Геральт

— Куда мы идем? — угрюмо спросила Цири. — Я желаю знать!
Геральт молчал.
— Отвечай, когда тебя спрашивают! — проговорила она грозно, подтвердив приказ громким хлюпаньем забитого вконец носа. — Ты знаешь, кто… кто на тебе сидит?
Он не отреагировал.
— Отвечай, не то укушу за ухо! — крикнула она.
Ведьмаку это надоело. Он стащил девчонку с закорков и поставил на землю.
— Слушай, ты, сопливка, — сказал он резко, расстегивая пряжку ремня. — Сейчас я положу тебя на колено, стяну трусики и всыплю по попке ремнем. Никто меня не удержит, потому что здесь не королевский двор, а я тебе не придворный и не слуга. Сразу пожалеешь, что не осталась в Настроге. Поймешь, что лучше быть княжной, нежели потерявшейся в лесу соплячкой. Потому что княжна — ты права — может вести себя несносно. И даже тогда княжну никто не посмеет отстегать по попке ремнем, разве что князь. Лично.
Цири скорчилась и несколько раз шмыгнула носом. Браэнн, опершись о дерево, равнодушно глядела на них.
— Ну как? — спросил ведьмак, накручивая ремень на руку. — Будешь вести себя прилично и достойно? Если нет, приступаем к порке ее королевского высочества. Ну? Да или нет?
Девочка захлюпала и зашмыгала носом, потом поспешно кивнула несколько раз.
— Будешь себя вести прилично, княжна?
— Буду, — буркнула она.
— Скоро стемнеет, — проговорила дриада. — Пошли, Гвинблейдд.
Лес поредел. Они шли через песчанистые молодняки, через вересковые заросли, через затянутые мглой луга, на которых паслись стада оленей. Становилось все холодней.
— Благородный господин… — проговорила Цири после очень долгого молчания.
— Меня зовут Геральт. В чем дело?
— Я ужасненько хочу есть.
— Сейчас остановимся. Скоро стемнеет.
— Я не выдержу, — захныкала она. — Я не ела с…
— Не канючь. — Он полез в мешок, вытащил кусок солонины, небольшой кружок сыра и два яблока. — Получай.
— Что это такое, то, желтое?
— Солонина.
— Я это есть не стану, — буркнула она.
— Ну и прекрасно, — сказал он невнятно, засовывая солонину в рот. — Съешь сыр. И яблоко. Одно.
— Почему одно?
— Не крутись. Съешь оба.
— Геральт?
— Э?
— Благодарю.

"Вода Брокилона, даже самая подлинная, не могла повлиять на него, против содержащихся в ней токсинов, галлюциногенных танинов он был полностью иммунизирован. Но ведь это не могла быть Вода Брокилона, Цири пила ее, и с ней ничего не случилось. Он взял кубок обеими руками, глянул в серебряные глаза дриады. Земля моментально ушла у него из-под ног и обрушилась ему на спину. Гигантский дуб закружился и задрожал. С трудом водя кругом немеющими руками, он открыл глаза, и это было так, словно он поднимал мраморную плиту саркофага".

— Я скажу тебе, ведьмак, что сделаю, — засмеялся он звучным и серебристым смехом Лютика. — Я пойду, сольюсь с толпой и потихоньку изменюсь в кого угодно, хоть бы в бродягу. Потому что уж лучше быть бродягой в Новиграде, чем допплером в пустыне. Новиград мне кое-чем обязан, Геральт. Возникновение города нарушило среду, в которой мы могли бы жить, жить в наших естественных телах. Нас уничтожали, охотясь словно на бешеных псов. Я — один из немногих выживших. Я хочу жить и выживу. Раньше, когда за мной в холода охотились волки, я превращался в одного из них и бегал вместе со стаей по нескольку недель. И выжил. Сейчас я тоже так поступлю, потому что не хочу больше шнырять по урочищам и зимовать в буреломах, не хочу быть вечно голодным, не хочу бесконечно быть мишенью для стрел. Здесь, в Новиграде, тепло, есть еда, можно заработать, и тут очень редко стреляют друг в друга из луков. Новиград — это стая волков. Я присоединюсь к ней и выживу. Понимаешь?
Геральт медленно кивнул.
— Вы предоставили, — продолжал допплер, кривя губы в наглой лютиковской улыбке, — скромную возможность ассимилироваться краснолюдам, низушкам, гномам, даже эльфам. А чем я хуже? Почему мне отказывают? Что надо сделать, чтобы получить возможность жить в этом городе? Превратиться в эльфку с глазами серны, шелковистыми волосами и длинными ногами? А? Но чем эльфка лучше меня? Тем, что при виде эльфки вы сучите лапками, а при виде меня вас тянет блевать? Подавитесь вы такими аргументами. Я все равно выживу. Знаю как. Будучи волком, я бегал, выл и грызся с другими за самку. Как житель Новиграда я буду торговать, плести ивовые корзины, попрошайничать или воровать, как один из вас, стану делать то, что обычно делает каждый из вас. Кто знает, может, даже женюсь.