
«Ты моя гениальная подруга и должна стать умнее всех — и мужчин, и женщин»
Эту серию мне посоветовала лучшая подружка со словами: «Тебе точно понравится!» Что ж, она была абсолютно права, и я очень ей благодарна за такую рекомендацию! Книгу мы читали (подруга, соответственно, перечитывала) вдвоем, и поэтому я сразу хочу добавить одну важную деталь: это произведение, пожалуй, стоит прочитать и перечитать, потому что многие события становятся более понятными в следующих частях или даже после того, как история уже завершена, но далеко не все читательницы могут в точности запомнить, что происходило в начале истории, особенно когда писательница часто не делает на каком-то событии акцент, не вспоминает его время от времени, но может спокойно раскрыть его с другой стороны уже во второй, в третьей книге.
Я понимаю, почему история вызывает неоднозначные чувства. Сама не уверена, что отнеслась бы к героиням и героям с таким пониманием и терпением, с какими читала первую часть, если бы не подруга, посвятившая меня в некоторые события из последующих частей. Я огромная любительница женской прозы во всем ее многообразии, но и мне моментами было тяжело читать. И тем не менее я без колебаний готова поставить этой истории высший балл.
То, что очень понравилось:
Тема многолетней женской дружбы и вложенный в нее реализм. Я не встречала пока произведений, где бы рассказывалось о женской дружбе с тех времен, когда женщины были еще девочками, где показывались бы их взросление и связь. Точнее, я не видела произведений, где это описывалось бы так детально и без прикрас. Женская дружба — это абсолютно точно не «змеиный клубок», но это и далеко не всегда исключительно прекрасные моменты, где всем весело и хорошо друг с другом. Я бы сказала, что то, что описала Элена Ферранте, — естественный вариант дружбы с учетом окружающей среды и характеров героинь. Мне кажется важным понимание того, что Лила и Элена были детьми, которые жили в неблагополучном районе, среди зачастую жестоких семей, но при этом обе хотели отличаться от своих родителей и знакомых в лучшую сторону. Такой бывает дружба, когда у обеих есть амбиции и стремления, и такой она бывает, когда жизненные обстоятельства становятся сильнее человека и всего остального. Детям сложно говорить откровенно друг с другом, но еще сложнее это дается подросткам, — и все эти метания, искажения мыслей настолько реалистичны, что читать иногда было невыносимо. Подростком я бы точно ушла в черно-белое мышление и нашла бы виноватую, но сейчас, будучи взрослым человеком, мне во время чтения было по-человечески жаль. Звучит, конечно, так, будто вся книга — сплошные размолвки, но, вероятно, просто именно они запоминаются в первую очередь, потому что обычно о таком не пишут — в таком количестве и с такими эмоциями. В первой части были и добрые, и смешные моменты, но центральная тема, да, — неоднозначная дружба двух девочек, одна из которых слишком много думает.
Элена то любит, то терпеть не может Лилу, но при этом неизменно обожествляет ее:
Как прекрасно она говорила! Я смотрела на ее белоснежную, без единого прыщика, гладкую кожу. Смотрела на ее губы, на изящные уши. «Да, — думала я, — кажется, она меняется, и не только внешне: она и ведет себя по-другому».
Мне пришло в голову, что она не просто умеет хорошо говорить, она, как я сформулировала бы сегодня, развивает в себе дар, который я знала за ней и раньше: взять факт и создать вокруг него напряжение; только теперь она овладела этим умением гораздо лучше, чем в детстве. Она делала краски реальности ярче, с помощью слов насыщая их новой энергией. Еще я поняла, что тоже обладаю такой способностью: я пробовала делать, как она, и у меня получалось. «Вот в чем, — думала я, — мое отличие от Кармелы и всех остальных: когда она говорит со мной, я загораюсь вместе с ней, здесь и сейчас. Какие у нее красивые, сильные руки, сколько изящества в движениях, какой выразительный взгляд!»
В этом, пожалуй, и есть нездоровая часть этой дружбы — в сомнительной привязанности, хотя изначально так не кажется. Возможно, конечно, что это я сильно додумала происходящее, но вот такими мне видятся их отношения.
При этом Элена как будто не замечает ни того, что ищет черты Лилы в других людях, ни того, что сама Лила считает ее своей самой близкой подругой:
— А ты любишь [...]?
— Очень, — ответила она серьезно.
— Больше, чем родителей? Больше, чем Рино?
— Больше, чем кого бы то ни было. Но не больше, чем тебя.
Элена и повествование от ее лица. Для меня это прекрасный пример ненадежной рассказчицы, в том числе из-за возраста героини. Элене нельзя доверять полностью, ее можно только понять, а периодически — простить и двигаться дальше. Писательница идеально передала мировоззрение и ребенка, и девочки-подростка — с присущей многим в этом возрасте завистью, скачками настроения, непониманием себя и окружающего мира. В произведении видно, что где-то Элена преувеличивает, где-то преуменьшает; где-то просит от людей больше, чем дает сама, где-то — отдает последнее тому, кому это не нужно; где-то осуждает за те черты, которые есть в ней самой, где-то — превозносит на, казалось бы, пустом месте. В истории есть нелогичные моменты, но они становятся очень даже логичными, когда понимаешь, что смотришь на вещи глазами ребенка, ведомой, но при этом старающейся избавиться от своей ведомости и быть лучше всех остальных. Мне очень понравились моменты, где Элена была готова отстраниться от Лилы, прекратить их дружбу, даже поверить в слухи, но в итоге она все равно защищала подругу, все равно возвращалась к ней, все равно пыталась понять ее. Еще понравилось, как она периодически считала Лилу злой, не осознавая, почему такие мысли приходили ей в голову. Само восприятие Лилы в произведении непостоянное, и в этом как раз заслуга Элены как рассказчицы.
Подростковые годы и женский опыт. Помимо дружбы Лилы и Элены в книге было множество других тем и моментов, которые показались мне и интересными, и грустными. Много описаний подростковых изменений, подростковых ошибок, которые встречаются чаще, чем об этом принято говорить. Элена хочет быть лучше подруги, поэтому учится не переставая. Элена боится, что подруга уже начала с кем-то встречаться, поэтому бросается искать себе парня. Элене кажется, что подруга уже чего только не умеет, поэтому ей тоже нужно, как можно быстрее, даже если это не человек, который нравится, даже если с ним хочется только одного — расстаться. Элена делает больно и себе, и другим, но не может остановиться. При этом она двигается вперед благодаря образу подруги. Одновременно прекрасный, ужасный и очень распространенный опыт. В общем, в книге есть все то, что не поймет ни один мужчина, зато прекрасно поймет (почти) каждая женщина. В первой части также есть сомнительные моменты вроде тех, где Элене очень хочется обзавестись парнем постарше, или где девушки готовы «строить глазки» тем, кто уже в отношениях, но с учетом повествования от лица девочки-подростка и возраста самой писательницы и ее опыта, этих моментов все равно что нет.
Отсутствие романтизации тяжелой жизни. Все тот же реализм, но в отношении окружающего мира. Многие моменты в книге неприятные и болезненные: говорится об изнасилованиях, о жестокости, о смертях, о несправедливости. Но предупреждение об этом вписано в повествование в самом начале:
Я нисколько не тоскую по детству: наше детство было полно насилия. Насилие преследовало нас повсюду, дома и на улице, но не помню, чтобы я хоть раз подумала, что нам выпала тяжкая доля.
Наша жизнь была такой, какой была, и все тут; мы росли, считая своим долгом осложнить ее другим раньше, чем они осложнят ее нам. Конечно, я была совсем не против вежливости и уважения, которые проповедовали учительница и священник, но чувствовала, что в нашем квартале им не место, даже среди женщин.
Это же прекрасно объясняет, почему отношения Лилы и Элены — не прихоть и не абсолютная токсичность. Среда формирует человека, и для того времени эти две девочки справились очень даже хорошо.
Я и раньше в рецензиях писала, что читать ту или иную книгу было тяжело или тяжеловато, но это было до «Моей гениальной подруги». Вот это произведение вытащило из моей души все! Периодически приходилось откладывать книгу и давать себе подышать более спокойным воздухом, периодически просто слов не оставалось. Многие вещи случались неожиданно, можно списать часть моих потрясений на это. Но больно было именно от осознания того, что люди жили бок о бок с постоянной жестокостью, причем писательница не напоминает об этом, не пишет о каких-то абсолютных ужасах, нет. Просто происходит что-то плохое, но люди не обращают на это внимания, потому что привыкли, и жизнь буквально продолжает идти своим чередом, словно ничего и не было. Сама Элена даже не осознает, в каком мире жила и живет, пока не входит в другой, и чем больше лет проходит, тем болезненнее осознание:
«Ты знаешь, что такое плебс?» — «Да», — сказала я тогда. Но по-настоящему я узнала это только сейчас. Плебеями были мы все. Только плебей могли скандалить из-за еды и вина и обижаться, что кого-то обслужили быстрее, чем их, пировать на замызганном полу и произносить пошлые тосты.
Образование нужно человеку во все времена, но что делать, если живешь среди людей, которые в те же самые «все времена» не видели в нем смысла? Так же, вероятно, чувствуют себя и нынешние девушки, которые вырываются в лучший мир и с ужасом понимают, в каком месте жили до этого. Это страшно.
И фантазия, и мемуары. Мне понравилось, как писательница описывала жизнь жителей квартала — просто, коротко, но емко. Произведение не изобилует художественными приемами, украшением текста. Я бы сказала, что на передачу воспоминаний делается больший акцент, чем на то, как именно они будут переданы. Повествование бывает обрывочным, но при этом запоминающимся и интересным. Здесь и дружба, и политика, и бизнес, и менее приятные темы, но выше всего этого — связь одних героев с другими. Все взаимосвязано, и если одни отношения не раскрыты в этой книге, то они точно будут раскрываться в других. Прекрасное построение сюжета! Именно поэтому я очень жалею, что физически не могу запомнить все. Кстати, о запоминании. Несмотря на памятку в начале, писательница часто повторяет не только имена персонажей, но и их работу, родственные связи, даже произошедшее с ними, поэтому не запомнить их сложно, читать комфортно.
То, что я не особо поняла (спойлер!!):
Значение акцента на жестокости Лилы:
В самые жуткие моменты Лила — рассказывая, как по медной кастрюле стекала струйка крови, — прищуривалась, и в ее глазах появлялось ожесточение. Конечно, она верила, что убийца — женщина, только потому, что так ей было проще представлять на ее месте себя.
Я могу понять, что один человек может быть и добрым, и злым одновременно, но такие моменты, когда Элена будто пыталась представить подругу в роли убийцы, выбивали меня из колеи. Да, было наталкивающее на такие мысли событие, но оно было единственным и оправданным в той ситуации. Надеюсь, писательница раскроет этот момент в следующих книгах.
Персонажи, которые понравились на момент окончания первой части: Лила, Антонио, Энцо, Альфонсо.
Думаю, книга хорошо подойдет читательницам, которые хотят увидеть больше женской дружбы и при этом спокойно относятся к неоднозначным персонажам и тяжелым темам. Также это хорошая проверка на внутреннюю мизогинию, но считайте, что я этого не говорила. Произведение тяжелое, но лично мне кажется невероятным.









