Меня зовут Джеффри Дамер. Подлинная история серийного убийцы

Когда Джеффри учился в первом классе, он очень привязался к своей учительнице. Он решил наловить целую кучу головастиков в подарок.
Надо отдать ей должное, женщина с благодарностью приняла этот подарок, что сделало сына по-настоящему счастливым. Спустя несколько дней коробка с головастиками исчезла из класса. Он решил спросить о них учительницу. Женщина ответила, что решила «переселить» их к себе домой.
Вечером я завез его в гости к своему однокласснику, и Джеффри увидел в гараже свой пластиковый контейнер с головастиками. Джефф почувствовал, что его предали и разозлился. В ярости он налил моторное масло прямо в контейнер с драгоценными головастиками. Он сказал тогда, что «если ей они не нужны, то они никому нее достанутся». Естественно, после этого они с одноклассником поссорились, но вскоре помирились вновь. А вот к учительнице Джефф больше не питал ни капли теплых чувств. (Лайонел Дамер, «Рассказ отца»)

Утром Лайонел все же замечает несколько ссадин на лице Джеффри, но Джеффри говорит, что упал с лестницы. Лайонел ничего не говорит, но не может удержать появившуюся на лице полуулыбку. Его мальчик подрался с кем-то из школы. Именно так и ведут себя обычные подростки. Джеффри – такой же, как все. А это отличная новость. Лайонел всегда очень переживал из-за своей некоммуникабельности и из-за того, что их дом почти никогда не знал гостей. Хоть кто-то в их семье будет обычным. Это хорошо. Это отличная новость. Значительно лучше, чем хорошие успехи в учебе. Какими бы хорошими ни были эти успехи, потом жизнь все равно превращается в рутину без взлетов и падений, и здесь очень важно, чтобы хотя бы эта рутина тебе нравилась. Друзья отлично могут в этом помочь.

— Вы не могли сказать, что мясо не прожарено?! Зачем ты разрешил ребенку это есть? А ты зачем ешь? – закипает женщина.
— Даже здесь ты умудряешься все испортить, – с досадой шипит Лайонел.
Самой нормальной и естественной реакцией в этом случае будут слезы. Вот Джеффри и плачет, но только поначалу. Впоследствии он учится отключаться. Как только голоса родителей достигают определенного уровня децибел, мальчик перестает их слышать и молча ест то, что было на тарелке, стараясь вникнуть в то, что показывали на экране громоздкого телевизора.

Чуть позже появились антидепрессанты, а уже во второй половине ХХ века появились и лекарства нового поколения. Они не вызывали привыкания в обычном понимании этого слова, никак не ухудшали качество жизни человека и, самое главное, делали мир человека с депрессией нормальным. В нем все так же было мало красок и радости, но теперь с этим можно было жить, а это ведь немаловажно. Мозг получал достаточное для нормального функционирования количество гормонов, отвечающих за положительные эмоции, и продолжал работать в привычном режиме. Если что-то дается просто так, зачем это вырабатывать? Зачем тратить драгоценные ресурсы (а мозг – самый энергозатратный орган, за время шахматной партии человек тратит столько же калорий, сколько и во время пробежки) на то, что и так дадут минут за пятнадцать до приема пищи? Такие таблетки существенно снижали выработку гормонов радости, но, согласитесь, это ведь не такая высокая плата за возможность жить более или менее полноценной жизнью? Человек пропьет длительный курс препаратов, психика стабилизируется и накопит достаточно ресурсов для того, чтобы настроиться на нормальную работу уже без препаратов.

Фанаты серийных убийц – особая категория людей. В абсолютном большинстве случаев они не рисковали стать убийцами, как думал Дамер, но вот стать жертвой маньяка они могли легко. Впрочем, даже это не было главным. Страшнее было то, что те люди, кто когда-либо всерьез задумывался о том, чтобы совершить убийство, перейти за грань самого страшного порока, видели то, как моментально серия чудовищных преступлений превращала тихого и незаметного человека в звезду. Жажда славы и признания редко была целью действий маньяка, но практически всегда являлась сопутствующим мотивом.