс «Эйджент Орандж» (помните такой), где люди будут, кривляясь и корячась, бороться за мир. Или рванем в Париж, там перформанс устроим уже на реальных баррикадах. Только вот кому это надо? Нет, надо что-то более масштабное учинить, и в родном Лондоне.

Ну, и у обеих сестер сложные отношения с новой папиной пассией Дорис Ливер - «бодиартщицей из Бетнал-Грина. Или шлюхой-кокни, как называл ее дядя Саймон.» Фи, кокни, морщат носики вроде бы революционные барышни, лишенные классовых предрассудков.

Вообще темы таких хэппенингов и перформансов в исполнении радикалов от искусства - центральные в книге. Не случайно автор пишет, что вдохновлялся многими радикальными художниками, включая одного нашего земляка, который (помните?) то собакой работал, то тестикулы к брусчатке прибивал, а сейчас на парижской киче парится. Вообще весь этот эпатаж, и контркультурщики же в этом свято уверены - все исключительно ради благих целей, и никак иначе. Вот только какая связь между голыми сиськами и борьбой за мир во всем мире? Поди пойми. «Мы изобретаем новый и оригинальный мир. Воображение захватывает власть». Ну да, ну да, вот еще немножко, чуть покуролесим, и точно вся власть у нас будет.

Контрастом здесь - конечно, политически правильное и следующее линии партии балетное искусство, которое курирует Цзян Цин. И она тоже, что характерно, считает, что «семейные чувства не всегда были правильными. Иногда они прикрывали эгоизм и контрреволюционные побуждения.» Хотя и здесь, как мать и женщина, она не слишком удачливо, дочка бунтует, проявляя иногда просто-таки контрреволюционные выпады. Попутно надо еще и реализовать «безумно феминистический проект» - ввести в партию красного китайского командира девушку-балерину. Ага, конечно. «Вы главный меценат Китая. Благодетельница всех искусств», говорят Цзян товарищи по партии, при этом, само собой, плетя интриги. Но - «Я была собакой председателя Мао. Я кусала того, кого он просил укусить». Против таких аргументов не попрешь.

Ну, а в целом, конечно, весь этот «революционный» пафос лондонской тусовки просто комичен. Можно сколько угодно потрясать Цитатником, но вот более последовательные маоисты из тусовки выдают примерно такие рецензии: «Что это за хрень? Упадничество. Порнография». И как бы невдомек белым польтам от радикального искусства, что в самом революционном Китае за такие выходки их в лучшем случае отправили бы на перековку в деревню, в худшем - просто намотали бы на гусеницы на какой-нибудь Тяньаньмэнь. Да и на родине их не сильно привечают: «Типичная богемная позиция. Отчаянно ищете аудиторию для своего дерьма, но не хотите знать, что о нем думает народ». Да ладно, какой там народ, вот мы ужо щас хэппенинг устроим, все устои содрогнутся!

Отдельная тема, конечно, - почему все эти прекраснодушные либералы всю дорогу поднимают на знамёна и всячески героизируют банальных бандитов и убийц - от Че в 60-х, Арафата в 70-х, Манделы в 80-х - до хамасников (организация, к сожалению, не запрещенная в РФ) сейчас.

Так или иначе - «Либералки, в сущности, маоистки. Они хотят водить автобусы, играть в футбол и пить пиво из кружек, а не из стаканов». Но вот только помимо «светлых революционных идеалов» есть ещё и реальная жизнь. А в ней у наших героинь всё ой как непросто, и именно эти женские судьбы, наверное, и составляют суть этой книги. И именно этим она и интересна прежде всего. На мой взгляд, она будет интересна очень многим - и деятелям контркультуры, которые зайдутся завидущими слюнками или вспомнят молодость, сидя в уютных креслах, и тем, кого все-таки больше волнуют непростые человеческие судьбы, и тем, кто хочет понять все эти культурные феномены. Ну, а некоторые дамы, может, и найдут свою п..здоидентичность.

Но поаккуратнее с радикалами, а то - «грядущее не будет похоже на уже случившееся, а, если верить ее родителям, то будет гораздо хуже. После следующей войны дети будут называть Пятачком не только дом, но и Лондон, и всю Европу.» Именно шулай, как говорят у нас в Казани.

И каждый из нас вправе на свой лад ответить на вопросы клятвы из «Сестёр Мао»:
«- Обещаешь ли ты, с божьей помощью, быть любящим и верным слугой капитализму, работать производительно и на полной ставке, пока Господу не будет угодно разлучить вас через смерть?

• Да
• Принимаешь ли ты капитализм как естественное положение вещей: иметь и не иметь, лучше и хуже, богаче и беднее, в болезни и здравии, любить и беречь, согласно святому Божьему постановлению?
• ...»