I Have Some Questions for You

Автобусная остановка» — это пример того, что получается, когда в написании сценария не участвует женщина.

Ванесса повернулась, и при свете ее лицо показалось еще старше — подавленным, огрубевшим. Внезапно я увидела в ней каждую сестру каждой убитой девушки, которую когда-либо показывали в новостях.

...я собирала сведения о сверстниках точно так же, как кто-то копит газеты. Я надеялась, что это поможет мне стать более похожей на них и менее похожей на себя, что я стану менее бедной, менее несведущей, менее провинциальной, менее уязвимой.

Честно говоря, я совсем забыла о мокром снеге. В кино его не покажут; в кино идет либо дождь, либо снег. Зачем Голливуду демонстрировать эту жуткую, жалящую слякоть?

... если вы не можете представить, как кто-то делает что-то такое, это еще не значит, что он не способен на это.

В ту неделю я слишком полагалась на кофеин, но как еще я могла оставаться в форме?

Чего мне хотелось, пусть это и было невозможно, так это вернуться в прошлое и увидеть, как все случилось. Не само убийство, не всю эту жесть, но каждый шаг, приведший к этому, каждый момент, когда судьба могла бы сдвинуться всего на дюйм и оставить Талию невредимой.

... ведь кто она теперь, как не история, история, которую можно знать или не знать, история с ограниченным набором деталей, история, в которую можно углубляться, запоминая карты и даты.

Жизнь не так уж дерьмова, если не лезешь в дерьмо.

Это был тот случай, когда мы все были достаточно молоды, чтобы думать, что у кого-то умнее есть ответы.

Необходимость что-то делать — симптом высокофункциональной тревожности и мой ключ к успеху.

Мне не нужен лишний повод, чтобы уважать себя.

О том, как мужчины наконец рассказали о священниках, десятилетия спустя, и все хвалили их за храбрость. О том, как женщины высказались после пяти лет молчания, и все спрашивали, почему они молчали столько времени.

А потом, когда Талия умерла… то, как было изувечено её тело… то, как её бросили в воду… то, что каждая девушка была просто телом, которым могли попользоваться, от которого могли избавиться…то, что твоё тело делало тебя уязвимой…если у тебя было тело, тебя могли уничтожить…

Ощущение… окей, эта сцена воспроизводит живой опыт? Но монтаж воспроизводит память, то, как память раздроблена.

Когда я преподавала в UCLA , я ссылалась в лекциях на историю со светлячками для описания эффекта зловещей долины, хотя должна признать, пример ужасный. Иногда ссылалась на неё для иллюстрации того, как наши мозги заполняют лакуны, как мы оперируем известной информацией. Иногда это касалось ложных предположений.

Я почувствовала не судьбу — просто что это такое место, где кто-то может претендовать на свой маленький уголок, место, где после четырех лет я смогу сказать, что была частью чего-то. Где-нибудь в кампусе я найду такое место, где оставлю частичку себя.

Я была здесь.

Я была здесь.