Graceling

-Осторожней с этой, с зелено-голубыми глазами, - шептали гостям. - Она убила своего кузена одним ударом. Только потому, что он сказал любезность о ее глазах.
Даже Ранда держался от нее подальше. Злая собака могла оказаться полезной королю, но он не хотел, чтобы она спала у него в ногах.

Многие люди с удовольствием ведут себя жестоко, если их власть это позволяет.

Едва ли человек должен благодарить за отсутствие боли. Радость достойна благодарности, а боль - ненависти. На ничто и отвечать нужно бы ничем, ничто не стоит благодарности.

— Чему ты улыбаешься? — спросила она уже в третий или четвертый раз. — Потолок что, собирается рухнуть мне на голову? У тебя такой вид, как будто сейчас случится что-то ужасно смешное.

— Катса, ты единственный человек в мире, которому обвалившийся потолок кажется ужасно смешным.

Его глаза были прекрасны. Прекрасно было его лицо, плечи, ладони. Руки, лежащие на коленях, грудь, которая замерла, не поднимаясь и не опускаясь, - он смотрел на неё, не дыша. Друг. Как же она раньше не замечала? Почему раньше не видела? Она была слепа. И тогда глаза застлали слёзы, потому что она всего этого не хотела. Она не просила о том, чтобы в её жизни появился этот невероятно прекрасный человек, и в глазах его светилась надежда, которой она тоже не хотела.

- Что, во имя Лионида, ты сотворил со своим лицом?

• Пустяки, дедушка. Просто подрался.
• Со стаей волков?
• С леди Катсой, - ответил По, кивая в сторону Катсы, которая стояла в ногах кровати. - Не бойся, дедушка. Просто дружеская потасовка.
• Дружеская потасовка, - фыркнул Тилифф. - Ты выглядишь хуже чем она, По.

• Я наконец-то встретился с равным, дедушка.
• С более чем равным, - отозвался Тилифф.