Книга непокоя

Какая трагедия не верить в возможность совершенствования человека!

— И какая трагедия в нее верить!

То, что я уже прочитал «Записки Пиквикского Клуба», — одна из великих трагедий моей жизни (я не могу снова прочитать их, как в первый раз).

Нуждаться в том, чтобы господствовать над другими, значит нуждаться в других. Начальник — зависим.

Я размером с то, что вижу,
а не того размера, что мой рост.

Мне, когда я вижу мертвеца, смерть кажется уходом. Труп производит на меня впечатление оставленного костюма. Кто-то ушел, и ему не понадобился тот единственный костюм, который он надевал.

Я пишу с грустью в моей спокойной комнате, в одиночестве, в котором я всегда пребываю, в одиночестве, в котором я останусь навсегда. И я думаю, не воплощает ли мой голос, кажущийся таким ничтожным, сущность тысяч голосов, жадное желание тысяч жизней высказаться, терпение миллионов душ, подобных моей, подчиненных обыденной судьбе, бесполезной мечте, надежде, не оставляющей следов.

Всякая душа, достойная самой себя, желает проживать жизнь на пределе

«Я трепещу, когда хорошо говорят».

«Когда искусство перестало восприниматься как созидание и стало считаться выражением чувств, каждый получил возможность стать художником, потому что чувства есть у всех».

«Я не пессимист, я просто грущу».

«У всех, как и у меня, есть восторженное и грустное сердце».