— ... Однажды я была на пикнике на кладбище.
— Серьезно? В честь чего?
— Ну, моя мама умерла, когда мне было десять, и я боялась навещать ее могилу. Правда, боялась до ужаса. Два года отказывалась туда ходить. Мне была ненавистна мысль, что она лежит там, под землей. Как-то раз... мальчик, с которым я дружила, приготовил для нас ланч и отвел меня на кладбище. Я очень рассердилась, когда поняла, куда мы идем, но он сказал, мне нужно радоваться, что моя мама находится тут — по его словам, в самом красивом и тихом месте города. Он был очень чуток и терпелив. Мы сидели рядом с маминым памятником и ели, слушали радио, которое он принес. Ему удалось рассмешить меня в два счета. Мы пробыли там довольно долго, даже после того, как пошел дождь. Теперь это одно из моих любимых мест. Благодаря ему.

Прелюдия? Я повторяла это слово снова и снова про себя, пытаясь понять, о чем она говорит, пока до меня не дошло.

• Ты считаешь, что его отношение ко мне – это прелюдия? – я практически закричала. – Да, это была прелюдия, когда в девятом классе Джаред рассказал всей школе, что у меня якобы синдром усиленной перистальтики кишечника, после чего меня провожали пукающими звуками в коридорах, - язвительный тон не мог скрыть моей ярости. Как она могла назвать его выходки прелюдией? – И да, было очень эротично, когда он заказал для меня доставку мази от молочницы прямо в разгар урока математики. Но особенно меня покорило другое. Я была практически готова отдаться ему на месте, когда он приклеил на мой шкафчик листовку про способы лечения остроконечной кондиломы. Очень сомнительно, чтобы у человека, не занимающегося сексом, появилось венерическое заболевание!