Между нами горы

Он рассказал ей, как в детстве летними вечерами его мать пекла пироги и он, где бы ни находился, мгновенно возвращался домой, словно сахарная пудра долетала до него путеводным облачком, подобно пыльце на крыльях ветра. Он её чувствовал, утверждал он. Он её видел.

Временами её выводило из себя, что она никогда не обнаружила бы в себе этот талант самостоятельно и что её истинное предназначение открыл для неё другой человек. Ей приходилось снова и снова напоминать себе: не важно, каким образом она пришла к этому, важно то, на что она употребила свой дар, та любовь, которую он порождал.

Джулия рассмеялась. Это был потрясающий смех, Эмили словно в круг солнечного света ступила. И её появление на крыльце с тортом вдруг показалось девочке очень подходящим к характеру Джулии. Она сама была как торт, воздушная, симпатичная и украшенная снаружи своим заразительным смехом и этой розовой прядью за ухом, но о том, что скрывалось за всем этим, оставалось только гадать. Эмили подозревала, что там вполне могло таиться что-нибудь тёмное.

И собственное-то прошлое искупать нелегко, что уж говорить о чужом.

Два могучих дуба перед домом походили на всполошившихся придворных дам, застывших в реверансе, их накрахмаленные зелёные платья-кроны покачивались на ветру.

Люди  - не просто суммы артериального давления и пульса, поделенные на индекс массы тела.

Мы стали ждать, стараясь не смотреть в ту сторону, чтобы наша затея не лишилась смысла. Если много раз повторить одно и то же слово, то останется только звук, утративший смысл. Вот и здесь было то же самое.

Когда тебя не объединяет с друзьями общее детство, это всегда риск. Отношения с чистого листа — штука шаткая и малопредсказуемая. Ничто не скрепляет отношения так, как общее прошлое, хорошо это или плохо.