Приближается Христос. Рождественские письма

Книги и проповеди о.Саввы всегда достигают в самое сердечко. Так нежно и с любовью о Боге и религии говорит он. У него нет Бога карающего (как любят говорить – если Бог не посылает скорби, значит, Он забыл нас. Серьезно? У Бога все так плохо с памятью?), Бога наказывающего, Бога строгого. Бог – есть любовь, и именно об этом пишет о.Савва. И нет наказаний, нет кары небесной или еще чего-то. Но в любви есть иногда строгость, и у свободы есть свой регламент, чтобы человек не опустился до стадии скота. А такое бывает.

Истории в книги нежные и мягкие, как плед и какао для души, и огромная пища для ума, потому что отец Савва невероятно эрудирован. Когда читаю подобные книги, всегда думаю – как можно все это уместить в голове. Я, например, читала Б.Паскаля «Мысли» (христианский проповедник), но вряд ли что-то смогу сейчас процитировать наизусть. А вот у отца Саввы получается. И не только в книгах, но и на открытых встречах с читателями и прихожанами в том числе.

Книга дает некое утешение, радость и немного светлой грустинки. Ведь жизнь наша не состоит из фейерверков. Все зависит от того, под каким углом ты на нее смотришь. Ну, и не могу не отметить тонкий и прекрасный юмор отца Саввы. Он дает понять, что священники – это не безгрешные люди, которые тебя распинают за грехи. А он – такой же грешник, ему тяжело поститься, как и нам, он тоже любит поспать, вкусненького поесть и книжку почитать. Это невероятно внутренне сближает, дает утешение и, конечно, сглаживает острые религиозные углы, когда некоторые околоцерковные или неверующие люди говорят: «Это же священник, как он мог!». Да вот так… Он же такой же человек, со своими страстями, грехами. И он также как и все – один с этим борется, другой поддается и идет на дно. Подводя итоги, могу сказать одно – открываешь книгу, и из нее течет мягкий и теплый свет.

Где-то в самом начале повествования автор упоминает книгу одного монаха восточной церкви, которую от захлопнул, едва открыв - испугался изменений, которые неизбежны при её прочтении. Ну что ж, отче Савва и сам не промах. Не знаю, почему я ожидала увидеть здесь сказки, притчи и рассказы, что-то вроде "Несвятых святых" на рождественскую тематику. Может, потому что этот молодой архимандрит задорно улыбается на всех фотографиях? Отче бьет в самое сердце, задавая вопросы, от которых хочется зажмуриться, но всё, поздно, слова прочитаны и не отвертеться. С кем ты, для кого ты, куда ты смотришь? И расставляет всё на свои места. Если в центре Христос, то все вирусы, премии, корпопативы, каникулы, выборы, полёты на марс и прочая суета суёт - ничего не помешает. И ничего не страшно. Поставлю себе в план - раз в год перечитывать, в первые же дни поста. Пока, если Бог даст, не перерасту.

Спасибо, отец Савва! Спасибо за свет и душевность, за мотивацию, за надежду, за ожидание Рождества. Небольшие истории о церковных службах, о светлых людях, о вере, и конечно, о Рождестве — советую всем, кто ждет праздника. Всем, кто мерзнет, и унывает, всем, кому трудно поститься, всем, кто иногда теряет мотивацию и начинает «есть» своих близких, но все равно ждет.

«Бог пришел, чтобы отогреть человека и вернуть миру единство любви и доверия.
Христос – Воплощенный Бог. Христос – Творец этого мира. Это Он гулял с Адамом в раю, это Он скучает и грустит по нашим чудесным прогулкам. И был только один способ вернуться на наши райские тропинки: Бог стал человеком, Христос – новый Адам – подхватил в Свои руки этот выстуженный мир и насытил его Своей жизнью.
Новый Адам начал там, где упал Адам ветхий. Он принял хрупкость и уязвимость падшего человечества, сделал его Своим, стал человеком воистину и навсегда. Беззащитным ребенком Он входит в этот расколотый и безумный мир, который ликует о Его приходе с волхвами и пастухами, но тут же ищет Его смерти со всем войском Ирода.
Новый Адам – беззащитный и хрупкий младенец, доверивший Себя слабым рукам Девы и заботе немощного старика. И тридцать лет смиренной безвестности, пока нагим, совершенно обнаженным от славы и божеской, и человеческой, Он покорно не входит в воды священной реки, повинуясь слову бездомного проповедника.
Он – Тот, Кто древнее самой воды, – вступает в воды Иордана.
Он – Сама Святость и Правда  – смиряется под руку пустынника.
Он – Чье имя Красота и Свет  – нагим и покорным принимает омовение в скудной реке.
Нагота и смирение Бога – это первое Крещение Спасителя, а сошествие Святого Духа в виде голубя – воистину Пятидесятница Христа. Но будет и иное Крещение – Крещение Кровью на Кресте, которое надлежит пройти Новому Адаму – с наготой, унижением и болью.
Мы читаем в Писании, как Господь проклинал Адама:
«Проклята земля за тебя… терния и волчцы произрастит она тебе» (Быт. 3: 17–18).
Но ведь это пророчество, которое Бог изрек для Себя. Это Себе приготовил Он терновый венец, надолго расставаясь со своим другом и собеседником, отправляясь на поиски Адама, который стал чужим и одиноким.
Так воды Иордана отражаются в воде и крови, излитой из ребра Распятого.
Так свет Богоявления станет светом Пасхи и Радости.
Так воды Крещения сольются с рекой жизни в Небесном Иерусалиме.
«И отрет Господь всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло»(Откр. 21: 4).
И мир исцелится смирением Бога!
И дитя Адама согреется любовью Христа!
Эй! кто от Адама, – нагие!
все приходите – в Него облачимся –
чтобы согреться!»