Лягушки

Нобелевская премия по литературе это вам не хухры-мухры. Если автор ее получил, то как минимум хочу знать кто он и о чем писал, ну и как максимум, попробовать прочитать. Ведь спорить о вкусе ананасов нужно с теми, кто их ел.

Произведение весьма своеобразное, читать его запойно не получится. Сложно погрузиться в атмосферу другой страны, особенно такой, как Китай 1960-х.

Книга оригинальна по структуре. Большая часть глав написана в форме писем, которые драматург Кэдоу пишет пожилому японскому писателю Сугитани. В этих письмах он рассказывает историю своей тетушки, которую он решил превратить в пьесу. Последняя глава этой книги и есть та самая пьеса, о которой шла речь. Таким образом, у нас роман в письмах и роман-пьеса в одном лице.

Сама история повествует о Китае и начинается взрывом рождаемости 1960х. Тетушка Кэдоу работает акушеркой и практически каждый ребенок принят ее руками. Рекордное число новорожденных приводит к тому, что Коммунистическая партия проводит политику ограничения рождаемости. И руки тетушки обагряются кровью убитых младенцев.

Аборты, преследование беременных, неприятная и сложная тема, которую поднимает автор. Делает он это по-своему, сочетая реализм с множеством метафор и аллюзий.

Мо Янь поднимает болезненную для Китая тему и рассуждает о человечности в людях, о том, как стремительно меняется страна. Как идеалы отходят на второй план, как честь, родина, семья становятся пустыми словами, как деньги меняют людей.

Сложная книга, которую не берусь советовать всем, но совершенно не жалею, что прочитала.

Книга нобелевского лауреата Мо Яня "Лягушки" затрагивает несколько не самых простых тем.
На фоне исторических событий в Китае рассказчик повествует о том, как происходило планирование рождаемости в этой стране.
До этого я по этой теме слышала только то, что те, кто родил больше "плана", просто не мог зарегистрировать ребёнка официально, чтобы не платить штраф. Но не всё так радужно было. Обязательные операции для мужчин, как и контрацепция женщин, аборты на больших строках, тайные "умельцы", освобождающие женщин от контрацепции... Весь этот кошмар описывает главный герой, который меня всю книгу поражает. Какой-то инфантильный субъект.
Вторая тема книги - тайное суррогатное материнство.
Роман написан в виде писем главного героя некоему "сенсею". В каждом письме гг упоминает некую пьесу, которую он сначала собирается писать, потом долго пишет. В конце эта пьеса, наконец-то, появляется. В ней больше освещена вторая тема - сумасшествие суррогатной матери, пытающейся вернуть ребёнка.
На самом деле, в романе "писатель" не главный герой, главная героиня - его тётушка-акушерка. Но о ней не буду, дабы не заспойлерить окончательно книгу.

Китайская история сквозь призму рождения и смерти, материнства, акушерства и борьбы с перенаселением. Второй раз — после ранее прочитанного романа «Красный гаолян» — китайский писатель и нобелевский лауреат Мо Янь удивляет и опустошает меня. Здесь всё тот же его родной край — дунбэйский Гаоми, малая родина писателя. Всё те же бесконечные семейные узы и связи (я так до конца и не разобрался в этом обилии китайских имён и прозвищ, в данном романе, например, они касаются внешности — Большой Нос, Квадратное Лицо, Плосколобый...). Китай времён перемен и воплощения решений партии по ограничению роста рождаемости (реализация правила «одна семья — один ребёнок»). И бесконечно трагичная история семьи Вань, которая начинается с почти мифической саги о прадеде, легендарном враче, создавшем подземный госпиталь во времена антияпонского сопротивления...
⠀
«Лягушки», Мо Янь, Эксмо, 2020. Роман состоит из пяти частей, четыре из которых непосредственно отражают попытку уже немолодого рассказчика передать своему литературному учителю (он назван "сенсей Сугитани“) историю о своей известной на весь край тётке, всю жизнь проработавшей акушером-гинекологом. Рассказчик вдохновлён предложением сенсея написать произведение об этой Вань Синь, и начинает посылать ему письма, готовясь в итоге набрать достаточно материала и написать пьесу (эта пьеса и есть пятая часть книги).
⠀

⠀

⠀
История охватывает пятьдесят лет и начинается с детства Сяо Пао (прозвище рассказчика в детстве), продолжается в юности, когда Вань Цзу служит военным и женится, и заканчивается 2000-ми годами, когда рассказчик берёт себе псевдоним Кэдоу (Головастик), становится драматургом. Мы наблюдаем жизнь маленького китайского уезда, селения на берегу реки.
⠀
Традиции и порядок, хранимый веками, нарушается с приходом власти Мао. Государство вмешивается не только во внешние правила и систему управления, но и в личную жизнь граждан коммунистического Китая.
Молодая акушерка смещает власть местных повивальных бабок, её влияние растёт, но когда партия стремится ограничить рождаемость, тётка Вань Синь превращается из спасительницы чуть ли не в руководителя карающего отряда. Мужчинам, где уже есть два ребёнка, делают вазэктомию, а если женщина беременна третьим ребёнком, её принуждают к аборту. В дальнейшем, если ты хочешь продвигаться по службе и иметь успех, тебе нельзя иметь более одного ребёнка (только в сельской местности и людям при определенных законом условиях разрешено рожать второго). Так складывается, что трагедия приходит в семью самих Вань, когда жена рассказчика тайно снимает противозачаточное кольцо, чтоб забеременеть от мужа и родить ему мальчика, наследника.
⠀

⠀
Мо Янь в этом романе раскрывает глубокую трагедию человека долга, который служит другим, но должен убивать во имя общего блага. Символ лягушки, проходящий через весь роман (первое упоминание — это литературный журнал «Вамин», дословно "лягушачье кваканье"), — это символ миллионов и миллиардов головастиков, которые должны родиться, но не всем дано стать лягушкой, придти в этот мир. Лягушачье кваканье одновременно напоминает первые крики младенцев. Эти лягушки преследуют уже старую акушерку в страшных снах, и даже почти театральное представление с рождением наследника у 55-летнего племянника вряд ли может успокоить и загладить те тысячи нерождённых, убитых младенцев...
⠀
За годы ограничений рождаемости (с 50-х годов ХХ в. до 2000-х) сколько было трагедий, погибших детей (и матерей, если беременность прерывалась на поздних сроках), сколько родилось детей "незаконно", вне государственного учёта... Последние две части романа передают жизнь в современном Китае, где строят высокотехнологичные перинатальные центры, где можно на стороне иметь "мамку", если жена не может родить, где расцветает бизнес искусственно оплодотворения...
⠀
Пьеса, которой завершается роман, — так гротескно и символически автор подводит некий итог, когда рождение и детство становятся высшими ценностями, а кто не имеет детей, всеми силами стремится получить ребёнка, где глиняные куклы словно возрождают неродившихся детей. Но и тут праздник рождения омрачён потерей и драмой молодой девушки, облик которой обезображен из-за пожара на заводе, которая хочет спасти отца и из-за этого соглашается стать суррогатной матерью...
⠀
Мо Янь создал метафоричный и глубокий многогранный роман, который трогает до глубин души и взывает к лучшему, что в нас есть.

Довольно тяжелая история, основанная на событиях, происходящих в Китае, во времена, когда политика страны приняла новый закон по рождаемости.
Чтобы ее регулировать, власти ввели штрафы, обязали женщин ставить спирали после рождения первого ребенка, а мужчин делать вазэктомию. Делали принудительные аборты, причем срок беременности не играл роли, это могло происходить и на 7 месяце, что зачастую вело к смертям самих женщин.
Так как это мужской мир, мальчики были в почёте, а девочки считались лишним ртом, от которого пытались избавиться даже после рождения, вставляя иглы в родничок, ведь иначе нельзя было попытать удачу снова в надежде на рождение ребенка мужского пола.
Читать такое тяжело и омерзительно. Мерзко от того, что это часть истории и мы живем в мире, где подобные зверства считаются нормой. Но даже не смотря на это Мо Яню удается внести нотку комичности, животрепещуще описать чувства людей,  поделиться культурой своей страны.

Роман китайского писателя Мо Янь «Лягушки» очень своеобразен, необычен, отчасти скучен, не цепляет с первых, вторых, даже с середины книги, страниц. Иногда врываешься вроде бы, но снова тормозит процесс: либо очень похожие имена - у меня хорошая память, но эти Вань Мэнь, Вань Гань, Сунь Хунь, Сунь Мунь…хоть памятку делай на бумажке и читай с подсказкой, либо вдруг «проседание» по сюжету – становится откровенно скучно и неинтересно. Безусловно, было за что зацепиться, чтобы дойти до логического финала.

Например, этот уникальный китайский фольклор, эти присказки-прибаутки, пословицы: «Человек, скотина – одна малина» или «Тем, кого любишь, надо пользоваться экономно!» - про супружеский долг, тонко подмеченные житейские моменты: «известное дело – чем человек богаче, тем он суевернее, уровень богатства и уровень суеверия прямо пропорциональны. Знаю, что они больше бедных верят в судьбу, больше дорожат жизнью. Бедный машет на всё рукой, мол, разбился кувшин, так он и был треснутый, а богатый держит своё богатство обеими руками, как драгоценный бело-синий фарфор». А еще интересно показалось то, что родить девочку – расстройство для семьи, все хотят мальчика. Главная героиня – о ком ведется повествование – тётушка, лучшая акушерка в городе приняла роды у коровы, и отец с радостью выкрикнул: «Вот и славно, тёлочка!», на что тётушка в сердцах воскликнула «Как женщина родит девочку, мужчины пригорюниваются; а как корова принесет тёлочку – улыбаются во весь рот!», отец её пробует объяснить «Так тёлочка вырастет, может телят наплодить!», а тётушка в недоумении «А у людей что? Маленькая девочка вырастет, разве не сможет тоже детей нарожать?» и тут финалочка от сексистского представителя – «Это другое дело!» Вот так и живут люди на разных порой континентах, странах, вроде бы и многое отличается, но это необъяснимое желание продлить род Таракановых-Жопиных и Бляхманов – мне не ясен, когда были цари и короли, желающие продления своих династий – понятно, но в простой семье… 

Занимательные отголоски прошлого – советского союза, что в тесном взаимодействии были и тогда, но какие разные культуры, диву даёшься, вроде бы и там коммунизм и тут, но различные его трактования и применения внутри каждой из стран. Социальная бедность в Китае, подтверждается во многих сюжетных моментах, например, упоминание о наручных часах, что вдруг обнаружили на руке у тётушки и это было предметом необыкновенной гордости членов её семьи и восторга у лицезреющих – они видели такие лишь однажды – в школе у учителя русского языка из советского союза, что позволяет мне сделать вывод о том, что в СССР жили, по всей видимости, более обеспеченно и зажиточно. А эта моментально в голове у меня проиллюстрированная картина богатого советского лётчика: «в куртке на меху, высоких сапогах на меху, с золотыми зубными коронками, золотыми наручными часами, который ест сосиски с хлебом и пьёт пиво!» Карикатурно, забавно, но именно эти зарисовки меня трогали и подталкивали к тому, чтобы продолжить чтение.

Поражает степень вовлеченности старших членов семьи младшим её участникам. Расстроила и возмутила ситуация с письмами, что Ван Гань писал Львёнку, тётушка совершенно спокойно говорит о том, что договорилась с начальником почты и эти письма не доходили до адресата и тут, снова  какой-то сюрреализм, подмена понятий, племянник недоумевая спрашивает тётушки о том, как она могла так поступить, ведь он оказал ей услугу – изобличил родную сестру во имя великой цели, на что получил вроде бы логичный довод «за такого замуж не выходят и не может женщина опереться на того, кто доносит на сестру!». В таком духе противоречия и читала я этот роман.

Жесточайшая политика партии во времена перенаселения в стране «Один ребёнок в одной семье» - преследование-гонение на женщин, принудительные аборты, совершеннейшее отсутствие гуманистических начал, на благо неопределенных, размытых понятий и смыслов. Абсурд, дикость, страх. 

Для общего понимания того, что происходило в Китае еще совсем недавно – это прекрасный роман, он очень честный, откровенный, пугающий своими подробностями, ведь даже, если взять в расчёт то, что эта история от начала и до конца – выдумка, то суть, кусочки – ситуации, не придуманы, это скомпилированная вещь, выстроенная в единую, художественным вымыслом объединённую историю, имеющую под собой, совершенно реальные события и это страшно:беззащитность перед властью, отсутствие свобод, отсутствие возможности жить ту жизнь, которую хочется жить.

Книга рассказывает об эпохе, когда начали вводить политику "одна семья - один ребенок" в Китае.

У меня остались странные впечатления от прочитанного. Вроде бы мне понравилась задумка и я узнала любопытные факты о культуре страны, но манера подачи истории мне не понравилась.

Также были сложности с китайскими именами. Часто я не понимала о ком говорится, пока автор это не уточнял.

Самой яркой героиней в этой книге была тетушка безхребетного героя-рассказчика, она своей харизмой и двигала сюжет.

А главный минус этой книги - это ужасная пьеса в конце.

"Если бы каждый смог трезво оценить историю, задуматься о самом себе, человечество могло бы избежать многих глупостей"

В прошлое путешествие по Китаю я читала "Страну вина" про то, как поедали младенцев. В это путешествиея выбрала историю про то, как младенцам прихожилось появляться на свет.

Хочется отметить, что книги Мо Яня затрагивают важные темы, такие как жизнь, смерть, традиции и изменения в китайском обществе. Автор создает мир, в котором реальность переплетается с мифом, а личные истории становятся отражением более широких социальных и исторических процессов.

Сюжет книги сосредоточен вокруг жизни врача-гинеколога Гуо Сяо, которая сталкивается с последствиями политики контроля рождаемости в Китае. Через ее историю Мо Янь исследует сложные отношения между личной судьбой и государственными мерами, заставляя читателя задуматься о морали этих решений.

Стиль написания автора отличается яркими образами и метафорами, которые делают текст живым и запоминающимся. Лягушки, как символы, пронизывают всю историю, олицетворяя как жизнь, так и смерть, а также изменения в обществе.

Персонажи книги многогранны и реалистичны. Каждый из них несет свою историю, свои страдания и надежды, что позволяет глубже понять не только личные драмы героев, но и оценить культурные контексты.

«Лягушки» — это не просто история о конкретных людях; это произведение, которое заставляет задуматься о том, как исторические события формируют судьбы линостей и целых поколений в определенных политически реалиях.

Книга оставляет после себя сильное впечатление. Это произведение, которое сочетает в себе глубокую философию с яркими человеческими историями.

Прочитала предыдущие отзывы и могу сказать, что мне книга понравилась именно за то, за что не понравилась многим другим. Ну что ж... дело вкуса. Роман в стиле соцреализма, раньше их называли производственный роман, и мне, как человеку с советским прошлым близка и понятна такого рода проза. Китай 2 половины 20 века - такое соц государство, как мы были когда то и очень многие понятия нам до боли знакомы - революция, репрессии, голод, трудодни, наказ партии, коммунисты/капиталисты... и вместе с тем, роман позволяет погрузится в мир Китая и открыть для себя его самобытность. Китайская проза отличается пусть не таким глубоким психологизмом, который возможно ждут почитатели русской классической литературыЮ, зато он легко читается и пронизан сатирой на действительность. Это конечно же не комедия, это история жизни семьи в очень трудные , переломные для страны годы и этим людям пришлось пройти через очень суровые вещи, однако они не теряют оптимизма, честны и наивны, и даже маразм многих ситуаций нашим людям будет понятен и будет вызывать где то улыбку, где то грусть.

Сложнее всего в этой книге было разобраться со всеми китайскими именами. А слог хороший, если вы боялись из-за него, не бойтесь.

Но если вы боитесь темы абортов, вот тогда не стоит читать. Этого в книге много. Я вообще не понимаю что значит аборт на сроке в 7 месяцев (!) это ведь уже убийство. Но в Китае так не считали...

Но обо всем по порядку. Наш рассказчик, он же один из основных героев, повествует о своей тетушке, которая всю свою жизнь проработала акушеркой.

Поначалу тетушка вызывает восхищение. Она борется с мракобесием, из-за которого умирают многие роженицы и малыши, потому что методы повивальных бабок отдают средневековьем.

Но потом ее верность партии переходит всякие разумные границы. И когда выходит указ о планировании рождаемости, тетушка старается выполнить и перевыполнить план.

Сначала ты веселишься вместе с героями, которых отправили на кастрацию. Но потом уровень жести достигает таких масштабов, что затрагивает и семью главного героя.

Все нерожденные по ее вине малыши ассоциируются у тетушки с лягушками. В книге очень много разнообразных аналогий. Вот одна из них:

Мне кажется, под конец жизни тетушка вообще сходит с ума, потому что все эти загубленные по ее вине судьбы начинают преследовать ее:

Очень интересно было заглянуть в историю Китая. Сначала были денежные выплаты за рожденных детей, чем больше рожали, тем было лучше. И такую политику партии народ охотно одобрял:

Да и вся культура Китая веками поддерживала плодовитость:

И естественно, когда государство пытается ограничить естественную потребность плодиться, народ возмущается. Тем более, что все стараются родить сына, а если родилась дочь, а детей больше нельзя? Идут на всяческие незаконные ухищрения. Но власти во главе с тетушкой и доносчики не дремлют:

Заставят любого, найдут действенные средства. И интересны размышления о том, что девочки не ценятся как наследники:

Последняя часть написана в форме пьесы. И здесь абсурд с рождаемостью достигает предела.

За деньги оказывается возможным и детей лишних завести, и даже прибегнуть незаконно к услугам суррогатной матери. И вот одна из таких матерей и выходит на сцену в последней части.

Она пытается вернуть своего малыша. Поэтому в этом плане книга напомнила мне роман Селесты Инг "И повсюду тлеют пожары". И еще очень бесил рассказчик.

В общем, подводя итог, хочу сказать, что я рада знакомству с нобелевским лауреатом Мо Янем, думаю, что в его случае премия заслуженна.