Белоснежка

– Ты убил его? – переспросил Ясин.
– Да.
Они долго стояли лицом к лицу, потом Ясин произнес:
– Всегда его терпеть не мог.
– Я тоже.

Стиснув зубы, Скарлет толкнула девушку к стене и приставила ей нож к горлу. Служанка пискнула и уронила белье на пол.
– Нам нужно попасть к рельсам, которые ведут в доки. Кратчайшим путем. Немедленно.
Девушка затряслась, ее глаза округлились.
– Не бойся, – сказала Зима певучим, нежным голосом. – Она не сделает тебе больно.
– Еще как сделаю. Как нам попасть в доки?

– А уроки танцев?
– Не испытывай удачу.

Естественно, Зола уронила пирог, и на белой юбке появилось желтое пятно. Пока она в ужасе думала, во что бы переодеться, Ико ловко задрапировала его складками ткани.
– Я была готова к чему-то в этом роде, – подмигнула она Золе. – Это часть твоего обаяния.

– Давай сыграем, как будто мне не нужно притворяться, что я тебя не люблю. Что я не полюбила тебя в тот самый миг, когда узнала, что значит это слово.

– Эй, – позвал он, одновременно сурово и ласково. – Ты ведь моя принцесса. И всегда будешь, независимо от того, кем ты родилась и на ком женился твой отец.
Глаза Зимы затуманились; она накрыла руки Ясина своими.
– А ты всегда будешь моим гвардейцем.

– Мы заключили брачный союз. Обратной дороги нет. И ты вправе сам решать, как реагировать на ситуацию.
– О, то есть я имею право что-то решать? – Кай использовал свою самую дипломатичную улыбку. – Как великодушно с вашей стороны!

– Только рядом с тобой я чувствую себя в безопасности.

– Вы меня за идиота держите? – нахмурился стражник.
– Откровенно говоря, мелькала у меня такая мысль.

– Он точно союзник этого киборга. Вопрос в том, что он делает во дворце.
На долю секунды в коридоре воцарилась тишина, а потом Кресс услышала голос Торна. Он тяжело дышал, но умирать вроде не собирался.
– Да просто целовался со своей девушкой, – ответил капитан. Кресс спрятала лицо в ладонях, сдерживая рвущиеся наружу рыдания. – Я же не знал, что у вас это считается преступлением!

– Зачем ты пошла со мной? – спросила она, уставившись на крепкие двери. – Ты ведь знала: со мной что-то не так. Знала, что я ненормальная.
Скарлет поперхнулась:
– Отличный вопрос. И, главное, как вовремя! – ядовито процедила она.

– Зеэв забыл только упомянуть, что он влюблен в тебя.
Скарлет почувствовала, что ее щеки стали такими же красными, как и волосы.
Торн пробормотал:
– Как ты мог не сказать?

– Ты должен знать. Я не помню ни минуты в моей жизни, когда бы я не любила тебя. Думаю, что такого никогда и не было.

– Волк, Торн, как только маги вас увидят, они попытаются взять вас под контроль. Позвольте мне сделать это первой! Только ваши тела, а не разум.
– Я ждал, когда ты наконец признаешься, что хочешь моего тела, – пошутил Торн. – Будь моим гостем.

Нет. Левана была чудовищем, но не потому что уродливым было её лицо, спрятанное под маской чар. Истинное уродство таилось гораздо глубже.

– О, я твердо намерен заключить союз с Луной, – Кай снова посмотрел на ступню киборга. – Но сначала мы посадим на трон другую королеву.

– Мне тоже достанется прощальный поцелуй? – спросил Торн, подходя к Золе.
Она оттолкнула его.
– Не только Волк знает, что такое правый хук.

– Ну, разумеется! Как это мило с вашей стороны. – Она повернулась к Ясину, который с недоверием смотрел на гвардейца. Впрочем, неудивительно. Он на всех смотрел с недоверием. – Боюсь, что завтра будет еще труднее, сэр Клэй. Вспоминайте обо мне, когда сможете.
– Вспоминать, принцесса? – он усмехнулся, глядя на нее. – Да я ни о чем другом и думать не могу.

– Какой глупец! Ты должна ненавидеть меня.
– Может, ты и глупец, но, уверяю, очень милый.

• если я о себе не позабочусь обо мне никто и не вспомнит. благодаря тебе я давно это уяснила.