Мой хулиган

Мои ладони скользят по изгибу ее спины вверх и зарываются в копну тяжелых локонов. Перебираю пальцами волосы и смотрю на Лесю не отрываясь. На каждую черту ее лица. Ни капли косметики. Разве что на ресницах немного туши. Вроде и моя Синичкина, но взрослее и женственнее.
И по моим венам разливается что-то незнакомое, теплое, вязкое, дурманящее. То, что затягивает в себя по самые уши. А возможно, я влиш в это еще в ту встречу в подсобке, когда увидел перед собой самую обычную девочку в жутком кардигане. Девочку, которая оказалась сумасшедше необыкновенной и сорвала мою крышу. Она моя самая правильная хулиганка.
Я понимаю, почему всячески увиливал в переписках и разговорах от этого. Хотя Леся мягко и ненавязчиво давала мне понять. Намекала...
Пыталась открыться, а я... А я просто должен сказать ей это, глядя в ее голубые глаза. С ней по-другому нельзя.
Прижимаюсь лбом к ее лбу, мое сердце прошибает разряд тока, и я шепчу на выдохе:
— Я люблю тебя.
Чувствую ее дрожащий вздох своими губами и первым целую Лесю. Очень настырно и очень жадно. Возможно, сейчас возде нас краснеют мои родители и весь аэропорт, но я, черт возьми, влюблен так, что только посмейте меня осудить!
— И я люблю тебя, Макс, — чувствую горячий шепот Леси на своих губах.
И все...
Я пропадаю в ее признании. Окончательно и бесповоротно.

Делаю осторожный шаг вперед, и Леся тоже, но вдруг испуганно замирает.
До взрыва в моем сердце всего секунда...
А потом Олеся срывается с места и просто летит ко мне. Я ловлю ее, отчаянно прижимаю к себе, как пушинку отрывая от земли. Она обвивает мою шею руками, жмется к ней носом. Прижимается ко мне вся и изо всех сил. Она дрожит. Мать вашу! Какая же Леся хрупкая, маленькая... Какая же она моя! Держу ее за талию, понимая, что я не просто скучал. Я тосковал.
Все недоразумения рассыпаются в пыль. Все становится неважным. Даже пропадает желание устроить темную Богдану. Она важна. Эта девочка, что неровно дышит мне в шею и гладит ладонями мой затылок.

— Пап, а можно... — начинаю я, но в его руках внезапно оказывается огромный букет алых роз.
Удивленно смотрю на тугие бутоны, перевязанные белой лентой, и на сияющего отца.
— Вот это точно лишнее. Да я и не эти цветы заказывал, — перевожу взгляд на маму. Она забыла? Или перепутала?
— А это не тебе, — лучезарно улыбается она и бросает взгляд мне за спину. — Обернись.
Вопросительно вскидываю брови, но выполняю неожиданную просьбу мамы. Я делаю разворот на сто восемьдесят, и мое сердце становится как юла. Оно совершает тысячу оборотов за секунду. Потому что среди толпы вижу... ее. В белом свитере крупной вязки, синих джинсах и ботинках. Широкий ворот сексуально приоткрывает одно плечо, а темные локоны-волны небрежно откинуты назад.
Леся робко хлопает ресницами и смущенно кусает губы. Смотрит на меня настороженно, пока моя сестрица забирает из ее рук огромный пуховик. А меня словно в шестой раз кидают в свободный полет, но без парашюта. Адреналин бьет фонтаном.