Петербургские повести

Давно хотела прочитать этот сборник. Первые слова "Невского проспекта" привели меня просто в трепет. Причем со школы я помню только "Шинель" - и то в таком, школьно-клишированном варианте. Ну а "Нос" и "Портрет"...
Петербург Гоголя... Очень люблю этот флер ушедшей эпохи и России 19го века. Уже читала Владимир Гиляровский - Москва и москвичи , читаю Михаил Пыляев - Старая Москва - но такой Москвы уже нет, и даже не веришь в нее. А вот Петербург - он же почти все такой же. Районы вроде Песков (это между площадью Восстания и Чернышевской) и особенно Коломна - это в районе Мариинского театра и Новой Голландии - там все еще живет этот дух. Петербург Гоголя - великосветский и мистический, блистательный и готический, блистающий огнями и погруженный в мрачную задумчивость, завлекает и развлекает и давит. Да, он такой - сотканный из противоречий. Давайте по порядку:
Невский проспект - первая треть - это просто одно из лучших, что я читала в своей жизни! Очень люблю это умение в писателях: "Воспеть совершенно простые и обыденные вещи до такой степени, чтобы - от них просто захватывало дух". Просто описание умытого утром Невского, какие вы встретите на нем - усы и бороды, ну а какие - талии... Это был - просто восторг, но, к сожалению, это только - треть повести. А две трети - это связанные по касательной истории. Почти центральная история - художника Пискарева. И она - с таким флером Раскольникова или "Идиота". Увидел барышню, что-то там себе надумал до того, что впал в горячку - слег. Художники вообще у Гоголя - народ особой статьи. Последнюю треть я вообще не поняла - это история какого-то пустозвона-повесы, который приметил себе замужнюю даму и волочится за ней в стиле "Вижу цель - не вижу препятствий". А ее муж-немец (о котором крайне упоенно рассказывается) очень возмущается в стиле: "Я не хочу рёга!". Как-то так - от Невского утреннего и ясного, автор довел нас до Невского сумеречного, туманного и - не очень понятного...
Нос - два года я ходила мимо памятника носу майора Ковалева на филфаке Никто не знает, как и почему нос от него сбежал, но я догадываюсь. Потому что этот самый "майор" слишком сильно его задирал. Такая поучительная история для детей и мелких чиновников. Единственное - много ее, слишком...
Портрет - готика. Точка. Такая петербургская готика, которой По отвесил бы поклон. Такая смесь "Портрета Дориана Грея" и одного из моих любимейших рассказов Кинга "Дорожный ужас прет на север". Портреты могут быть страшными и дьявольскими - особенно если к этому добавляется красивая легенда.
Шинель - ну кто ж ее не знает? Хотя после школы эта повесть помнится сильно кусками и очень смутно. От даже комической - особенно в эпизоде с выбором имени главного героя - она переходит в трагическую, а потом - в готическую. "И после смерти ему не обрести покой..."
Записки сумасшедшего - я прям расстроилась. Когда ждешь психа, который несет веселую пургу - а там прям совсем клиника. Причем первая часть - это заглянул к нам "Кот Мурр" Гофмана. Но - если кот у немца ученый и образованный, то собачонка, чьи письма герой перехватил (чувствуется градус этого безумия?) - такая великосветская дура и пустозвонка... Ну а потом - герой возомнил себя испанским королем - и все, дурка... Что-то как-то совсем не весело, а муторно и странно.
Ну и бонус, который вроде тоже относится к этой небольшой вакханалии - Коляска. Начиналось все многообещающе в стиле фильма "О бедном гусаре замолвите слово": "Здесь вообще ничего не происходило - пока не расквартировался гусарский полк". Но потом все перешло в шутку - такую светскую сплетню про полусветского товарища-трусло, который хочет вести общественную жизнь - но не вывозит...
Такой он - Петербург Гоголя. И на самом деле - он не сильно то и изменился. Чуть-чуть подтереть центр - стереть туристов и современную рекламу - и вот он... Особенно если приехать на Новую Голландию и присесть на лужайке лицом к каналу - попадаешь не просто как в Европу, а в Европу другой эпохи...
Я по-честному ожидала больше веселья - а получилось больше готики. Ну и какие-то повести получились... многословные. Тем не менее - я просто влюблена в стиль Гоголя. Такой он мягкий, напевный, вкрадчивый. И чувствуется, что автор - ну очень увлечен тем, о чем он пишет. Кажется вообще - что он тебя посадил и рассказывает, придерживая за руки. Так что кто очень хочет на Невский, но не имеет возможности - можно подразнить себя, прогулявшись под руку с Гоголем. Очень бюджетный вариант - и очень красивый. Еще "Женитьба" мне осталась - и гештальт по Гоголю закрыт)
Ну и как всегда - предлагаю взять в компаньоны Александра Клюквина. Его начитка "Невского проспекта" - это просто что-то сказочное... Кроме шуток - пока это будет существовать, я не устану рекомендовать его озвучки!

Невский проспект
Описание расписанной по часам жизни Невского проспекта плавно перетекает в истории двух приятелей - художника Пескарёва и поручика Пирогова. Первый пошёл вслед за жгучей брюнеткой, которая оказалась проституткой. Что называется, не вынесла душа поэта - навоображавши себе невесть чего и не в силах справиться со своими чувствами, художник сначала превращается в наркомана, потом сходит с ума, а там кончает жизнь самоубийством.

По судорожно раскинутым рукам и по страшно искаженному виду можно было заключить, что рука его была неверна и что он долго еще мучился, прежде нежели грешная душа его оставила тело.
История второго персонажа намного более позитивна. Увязавшись за симпатичной блондинкой, Пирогов выясняет, что то немка, жена Шиллера, жестяных дел мастера в Мещанской улице. Интрижка имела исход весьма печальный, однако же не летальный: два слоёных пирожка помогли забыть о позоре и предотвратить дикий скандал.
Тема творчества и творческого человека - пожалуй, центральная в этом цикле. Талант, как правило, оказывается нереализованным, счастье - недостижимым. Противопоставление бедного художника и повесы-поручика кажется несколько наивным и не лишённым зависти и злости, но, в принципе, я думаю, тут именно такая задача и была поставлена - показать крайности. В системе ценностей Гоголя крайности, видимо, выглядят именно так.

Нос
Про эту повесть сказано так много, что просто уже даже нечего добавить. Единственное, написана она с большими юмором и иронией, которых я прежде не замечала, но которые так явственно проступили в сравнении с "Невским проспектом".

Портрет
В первой части повести вновь повествуется о бедном талантливом художнике, которому улыбается фортуна и магическим образом достаётся сказочное (но проклятое, разумеется) богатство. Талант свой он растрачивает впустую, становится богатым, но при том недалёким, серым, тучным и скучным. Осознав в конце всю глубину своей деградации, он превращается в маньяка и сходит с ума (как водится).
Во второй части рассказывается о портрете и том, с кого он писался. Всяческая мистика и чертовщина плюс довольно банальная мысль о божественной природе как истинного таланта, так и истинного богатства.
Талантливые и адекватные, справедливости ради стоит отметить, всё же встречаются у Гоголя. Но они, скорее, для галочки, для полного портрета настоящего гения - бедного и сумасшедшего. И последний описан очень правдоподобно, потому как списан с реальности. Но даже не то чтобы крик души, а просто констатация факта: и к бедности, и к сумасшествию автор относится как к чему-то само собой разумеющемуся. Это настораживает.

Шинель
Душераздирающая история бедного Акакия Акакиевича.

Невозможно читать, не сочувствуя всей душой. В принципе, Гоголь не питает особой любви к своим персонажам - будь то нищий гений или повеса-поручик, приязнью к ним не проникаешься. А тут вот какая-то магия: никакого сюсюканья нет, всё тот же реализьм, а так сильно въедается в душу, проникает в сердце, что не сочувствовать невозможно. Причём автор всё так же спокоен и чёток в деталях - прямо-таки мистика какая-то, откуда такой эффект. Может быть, оттого, что сущность офисного планктона не изменилась за два века и все мы немного акакии акакиевичи с открыточками или Хаусом вместо шинели?..

Коляска
Деревенский анекдот про одного помещика, который напился и оттого на следующий день опозорился перед генералом.
Собственно, и добавить больше нечего.

Записки сумасшедшего
Картина постепенного схождения с ума передана так правдоподобно, будто это не художественная литература, а пособие для психотерапевта. И это уже не настораживает, а пугает.

Рим
Пышные зарисовки древнего великого города, где на одно предложение приходится сто существительных и ни одного глагола. Добротные и красочные, как картины Микель-Анджела.
Я в Риме не была, но, зная Гоголя, не усомнюсь в достоверности его описаний. Если пробраться сквозь них, то проглянет довольно банальная история любви юного визуала. Хорошо, что это только отрывки, а то было бы неловко. Да, и Париж в этой повести опускается довольно бесцеремонно. Могу даже предположить, что вполне заслуженно.

Не в рамках школьной программы. А после, самостоятельно, когда появилось желание вновь вернуться к классике. Гоголь – один из немногих авторов, который был интересен для меня на школьной скамье. И после я перечитывала только то, что ранее читала. Сегодня я открыла для себя творчество Николая Васильевича с совершенно иной стороны.

Удивительно красиво, по-взрослому и очень остро. Даже читанный и разобранный в школе «Нос» теперь совершенно иной. В Петербург Гоголя я влюбилась. Петербургские повести – классика, срез эпохи. Яркие образы, узнаваемый антураж и огромный пласт сатиры, который стал для меня открытием.

Меня поразил «Портрет». Тема мистических портретов мне нравится. Даже не думала, что волна подобных историй не обошла и Гоголя когда-то. Его интерпретация интересна, мрачна и искусительна. Понятно стало и отчего «Петербургские повести» не изучаются в школе в полном объёме. Хотя «Невский проспект» шикарный срез эпохи. Но вещи там, конечно, не для школьников. Еще и не осуждаются обществом. Но мы бы в школе точно оценили и отнесли автора к, по крайней мере, интересным, если не любимым. А вот «Ревизор» из всегда актуального точно перешёл в категорию классики. Перечитать было приятно. Как встреча со старым другом, у которого в запасе всегда есть истории.

Ну что ж, этот сборник – еще одно красноречивое доказательство того, что классику мы в основной ее массе читаем очень рано. И просто потрясающе, что сейчас есть такие переиздания, которые меня побуждают читать-перечитывать. Так как я визиуал, мне нужна красивая обложка. А лето – время больших и маленьких поездок. И серия «Моя книжная лавка» этим летом стала моим спутником. Удобный формат покетбука, прочный мягкий переплёт и завораживающие красивые обложки. Место в рюкзачке всегда найдётся.

В этот сборник входят 5 повестей:

• "Невский проспект"
• "Нос"
• "Портрет"
• "Шинель"
• "Записки сумасшедшего"

На мой скромный взгляд, порядок повестей должен быть немного другим, но в том что "Невский проспект" должен быть всегда первым, нет никаких сомнений. Эта повесть замечательно описывает и сам Петербург тех лет и дух царящий в нём, при первом прочтении сборника это не так бросается в глаза, но при втором прочтении просто поражает, насколько первая повесть раскрывает собой все остальные.

"Нос" это всем известная шаржевая зарисовка на общество тех лет и она, почему-то, не доставила мне такого удовольствия как остальные повести сборника, возможно от того, что я хорошо её помню ещё со школьных времён. Тем не менее я могу вообразить какой переполох произвела она когда была выпущена, потому что градус абсурда очень неплох даже для современного читателя, знакомого уже и с Монти Пайтоном и с Южным парком.

Но вот что я совершенно не ожидал от этого сборника, так это мистической повести "Портрет", с которой я никогда в жизни не сталкивался до этого, хотя Гоголь один из любимых и перечитываемых мной авторов. Начинается "Портрет" довольно жутко, но в итоге это впечатление сглаживается и перед нами предстают замечательные размышления о гениальности и злодействе, и о влиянии популярности и признания на гения. Мне тем более понравилась эта повесть потому что она, каким-то невероятным образом, оказалась в ряду книг, прочитанных в этом году, тем или иным образом касающихся живописи.

Но жемчужиной этого сборника, на мой взгляд, всё же остаётся "Шинель". Она, пожалуй, даст фору всем остальным произведениям Гоголя и по слогу и по атмосфере. Автор постепенно, предложение за предложением, затягивает нас в трясину жизни простого чиновника, и, буквально, переносит нас в его каморку и показывает всё несчастье его существования, когда все стремления человека направлены лишь на то, чтобы выжить, чтобы как-то прожить жизнь без бурь и потрясений. И вот в тот самый момент, когда читатель уже настолько вжился в Акакия Акакиевича, когда читатель, как и сам чиновник, воспаряет, на какую-то минуту, душой испытывая радость от самого банальнейшего и незатейливого события, в этот момент автор обрушивает на бедного маленького титулярного советника непосильное горе... и читатель остро переживает его вместе с ним, переживает катарсис. Именно это и явилось тем фактором, который поставил "Шинель" в моём рейтинге на первое место.

Наверное, всё что я бы прочитал после "Шинели" было бы неуместным и непонятным. В "Петербургских повестях" таким произведением стали "Записки сумасшедшего" - на мой взгляд самая слабая повесть из всех, и, по моему, было бы гораздо лучше, если бы сборник оканчивался на повести "Шинель", а "Записки" бы шли после "Носа" немного понижая градус шаржевости и подготавливая к следующим, довольно серьёзным размышлениям.

После прочтения первых двух томов "Войны и мира" я еще доолго не могла брать в руки русскую классику. Утомилась, да. Но вот у меня наконец-то появилось рвение к классике, и пока оно не исчезло, надо пользоваться. :D
Тут у нас представлено 4 произведения Гоголя: "Невский проспект", "Нос", "Портрет" и "Шинель". Первые три читала впервые, а вот с "Шинелью" уже знакомилась в школе в 8 классе, вроде.
Теперь обо всем по порядку.
Первая повесть была, по-моему, самой легкой. В ней есть двое мужчин, которые встречают девушек и идет за ними. Что из этого выходит и что их ждет, узнаете, прочитав.
Вторая - "Нос" - была очень необычной. Да, именно тут я начала узнавать автора такого страшного и зловещего произведения "Вий". На такое способен лишь больной мозг. В этой повести чиновник Коваев просыпается с утра и обнаруживает, что носа-то у него больше не имеется. Мне было даже страшно немного.
Третья повесть повествует о загадочном портрете, купив который, вы можете кончить плохо.. Ожидала, что это чем-то будет похоже на "Портрет Дориана Грея", но нет. В корне другая история.
Ну а четвертая повесть, вроде, самая популярная. "Шинель" читали все и Акакия Акакиевича Башмачкина помнят все. Мелкий чиновник, который переписывает бумаги, не амбициозный совершенно. Любит однообразие и скучноватость. Вдруг его старая и горячо любимая шинель оказывается непригодной к использованию, и он вынужден покупать новую. Но где взять денег? Может, можно обойтись починкой старой? Конкретно тут мне очень понравилось, как Гоголь правдиво описал тогдашних русский чиновников. ( да Гоголь, вообще, практически в каждом произведении изобличает чиновников) Как трудно было простому человеку попасть к чиновнику высокого ранга по делам достаточно-таки важным. Вроде, в то время такие предложения и главы не печатались (вспомним о "Николаевском" режиме и жесткой цензуре, существовавшей практически постоянно в царской России) и я прямо ощутила счастье, что имею возможность читать правду.
Еще не могу не отметить основной прием Гоголя. Этот писатель берет определенный человеческий недостаток и просто доводит его до гротеска, и это я у него очень люблю.
В целом, Гоголь, несомненно, оказался куда легче для моего подросткового восприятия. Вдохновившись, даже планирую продолжить чтение школьного списка, хотя после "Войны и мира" желание напрочь отпало..

Решил выложить подстрочный комментарий к "Невскому проспекту" и вступления к другим повестям. Длинновато, но не взыщите, тут есть о чем поразмышлять.

Объединяющая идея Петербургских повестей – рассказчик как соавтор повествования. Рассказчик для каждой повести создается проекцией персонажа повествования со всеми его индивидуальными характерологическими и речевыми особенностями на автора, в целом нейтрального по отношению к происходящему. В качестве соавтора рассказчик своим языком пересказывает созданную автором фабулу, и тем самым определяет сюжетную линию. Кроме того, внося в повествование собственные субъективные оценки, рассказчик формирует контекст, который трансформирует авторский замысел. Субъективный контекст, созданный воображаемым соавтором может как дополнять и усиливать основную авторскую идею, так и вступать с ней в конфликт, гасить ее (Шинель). Рассказчик не становится тождественным герою повествования, но выступает как его дополнение, наследуя язык, психологический профиль, даже душевные болезни (Нос, Записки сумашедшего). Разумеется, рассказчика также нельзя отождествлять с автором. Меняя особенности речи, стиль и ритм повествования рассказчика автор может на небольшом материале создать проработанный портрет героя, избегая дидактики и прямых указаний читателю. Рассказчик как соавтор в повестях Гоголя – это художественный прием для воплощения авторского замысла, это продолжение идеи рассказчика-соавтора, впервые реализованной А.С.Пушкиным в романе «Евгений Онегин» и «Повестях Белкина». Повесть Рим (Отрывки) - ключ к трактовке всех повестей цикла и прямое указание автора на связь повестей и "Евгения Онегина".

Невский проспект
Повесть состоит из четырех частей: вступления, двух не связанных между собой сюжетов и заключения. Вступление и заключение составляют взаимоисключающую пару "теза - антитеза" и служат обрамлением для сюжетных историй.

Антитеза: «О, не верьте этому Невскому проспекту! Я всегда закутываюсь покрепче плащом своим, когда иду по нем, и стараюсь вовсе не глядеть на встречающиеся предметы. Все обман, все мечта, все не то, чем кажется… Он лжет во всякое время, этот Невский проспект…»

Антитеза: «Менее заглядывайте в окна магазинов: безделушки, в них выставленные, прекрасны, но пахнут страшным количеством ассигнаций.»

Антитеза: «Вы воображаете, что эти два толстяка, остановившиеся перед строящеюся церковью, судят об архитектуре ее? Совсем нет: они говорят о том, как странно сели две вороны одна против другой.»

Антитеза: «Но Боже вас сохрани заглядывать дамам под шляпки!».

Два не связанных между собой сюжета с разными персонажами принадлежат к разным литературным жанрам, заметно отличаются по стилю повествования и имеют разных рассказчиков. Сюжетная линия художника Пискарева – это трагедия увлеченного человека, гибнущего от наркомании. Повествование фрагментарно, по большей части состоит из описания сна и наркотических галлюцинаций персонажа. История знакомства Пискарева с молодой женщиной содержит большое количество ярких эпитетов, идеализирующих прекрасную незнакомку. Язык Пискарева передает переживания героя и сообщает его восторг, восхищение и трепет перед ней. Стиль повествования меняется по ходу действия вместе с Пискаревым. Длинные предложения становятся короче и теряют описательную силу. Опиум убивает Пискарева – его язык беднеет, утрачивает образность, делается сумбурным и спутанным ближе к финалу.

Взгляд художника на общий план. Пискарев в отдалении замечает игру света на пестром плаще.

При ближайшем рассмотрении он замечает огромное количество мельчайших подробностей во внешности незнакомки, которые немедленно формируют в его восприятии законченный художественный образ ошеломляющей красоты. Собственные воспоминания о детстве, о лучших минутах вдохновения гармонично соединились с его представлениями об этой женщине.

Шедевр Гоголя в одном предложении. Созданный собственной фантазией образ прекрасной незнакомки повергает Пискарева в состояние катарсиса, острейшего переживания, остановившего время, перевернувшего восприятие масштабов и перспективы, контуров и форм, движения и покоя. Интересно отметить, что в картине мира художника Пискарева практически отсутствуют цвета, уже нет пестрого плаща. Пискарев оглушен настолько, что не замечает красок.

Смена ритма и настроения в повествовании. Появляются подозрения, а вскоре за ними – жестокое прозрение.

Наивысшая точка повествования - предложение из двух слов коротко и безжалостно, после длинных и образных описаний оно звучит как выстрел. Пискарев понимает, что фантазии о прекрасной незнакомке завели его в притон. Бодрое и приподнятое вступление, перешедшее к рассказу о художнике могло бы в начале создать у читателя иллюзию романтически-возвышенного повествования о случайной встрече на Невском и дать надежду на ее счастливое завершение, но здесь повествование совершает полный разворот, радикально меняется его ритм, стиль и язык.

Сон Пискарева о незнакомке. Тема сна героя будет неоднократно встречаться в повестях. Отличие сна от галлюцинации и делирия заключается в реалистичном начале и постепенном аддитивном нагромождении разнообразных нелепостей, неловкостей и препятствий. Наиболее интенсивное и самое неприятное переживание всегда предшествует финалу или пробуждению. Такая особенность в изображении сна будет особенно важна в дальнейшем для повести «Коляска».

Фрагментарное и несколько отстраненное восприятие происходящего, уже ничего общего не имеющее с прежними переживаниями по поводу незнакомки. Появляется замешательство и некоторая тревога.

Перечислены элементы приснившегося, плохо связанные с действительной реальностью: «воздушные летящие газы, эфирные ленты и толстый контрабас, выглядывавший из-за перил великолепных хоров».

Растет дискомфорт.

Нагромождение препятствий.

К препятствиям присоединяется чувство неловкости от неподходящего костюма.

Появляется незнакомка, возвращается воздушная, цветная картинка, восторг и восхищение.

Очередное препятствие, на этот раз несколько комического свойства. Камергер – придворный высокого ранга, которому соответствует четвертый класс гражданского чина. Хохол на голове – признак принадлежности к национальному бандформированию на окраине государства. Камергер с завитым на голове хохлом мог явиться только во сне.

Ее опять уводят, снова возникают препятствия, растет беспокойство и нетерпение, тухнут краски.

Пробуждение с беспокойством и усталостью.

Мотив бегства от действительности в мир мечты и прекрасных фантазий.

Отрывочное, сумбурное описание незнакомки в фантазиях, состояние Пискарева уже нельзя считать нормальным, грань между сном и явью стирается.

Пискарев полностью опустошен, хотя тема опиума еще не появилась в повести.

По некоторым косвенным признакам можно предположить, что еще до встречи с незнакомкой на Невском Пискарев страдал от опиумной зависимости. Его лихорадочные мысли о том, где можно достать опиум типичны для хронического наркомана.

Опиумная галлюцинация, видение с незнакомкой. Важно отметить, что его восхищение ею лишилось глубины и интенсивности, это уже не катарсис и потрясение. Предложения становятся короткими, личного в них существенно меньше, достоинства красавицы перечисляются, но не переживаются с прежней силой. Нет ослепления ею, образ незнакомки мельчает и заметно блекнет.

Пискарев перестает заботится о себе, он теряет интерес к реальной жизни, употребление опиума становится ежедневным. Критическое отношение к происходящему отсутствует.

Одна из последних галлюцинаций. Райское наслаждение называется, но не описывается. Предложения короткие, эпитетов немного.

Описание внешности хронического наркомана на опиоидах.

Описание пунктиром и несколькими штрихами бедственного состояния и безумия Пискарева. Эпитеты: глупый, ужасный, растрепанный.

Самоубийство как закономерный финал сюжета.

Еще одно указание на хроническую наркоманию Пискарева. Ухлестывания Пирогова за женой Шиллера продолжались несколько недель, то есть, от встречи Пискарева с незнакомкой на Невском до его смерти прошло не так уж много времени, поскольку сюжет Пирогова тогда еще не подошел к своему финалу.

История поручика Пирогова – это фарс, анекдот в прежнем смысле, неглубокая комедия на внешних комических эффектах, изложенная легкомысленным языком персонажа-рассказчика, не склонного к переживаниям и рефлексии. Пирогов начинает преследования и ухаживания за женой жестянщика Шиллера. Муж и его дружки застают Пирогова врасплох и кастрируют его. Пирогов некоторое время переживает, но потом утешается тем, что ему теперь ничто не мешает хорошо танцевать. В этой истории нет внутренней динамики, язык персонажа-рассказчика не претерпевает изменений.

Поручик был поверхностный, довольно пустой человек.

Отличался самодовольством.

История Пирогова интересна как обратная по сюжетным ходам с историей художника Пискарева.

Пирогов – полная противоположность Пискареву.

Появляется тема повести «Нос», и, разумеется, иронически обыгрываются распространенные фамилии известных немецких писателей.

Ход мыслей Пирогова, который объясняет его мотивацию: «но с победою препятствий всегда соединяется наслаждение». У рассказчика-Пирогова довольно скудный язык с архаическими оборотами речи и инверсией, присутствует дидактика, прямые указания читателю.

Бывает женщина в положении, а тут поручик в положении. Кроме того, Гоголь выказывает юмор к «Северной пчеле».

В тексте присутствуют два авторских отступления, завершающих каждую из сюжетных линий.

Нос
«Нос» вводит тему психиатрии и симптомов душевной болезни как фактора, влияющего на стиль изложения соавтора-рассказчика. Описание симптомов болезни не следует рассматривать в качестве авторского замысла. Болезнь и связанные с нею девиации интересны только как часть личности рассказчика. Рассказчик, страдающий душевной болезнью оказывает сильное влияние на фабулу и создает яркий, окрашенный разнообразными эмоциями сюжет.
В качестве рассказчика в повести «Нос» выступает проекция майора Ковалева, страдающего довольно редким отклонением психики – диссоциативным расстройством с раздвоением личности. В этом состоянии человек начинает воспринимать происходящее с ним так, будто это происходит с кем-то посторонним. Форма изложения в повествовании– высокоорганизованный, логически связный делирий или бред, определяемый в психиатрии как расстройство мышления с возникновением болезненных представлений, рассуждений и выводов, в которых больной полностью и непоколебимо убеждён и которые не поддаются коррекции.

Шинель
"Шинель" - интересный пример того, как сильно контекст произведения влияет на трактовку его основной идеи. Представление о ничтожности Акакия Акакиевича создано исключительно средствами контекста, который направляет восприятие читателя в ложное русло - косвенными и субъективными оценками в повествовании, насмешливой интонацией рассказчика, презрительным отношением к Башмачкину других персонажей, наконец, нелепыми ситуациями, в которые попадает главный герой. Вместе с тем, основная идея о Башмачкине как мастере каллиграфии, выраженная в нескольких ключевых предложениях приглушенно и скрыто, не привлекает внимания и ее восприятие на фоне яркого, но ложного контекста требует от читателя значительных усилий.
Полностью комментарий к "Шинели" можно прочитать здесь:
https://samlib.ru/a/alekseewi_w/shinel2.shtml

Рим (Отрывки).
Повесть является отсылкой к "Евгению Онегину" и представляет собой провокацию от первого до последнего слова. Мишень провокации – невежественные литературоведы, лишенные слуха и невнимательные читатели. Фабула целиком и без каких-либо изменений взята из первых глав «Евгения Онегина». Молодой аристократ живет в одной из европейских столиц и проводит время в свое удовольствие. Такое занятие ему наскучивает и он начинает испытывать хандру. Тут приходит известие о смерти дяди и наследник отправляется принимать наследство. Герой производит некоторые реформы в управлении доставшемся ему имуществом. Одновременно ему встречается девушка с простонародным и незамысловатым именем Аннунциата, которая, по намекам автора, скоро станет одним из главных действующих лиц повествования.

Какой же Вы злой и веселый, Николай Васильевич…

любимый русский классик.Для меня читать Николая Васильевича огромное удовольствие, у него очень приятный,обволакивающий язык,иногда читая,мне казалось что я читал стихотворение,потому что присутствовала какая-то ритмика. Наверное одна из прекрасных особенностей Гоголя это как он описывает украинские просторы-сочно,ярко;но Петербург -мрачно,гениально мрачно.Ты ощущаешь суету,громадность,холод,ветер с 4 сторон.
В моём сборнике было 4 повести: «Невский портрет», «Нос», «Портрет» , «Шинель». Во всех повестях рассматривается проблема «маленького человека».

Наверное из всех повестей на меня наибольшее влияние произвела повесть «Шинель»,читая её я переживал Башмачкину.Он обычный гос.служащий и у него монотонная жизнь «маленького человека»,он подвергается издёвкам,но не обращает внимание и живёт в своём мире.И вот когда он обретает мечту и смысл жизни,её крадут.И тут не только у него разбивается сердце,но и у меня.
Во всех повестях есть то за что любят Гоголя -мистика,тут только в повести «Нос»,она забавная и милая.А вот в повестях «Невский проспект», «Шинель» и особенно «Портрет»-присутствует « Гоголевская чертовщина».

И тут наверное о повестях Гоголя никто так хорошо не скажет ,как В.Г. Белинский: «И возьмите почти все повести г. Гоголя: какой отличительный характер их? Что такое почти каждая из его повестей? Смешная комедия, которая начинается глупостями, продолжается глупостями и оканчивается слезами и которая, наконец, называется жизнию. И таковы все его повести: сначала смешно, потом грустно! И такова жизнь наша: сначала смешно, потом грустно! Сколько тут поэзии, сколько философии, сколько истины!..».