Франц Кафка не желает умирать

В одиннадцатом классе по совету преподавательницы по литературе я взяла читать «Превращение» и «Процесс». И сразу влюбилась! Так что, увидев эту книгу на полке книжного магазина, не смогла пройти мимо)

Лоран Сексик поставил перед собой задачу описать не только последние месяцы жизни этого удивительного человека, но и ближайших к писателю людей. А именно, близкий друг Роберт Клопшток, возлюбленная Дора Диамант и сестра Оттла. Через их истории и тяжелую судьбу автор показывает, насколько велико было влияние этого человека на общество. Осложняется потеря близкого человека ещё и обстановкой в мире, которая продолжает накаляться. Евреи всё больше чувствуют притеснения: начиная с того, что профессиональная сфера выгоняет евреев, так и в общественной жизни ничего хорошего не встретишь. В какой-то степени даже повезло Кафке, что он покинул этот мир до того, как он начал рассыпаться на мелкие кусочки.

Название парадоксально. С одной стороны, Кафка до последней минуты жил так, будто его жизни ничего не угрожает. Он пишет, любит, заводит дружбу и ищет те моменты, которые могут порадовать человека. С другой стороны, он страдает и переносит невыносимые страдания. Он даже не был готов продолжать эту муку: лежать под морфием, без возможности ни творить, ни жить. А жизнь ли это или только продолжение страданий? Стоит отметить, что в романе смерть становится не концом истории, а только началом.

Особенность повествования Сексик выбирает форму художественной биографии. Он опирается на письма, дневники и известные факты, но свободно реконструирует внутренние состояния героев и диалоги. Поэтому роман не стоит воспринимать как документальное исследование: это скорее литературная версия последних лет Кафки и судеб людей, связанных с ним. Такой подход создаёт ощущение близости к героям, но одновременно требует от читателя осторожности — художественный вымысел здесь постоянно соседствует с исторической реальностью.

Наиболее удачны эпизоды, связанные с санаторием и болезнью. В них чувствуется атмосфера медленного угасания: снег, тишина, ожидание, разговоры о теле и смерти. Эти сцены напоминают, что Кафка был не только «великим загадочным писателем», но и живым, уязвимым человеком, который страдал, сомневался и зависел от заботы других.

Главное достоинство романа — попытка вывести на первый план тех, кто обычно остаётся рядом с именем Кафки лишь в примечаниях. И в их воспоминаниях, письмах, рассуждениях мы видим продолжение жизни Кафки. Он, как незримый защитник, сопровождает своих близких в течение всей жизни, хотя и он не смог быть с ними рядом. Такой способ ещё и помогает увидеть гения с точки зрения обычного человека.

Однако не сложный психологический роман, это скорее книга о жизни. Со всеми трудностями, перипетиями, драмой и судьбой. В этом его и большущий плюс. Роман получился максимально эмоциональным. Читатель чувствует всю глубину горя, скорби и отчаяния, которые в конечном счёте сменяются долгожданным покоем.

Негативных рецензий я, как правило, не пишу — просто потому что не дочитываю книг, которые мне не нравятся. И этот роман я бы бросила, наверное, на второй главе, но раз сама же выбрала его для игры, пришлось дочитывать, благо он совсем маленький.

У меня не было каких-либо ожиданий — мне всегда нравилась фигура Кафки не только как автора, но и как человека, + симпатичная обложка глаз зацепила. Что ж... Книга, строго говоря, написана не ужасно, но слишком халтурно для романа с каким-то намёком на "хорошо проработанное исследование". Главных героев имеется три: сестра Оттилия/Оттла Кафка, последняя любовница Франца Дора Диамант и друг Роберт Клопшток. Сам Кафка тут маячит на заднем фоне сплющенным литературным призраком, не более. Все три линии пересекаются и переплетаются, появляется ещё карикатурный образ отца писателя, остальные герои же уже совсем статисты и актёры массовки.

Первая глава в санатории от лица Клопштока сначала меня ещё порадовала — казалось, в ней есть этакая своеобразная манновская атмосфера туберкулёзного учреждения. Потом оказалось, что описания локаций и рефлексии персонажей у автора выходят лучше всего, а остального, в целом, в романе и нет. Так как с первых же страниц диалогов всё посыпалось — ну очень они деревянные и натужные, как в малобюджетной отечественной мелодраме в фоновом потоке телевещания — могу сказать, что это большой плюс для книги, что их немного. Однако из-за этого у меня складывалось впечатление, что я читаю параграф с биографией в учебнике литературы, только он зачем-то слегка олитературенный. Но не сильно. Не настолько, чтобы это мешало.

В общем, чтение было тягомотным и скучным, и по чисто фактической стороне тоже ничего нового: если вы прям вообще себе не представляете жизненный путь Кафки, или представляете очень смутно, возможно, этот краткий этюд из жизни заинтересует вас прочитать о Кафке ещё, что-нибудь, Википедию может быть, потому что в ней было больше информации, когда я её открыла, чтобы вспомнить пару моментов. Больше всего времени в романе уделяется жизни Доры, но это тоже очень краткое и сжатое жизнеописание. Пересказывается, как анекдот, эпизод с пропавшим при обыске чемоданом с письмами Франца. Затем побег в СССР, вскорости побег уже из СССР... Вообще-то, из одной только жизни Доры Диамант можно было бы составить книгу на полтысячи страниц, она совершенно безумная, на мой взгляд. И Дора, и её жизнь. Но Сексик берёт в работу только самые общие, вязкие, сентиментальные концепции, и пишет на них сценарий трёх серий к мелодраме "по мотивам".

Отдельно хочу отметить, что меня немного смутило. Вся вторая половина книги в целом посвящена еврейской теме: все три сестры Кафки, его одноклассники, знакомые и просто кучу людей из его поколения погибли непосредственно в концлагерях в разные годы (что вообще очень обширная, тяжёлая и требующая неповерхностной проработки тема, но да ладно). У меня же вызывало диссонанс представление Кафки как увлечённого сиониста. Он им никогда не был, и это так же странно, как и рисовать из него коммуниста. У Кафки вообще было сложное отношение к собственному еврейству, в его письмах подчас встречаются всякие интересные, включая подобные, фразы:

Иногда, например, меня охватывает желание засунуть их всех (включая себя) в ящик бельевого шкафа и подождать, затем чуть приоткрыть, чтобы проверить, все ли они уже задохнулись, если нет, снова закрыть ящик и продолжать так до конца.

Конечно, он изучал иврит — целых? или только? — три года, но в целом его интерес к иудаизму был пассивный. Он, по всей видимости, восхищался истовыми сионистами как людьми с определённым и нерушимым представлением о том, как и зачем им надо жить, потому что у самого Кафки никогда не было уверенности в чём-то подобном, и интерес к языку и религии предков его не спас. Но это так, моя меньшая претензия из всех. Очередная из множества тем, которой автор, как струны, слегка коснулся, но педалируется она постольку, поскольку издаёт жалобное звучание.

В общем, это не разочарование, конечно, но хотелось чего-то сильно покрепче, ну или я слишком люблю Кафку и придираюсь.

Франц Кафка мне понравился ещё в школе, когда я прочитала его произведение "Замок"
Тогда я нашла слог довольно занятным и нетипичным. Весь роман напоминал мне какой-то сон. Знаете, когда ночью что-то приснилось, а утром в памяти осталось лишь приятное послевкусие

В этой книге рассказывается о последних годах Кафки. И это занимает лишь первую часть книги. Дальше мы узнаем о жизни его близких: любимой сестре Оттле, возлюбленной Доре, лучшем друге Роберте. Судьба каждого сложилась очень непросто. И это неудивительно, с учётом того, в какое время они жили...

На середине книги я просто радовалась, что Франц умер раньше, чем успел так настрадаться, как его семья ( хотя и он погибал в мучениях, но от болезни, а не фашистов). Надо ли говорить, что многие  любимые им люди умирали в страхах и мучениях от рук немцев. Такая доля была уготована многим евреям, за исключением некоторых "счастливчиков". Только можно ли так назвать людей, которые были вынуждены покинуть свои дома, своих друзей, свою семью, чтобы сохранить свои жизни? Вряд ли

Эту книгу могу посоветовать тем, кто хочет узнать побольше о Франце Кафке и тех, кто ему был дорог; узнать немного истории; услышать рассказы определённых людей, связанных с писателем.

В комментариях оставлю цитаты из книги.