Martin Eden

Вы живёте в обществе, где все окутано ложью, и сквозь этот покров не способны ничего разглядеть.

Лавочники и торгаши – правители в лучшем случае трусливые; они знают одно – толкутся и хрюкают у корыта, стараясь ухватить побольше.

Я ничего не жду от государства, я верю в сильную личность, в настоящего крупного человека – только он спасёт государства, которое сейчас гнило и никчемно.

Любовь неопровержима.

Но эти двое изрекают то, что думает публика, и притом изрекают так красиво, так нравственно, так самодовольно– вот где собака зарыта.

как живуче все общепринятое!

Святые там, на небесах, — разве они могли не быть светлыми и непорочными? В этом даже не было их заслуги. Однако пребывать в грязи и всё-таки остаться чистым — вот в чём заключалось чудо!

Мартину вовсе не хотел хвастаться перед Марией. Ему просто хотелось доставить ей удовольствие, оправдать ее долголетнюю верну в него. Мария положила книгу в гостиной, рядом с семейной Библией. Книга, написанная ее жильцом, была для нее священной реликвией, фетишем дружбы.

...преподаватели естественных наук пускай остаются. Это поистине замечательный народ. А вот девяти десятым филологов и лингвистов, этим безмозглым попугайчикам, очень бы полезно проломить головы.

Я сказала тебе, это страшное несчастье, что я его полюбила, но я ничего не могу с собой поделать. Ты могла не полюбить папу? Бот и я так. Что-то есть во мне, в нем… я до сегодняшнего дня и не подозревала… но что-то есть, и от этого я не могу не любить его. Я не собиралась влюбляться в него, но вот видишь, люблю...

"Все в мире не прочно кроме любви. Любовь не может сбиться с пути, если только это настоящая любовь, а не хилый уродец спотыкающийся на каждом шагу"
"Она пела, положив голову ему на плечо, и ее руки были в его руках, и каждый из них в этот миг держал в своей руке сердце другого"

Успел восхититься непринужденностью, с какой села она, и направился к креслу напротив, подавленный сознанием собственной неуклюжести. Ощущение это было ему внове. Всю жизнь, вплоть до сегодняшнего дня, он и знать не знал ловкий он или неуклюжий. Ни о чем таком он никогда не задумывался.

Но если они оказались несостоятельными даже в своей специальности, можете представить себе, какую муку я вынес бы, если бы они говорили со мной о других предметах

Его постоянно мучило какое-то беспокойство, он всегда слышал какой-то голос, звавший его вдаль, и странствовал в поисках за чем-то неясным, пока не нашел, наконец, книг искусства и любви

...ее собственный ум был так изощрен и сложен, что она не умела по-настоящему оценить простоту и непосредственность.

Чем больше она интересовалась Мартином, тем сильнее хотелось ей переделать его жизнь.

И в ослепительном сиянии возникла великая идея: он будет писать. Он будет одним из тех людей, глазами которых мир видит, ушами которых мир слышит, он будет из тех сердец, которыми мир чувствует.

Это было мучительно. Прекрасные чувства просились на язык, а выходили прозаические, обыденные фразы.

Он интенсивно жил каждое мгновение...