Цитаты из книги Пигмалион

неужели вы не понимаете, что в тот день, когда Элиза переступила порог дома на Уимпол-стрит, с нею вместе вошло еще кое-что. Но дело не в этом. Появилось нечто другое

Хигинс Она заполнила всю нашу жизнь. Правда, Пик? Пикеринг. Мы постоянно говорим об Элизе. Хигинс. Учим Элизу. Пикеринг. Одеваем Элизу. Миссис Хигинс. Что? Хигинс. Изобретаем новую Элизу.

Каждую неделю – какое там! – почти каждый день в ней происходит новая перемена.Мы фиксируем каждую стадию…

Вы даже не представляете себе, как интересно взять человека, наделить его новой речью и с помощью этой речи сделать его совершенно иным. Ведь это значит уничтожить пропасть, разделяющую классы и души людей.

А я ни на секунду не перестаю думать об этой девушке и ее проклятых гласных и согласных. Я измучился, думая о ней, наблюдая за ней, за ее губами, зубами, языком, не говоря уже о ее душе, – а это самое непостижимое.

Ну что ж, вероятно, я действительно не всегда выражаюсь, как епископ.

Она шедевр искусства – твоего и ее портнихи. Но если ты хоть на минуту сомневаешься в том, что она выдает себя каждой фразой, значит, ты просто помешан на ней.

Мы так бедны, и она так редко бывает в обществе, бедная девочка! Она просто не знает, как сейчас следует держаться.

Вся эта старомодная викторианская благовоспитанность – такая чушь!

Клара. Дело привычки. Это ни хорошо, ни плохо. И никто не придает этому никакого значения. Просто такая необычность придает особый шик тому, что само по себе не слишком остроумно. Я нахожу новую манеру выражаться прелестной и вполне безобидной.

Я несколько лет провел в Индии, и за это время манера держаться так изменилась, что, право, иногда не знаешь, где находишься – на званом обеде в респектабельном доме или в пароходном кубрике.

Я уже привыкла к тому, что мужчин ты называешь «пройдохами», на каждом шагу говоришь «мерзость» и «свинство», хотя я лично считаю это неприличным и неженственным. Но то, что мы сейчас слышали, – это уж слишком!

Вы так старомодны, что люди подумают, будто мы никогда нигде не бываем.

Многим женщинам приходится своих мужей поить, а то, пока они не выпивши, с ними и житья нет. (Окончательно почувствовав себя как дома.) Тут ведь какой переплет получается. Вот, к примеру, человек совесть имеет, так трезвого она его ух как заедает, и он от этого на стенку лезет. А долбанет стаканчик-другой, горя как не бывало

Да для нее джин – что материнское молоко для младенца.

-Я понимаю вас. Я сама не умею вести светские разговоры. Ах, почему люди так редко бывают откровенны и говорят не то, что думают! - (мрачнея). И слава Богу!

Видите ли, произношение она освоила. Но сейчас мне уже надо думать не только о том, как эта девушка произносит, но и о том, что она произносит. И вот тут-то…

Должна же она о чем-то говорить.

Безопасно! Безопасно говорить о нашем здоровье! О внутренностях! Может быть, даже о внешности!

Ей строго-настрого велено касаться только двух тем: погоды и здоровья. Словом, ничего не значащие фразы: «Как поживаете? " – „Сегодня прекрасный день“ – и никаких рассуждений на общие темы