Геральт

как обычно, дружины королей поперебивают половину друг друга, а потом короли договорятся, подпишут мир, и оба надерутся по сему случаю. для тех, кто сейчас ломает ребра на пристани, в принципе ничего не изменится.

о да, Йен была права. недостаточно быть друг другу предназначенными. надобно нечто большее…

— Геральт… — он вдруг почувствовал, как что–то разрывается внутри. — это имя мне дал Весемир. Геральт из Ривии! я даже научился подражать ривскому акценту. вероятно, из внутренней потребности иметь родную сторону. пусть даже выдуманную. Весемир… дал мне имя.

— черт возьми, разве только Испытание Травами рискованно? разве только будущие ведьмаки рискуют? жизнь полна риска: в жизни тоже идет отбор, Геральт.

— игра с чьим–то несчастьем, несправедливостью. зачем, скажи мне, заставлять родителей или опекунов давать такие трудные и тяжелые клятвы? зачем отбирают детей? ведь кругом полно таких, отбирать которых нет нужды. по дорогам шастают ватаги бездомных и сирот. в любой деревне можно чуть не даром купить ребенка, в голодную пору любой кмет охотно продаст, что ему, он тут же заделает другого.

все — игра! игра со случаем, забавы с судьбой! но это чертовски опасная игра, Геральт.

– но няня говорила… говорила, что я предназначена. что я – Неожиданность. Дитя-Неожиданность. Геральт?
– Цири. – он поглядел на нее, вертя головой и улыбаясь. – поверь, ты самая большая неожиданность, какая могла со мной приключиться.

– уважаем… благородная госпожа, – проговорила Цири ломающимся голосом. – не задерживай меня здесь.
я не могу… я хочу… домой. я хочу вернуться домой с Геральтом. я должна… с ним…
– почему с ним?
– потому что он… он – мое Предназначение.

однако мир меняется. что-то кончается. хочешь ты того или нет, но человек овладевает миром. выдерживают те, кто сживается с людьми.

– иди, – наконец сказала Эитнэ. – иди, дитя. не бойся. ты уже не можешь изменить своего Предназначения. ты – в Брокилоне.

– смеешься?
– ага.
– тогда знаешь что? не люблю тебя.
– это ужасно, Цири. ты поразила меня в самое сердце.
– знаю, – поддакнула она серьезно, потянув носом, а потом крепко прижалась к нему.
– спи спокойно, Цири, – проворчал он, вдыхая ее милый воробьиный аромат. – спи спокойно, девочка. спокойной ночи, Браэнн.
– dearme, Gwynbleidd.
Брокилон шумел над их головами миллиардами ветвей и сотнями миллиардов листьев.

мир так велик и так прекрасен.

Ты, словно одичавший кот, в которого все кидают камни, мурлычешь, радуясь тому, что нашёлся кто-то, кто не брезгует тебя приласкать.

Пиво швиденько залагодило суперечку, остудило горлянки й заспокоїло темпераменти.

- Что будем делать, Йен?

• Фланировать.

Геральт удивлялся и изумлялся, хоть и дал себе слово ничему не удивляться и не изумляться.

– Насилие порождает насилие. Ненависть поселилась в сердцах… и отравила кровь побратима…
– Чего-чего? – скривился Ольсен. – Балакайте по-людски…
– Тяжкие времена настали.