Нандо, Катерина и Сандро. Три человека, три страстные души – одна семья. Отец, мать и сын. Нандо и Катерина болели танцами, стараясь не пропустить ни одного соревнования. Но для них девиз «главное не победа, а участие» звучит фальшиво, лицемерно, ведь Нандо любит побеждать. Но осечки случаются у всех. Его прыжок один раз не удался, и тогда над их падением все здорово посмеялись. Можно ли такое забыть?
А можно ли принять, что твой сын – игрок? Наверно только такие как Нандо могут понять, что страсть поглощает. Но если танцы – занятие невинное, то карты – дело серьёзное. Но и в танцах подскакивает адреналин и даже любительские соревнования накаляют нервы. Что же тогда с Сандро? Он расскажет. Он всё расскажет: как начинают, как становятся своими, но, главное, он подробно опишет все свои состояния, которые раз за разом снова влекли его за стол. Он говорит, что хотел получить всё и сразу, но он не только про деньги. Деньги – приз, главное же – процесс. И то, кем ты становишься. Не зря Нандо спрашивал, когда Катерина звонила Сандро, с кем она разговаривала, с сыном или с тем другим - с игроком.
Роман Марко Миссироли «Всё и сразу» - это практически исповедь. Июнь. Провинциальная Италия, прибрежный Римини, удушающая жара и хрустящий от соли воздух. Время, когда все улицы ведут к морю. Время приехать в родной город на день рождения отца. Время отцу гонять по ночам на машине. Время снова танцевать. Время, когда царит атмосфера какой-то легкомысленности, такой легкой, что можно признаться, что жить тебе осталось совсем недолго.
Сначала кажется, что между Нандо и Сандро много недосказанности, но понаблюдав за ними некоторое время, понимаешь, что им и не нужна сейчас эта словесная полнота, эти объяснения и оправдания, что они понимают друг друга и так. Больше говорят жесты, мимика, действия. Даже молчание между ними – способ говорить. Потому что словами откровенно они не умеют. Но и говорить будут, так как надо многое сказать. И вспоминать будут: один танцы и их Катерину, другой – свой путь за карточный стол. Да и многое другое. И каждый раз будет не хватать законченности, придется собирать все кусочки, складывать, чтобы потом соединить их в мозаику жизни и отношений отца и сына. И матери. Но её будет меньше, так как здесь малехонький кусочек жизни, дарованный им только на двоих.
Мы вернемся сюда в октябре. К тем, кому осталось быть рядом совсем недолго. Временной разрыв в три месяца - будто не так уж важно, что происходило с героями, главное – изменения в них. Вот снова отец и сын, и мы видим все изменения, над которыми поработали июль, август и сентябрь, сразу. И мы будем смотреть на них, слушать, вникать в смысл сказанного и недосказанного, чтобы понять. Описания, чтобы видеть, как сын отмечает новые детали во внешности отца, подчеркивающие его приобретенную в болезни хрупкость. Совместные воспоминания, чтобы обрести близость.
Здесь нет плавного течения истории, здесь рваный текст и ритм меняется, как танец, где обманно неторопливые движения в настоящем чередуются с постоянно мелькающими вспышками воспоминаний. О музыке, о танцевальных шагах и том пресловутом прыжке Ширеа, о скачках и картах, о картинах Катерины, о баре «Америка», о женщинах и друзьях Сандро… Кусочков для мозаики много, одни большие, другие совсем крохотные, но большую часть собранного полотна занимает цвет зеленого сукна. Но это пока.
Октябрь. Засыпающая природа как символ угасающей жизни. Последние дни вместе. А затем ноябрь, чтобы все, что цвело в прошлом оставить этому самому прошлому, пережить боль, вылить все слёзы, практически умереть вместе с ним и возродиться снова тем, кем родился – их сыном, а не игроком.
Сложная в построении история, потому что общую картину приходится собирать по кусочкам. И очень разным кусочкам. Тяжелая в плане того, что придется наблюдать за тем, как умирает от рака человек, и видеть боль сына, который его провожает, оставаясь с ним до конца. Сандро не изливает душу читателю, здесь эмоции передаются иначе, но от этого ещё тяжелее. И всё же в этой истории главное – это те изменения, которые происходят в итоге с ним. Говорят, что бывших игроков, как и наркоманов, не бывает, что игра – это и есть своего рода наркотик, но я в Сандро верю. У Марко Миссироли получился пронзительный и очень искренний роман.
54 понравилось
