Мой лейтенант. Военная проза

Чтобы сказать много, надо мало говорить.

Жизнь постигается, когда она проходит, оглянешься назад и понимаешь, что там было, а так живешь, не глядя вперед, откуда она приходит. У каждого время отсчитывается по собственным часам. У одного они спешат, у другого отстают, какое правильное – неизвестно, не с чем сверить, хотя циферблат общий.

Как жить - этому нельзя учить, этому можно только учиться.

Страху противопоказан, как ни странно, смех. В страхе не смеются. А если смеются, то страх проходит, он не выносит смеха, смех убивает его, отвергает, сводит на нет, во всяком случае изгоняет хоть на какое-то время.

Смерть перестала быть случайностью. Случайностью было уцелеть.

Для солдата все войны одинаковы. Отправляются они на тот свет по-разному - строем либо в одиночку, с винтовкой, с автоматом, с мечом, который там ни к чему. Рядовых принимают по очереди, не выясняют грехи. Погибший солдат безгрешен, не он затеял войну.

Надо уметь прощать, но надо уметь и помнить.

Прошлое дарит нам удивление, а не утешение.

Глупость чем хороша - ее не стыдишься, не жалеешь - ах, мог бы ответить лучше, посильнее, поумнее. Стоит достигнуть глупости, и не нужно тянуться, живи себе припеваючи. Среди глупых куда больше счастливых, чем среди умников. Но глупость на меня снисходит нечасто, как вдохновение. Пользоваться глупостью надо с умом, для этого надо иметь много ума.

В жизни бывает момент, один момент, если упустишь его - это навечно.

Пример действует лучше, чем призыв. Другое дело, призывать легче.

Я научился ценить мгновение. Мне б еще научиться помалкивать и соглашаться.

...Я считаю, что хороший журналист тот, кто ставит собеседника в тупик, кто спрашивает о том, о чём никто не спрашивал.

Я никогда не верил в Бога, знал всем своим новеньким высшим образованием, всей астрономией, дивными законами физики, что Бога нет, и тем не менее, я молился.

«В окопах атеисты не водятся».

У начальства выигрывал тот, кто атаковал, кладя людей без счета, кидая в бой всё, что мог, кто требовал еще и еще, кто брал числом, мясом. Сколько было таких мясников среди прославленных наших генералов! Когда-нибудь найдется историк, который перепишет историю Великой Отечественной, прославив тех, кто берег солдатские жизни, продумывая операции, чтобы не подставлять солдата, смекалил, выжидал как ловчее обставить, обойти противника.

Мы не только выиграли эту войну, мы вытерпели ее. В результате нас осталось немного. Много инвалидов, много вдов и беспризорных детей...