Тени тевтонов

Хорошо, что он, Эрих Кох, в своё время оставил во многих своих бункерах запасы коньяка. «Курвуазье» и спасал от безделья.

Вдоль берега Балтики в зыбкие дюны вросли морские батареи; их бетонные укрепления казались чудовищными раковыми опухолями – не вылечить и не вырезать, только выжечь, но во все стороны расползаются метастазы боевых ходов.

Обглоданная луна освещала пустынные пространства, полого укатывающиеся к созвездию Водолея.

Зaчем мне крaсть твoю душу? Труc мне её cам принеcёт. Cлабый духом мимo адa не проскoчит.

Так устроена природа человека: всегда приятно видеть, как попирается чужая гордыня.

Немцы не алчные, но упорные даже в малой корысти и от своих правил не отступают.

Но дьявол, желая погубить  человека, становится упрямым, как немец.

В обширном полуразрушенном подземелье трупов было не меньше, чем на этажах, и застойное зловоние загустело здесь, как мазут.

– Хорошо, я приняла к сведению. Покопаю их биографии поглубже.
Клиховский понял, что глубокое дознание непременно выведет русскую дефензиву на фальшивую личность Бадштубера.