Сказки братьев Гримм

Сказки братьев Гримм стали для меня открытием. Ну, во всяком случае, в этом издании, неадаптированном для деток. Да, не зря в детстве, когда я слушала ненавистные сказки (да-да, в детстве я ненавидела их, сейчас отношусь куда спокойнее) мне чудился какой-то подвох. О, подвохов предостаточно! Оказалось, из сказок ради блага детской психики вырезали все самое-самое интересное – жестокости, кровушку, казни и сношения со спящими и не только красавицами. Шок? А то. Но тут стоит заметить, что речь о фольклоре все-таки, а не произведениях целенаправленно для младших, да и, если говорить о чтении сего детишками, времена другие были. В общем, все эти элементы, разумно убранные цензурой детской редакции, меня удивили в меньшей степени. Если подумать, не так уж сказки и жестоки, как их многие воспевают. Есть, конечно, моменты, но ничего из ряда вон. Меня больше удивило другое.

Во-первых, смысл некоторых сказок. Я очень горжусь тем, что при желании могу выплести смысл из чего угодно, да еще в нескольких сразу направлениях, но тут я частенько просто открывала и закрывала рот, аки рыба, выброшенная на берег. Смысл настойчиво от меня ускользал и таки ускользнул. Больше всего в этом плане меня поразила, даже нет, попросту убила сказка «О смерти курочки», название которой уже говорит о замечательной направленности этого великого произведения. Простите за спойлер, но конец сказки, замечательно обозначающий ее суть, звучит вот как: «Так все они и покончили с жизнью». Очень рекомендую прочитать. С удовольствием выслушаю любые мысли по этому поводу. Помнится, кто-то пытался растолковать мне суть и ценность истории, но неудачно. И это, в общем, не единственный случай.

Во-вторых, после прочтения этого тома мне стало ясно, что редко какого сюжета нет у братьев Гримм. Здесь самым большим потрясением стала любимая всеми «Сказка о рыбаке и рыбке» Пушкина, основа которой оказалась взята сами понимаете, откуда. Только у Гримм не золотая рыбка, а принц-камбала, что куда более оригинально и, сказать по правде, выносит мозг капитально этой оригинальностью. Разочарование в родной державе у меня было сильнее только тогда, когда я читала басни Эзопа и поняла, откуда Крылов ветер поймал. Нет, я понимаю, что все это, так сказать, общемировой фольклор, и те или иные мотивы повсюду есть, ан нет, все равно обидно.

И снова вернусь к адаптации. Я всегда за оригинал без всяких правок. Но тут повторяется ситуация с детской Библией. С одной стороны, давать сказки в голом виде ребенку – и в самом деле не щадить его психику. С другой – адаптированные варианты кажутся мне откровенно жалкими и лишают детишек сознания вещей, от которых все равно никуда не деться, так что паника среди взрослого населения мне в данном случае не совсем понятна. К месту, был у меня случай – я работала в детском отделе книжного, и как-то раз прибежала женщина в возрасте, уже бабушка, и стала дуром орать на весь магазин, что-де засудит, да как такое вообще продавать можно, да детей портите!.. Оказалось, купила внученьке сказку о Красной Шапочке, а там написано, что она бабуле несла хлеб и – вот что и возмутило – вино. Какой ужас, бабушка была пьющей, у ребенка, судя по ее ору, теперь травма. Ну не идиотизм ли? Так перебарщивать, понятно тоже нельзя. Поэтому наилучшим мне кажется вариант такой – брать книгу с неадаптированными сказками, выбирать произведения помягче и спокойно читать, объясняя те или иные места, послужит, кстати, ребенку хорошим историческим образованием. Ну а тем, кого миновала подобная программа – читать сейчас и удивляться, насколько заботливые авторы смягчили вам в свое время реальность, выбрав лишь некоторые истории (и не предоставив вам возможности почитать о смерти курочки) и переписав их. Может, оно и к лучшему... Но тем страшнее будут откровения в зрелом возрасте!

Веретено здесь работает как точка выключения системы. Не как предмет быта, а как странный переключатель, после которого жизнь перестаёт быть процессом и становится состоянием ожидания. Дальше сказка не ускоряется и не развивается - она просто фиксируется. Как будто кто-то поставил паузу на человеческом времени и забыл, где кнопка "продолжить". Причём сама причина остановки выглядит почти нелепо по масштабу. Один укол - и целая жизнь уходит в режим сна. В этом есть что-то очень жёсткое: не катастрофа, не выбор, а случайный контакт с предметом, который оказывается сильнее всей системы безопасности вокруг. Странность в том, что никто особенно не пытается переосмыслить происходящее. Мир принимает этот сон как норму. Просто появляется длительный период тишины, который официально считается жизнью. Принц в этой истории тоже не спасатель и не инициатор. Он скорее тот, кто совпадает по времени с окончанием паузы. Как будто сюжет сам решает, что пора продолжаться, и использует его как формальный повод. И становится видно, что "пробуждение" здесь не акт любви и не победа, а просто восстановление движения после очень долгого зависания. И вся сказка начинает выглядеть не как романтическая история, а как странная модель мира, где ключевые события происходят не из-за действий, а из-за сбоя и его автоматического завершения. И чем дольше на это смотришь, тем меньше это похоже на сказку про принцессу. И тем больше - на систему, которая случайно научилась жить дальше после остановки. Всем спасибо!)

С некоторыми людьми ничего не случилось. Но они уже успели расстроиться. До беды оставалось примерно... нисколько. Она ещё не началась. Будущее обладает удивительным свойством. Его ещё нет, а нервы уже закончились. Самые страшные события иногда существуют только в воображении. Но плачут по ним совершенно по-настоящему. И вот уже сказка братьев Гримм "Умная Эльза" с каждым новым прочтением становится всё менее смешной. Мы привыкли смеяться над её нелепыми выводами. Над тем, как она успела прожить целую трагедию, которой ещё не произошло. Но разве мы сами поступаем иначе? Сколько раз человек мысленно проживает будущую катастрофу ещё до того, как жизнь успела задать первый вопрос. Не состоялся разговор, а мы уже проиграли его десять раз. Не пришёл ответ, а мы уже знаем, что всё кончено. Не поставлен диагноз, а воображение уже написало историю до последней страницы. Страх обладает странной способностью. Он почти никогда не ждёт фактов. Он прекрасно чувствует себя среди предположений. Именно поэтому "Умная Эльза" пережила несколько столетий.) Потому что речь в ней совсем не об Эльзе. Она о человеческом воображении, которое иногда оказывается страшнее самой реальности. Всем спасибо.)